Сэндсторм
Шрифт:
Глава 20
Чарли размотал повязку на руке Мунго Мартина. С той перестрелки в квартире миновало шесть дней. Кожа Мунго от локтя до плеча имела желтоватый оттенок, кое-где на ней проступали лиловые пятна. Однако опухоль опала, и рана быстро заживала. Признаков инфекции не наблюдалось. Чарли посмотрел на часы. Чуть больше двух минут. Он вынул изо рта Мунго градусник и подошел к окну. Температура практически нормальная.
По реке летела небесно-голубая моторка, за ней тянулся бурый пенный след. С поверхности воды взметнулась в небо чайка; она выразила
– Он справится сам или роль палача отведена мне? – осведомился Свитс, проводя ладонями по коротко остриженной голове – шедевру гостиничного парикмахера.
Мунго засмеялся так, что кровать заходила ходуном. Ясные глаза, зубы белее простыни… Чарли сунул градусник в пластиковый футляр и наложил на рану Мунго свежую повязку. Мартин неожиданно сел, осторожно отодвинул одеяло и свесил ноги на пол.
– Что ты делаешь?! – воскликнул Чарли. Врач велел Мунго не вставать с постели целую неделю, а Дауни прибавил, что назначает Чарли ответственным за поведение Мартина.
– Уж больно хороший денек. Мне кажется, можно прогуляться. Пройтись до музея, слегка окультуриться.
– Джек сказал, что ты должен оставаться в постели до его возвращения из Лондона.
– Думаешь, он ждет, что я послушаюсь? – Подойдя к платяному шкафу, Мунго распахнул створку, выбрал себе пару ярко-красных брюк и ядовито-зеленую рубашку с красными пуговицами.
– Эй, это мое! – запротестовал Свитс.
– Переживешь. Вот сыграю в ящик, тогда пожалуйста.
– Я иду с тобой, – заявил Чарли.
– Как угодно. – Мунго повернулся к Свитсу. – А ты, Хьюби?
– Развлекайтесь без меня.
От отеля до Египетского музея было меньше квартала, однако на улице стояла жуткая жара, и к тому времени, когда они очутились у цели, Чарли чувствовал себя совершенно обезвоженным. Ему отчаянно хотелось как можно скорее вернуться в кондиционированный воздух «Хилтона». Мунго окинул критическим взглядом толпу туристов у входа и сказал:
– К черту. Пошли лучше перекусим.
Чарли показал на вывеску ресторана, что располагался недалеко от музея. Войдя в зал, Мунго выбрал столик в дальнем углу, сел на стул лицом к двери, положил раненую руку на колено, так аккуратно, словно та представляла собой нечто весьма хрупкое. Мимо как раз проходил официант. Мунго схватил его за манжету и вынудил остановиться.
– Два бифштекса с кровью. «Хайнекен» есть? – Официант кивнул. – Тогда четыре пива, и похолодней.
– Я не голоден, – проговорил Чарли.
– Мясо – то, что нужно, – сообщил Мунго, взмахом руки отпуская официанта. – Помогает отвлекаться.
– От чего?
Мунго воззрился на Чарли с таким видом, словно тот свалился с неба – вот только что пробил потолок и рухнул прямо на стул.
– Говорят, ты из Калифорнии. Откуда именно?
– Из Лос-Анджелеса.
– Джек рассказывал тебе про нас с Хьюби?
Чарли покачал головой.
– Не держи на него зла. Он всегда такой таинственный. – Тут возвратился официант с пивом. Мунго начал наливать пиво из бутылки в стакан. Его рука задрожала. – Ты только посмотри, приятель! До чего я докатился, даже пива не могу налить!
Чарли
– Наркотики?
– Кодеин.
Мунго откупорил флакончик, поднес к губам, легонько потряс, а затем опустил на стол.
– Сколько таблеток ты принял? – спросил Чарли. Мунго высунул язык. На нем белели крошечные пилюли – слишком много, чтобы сосчитать. Мунго подмигнул, взял стакан и одним глотком осушил его до дна. Чарли, который внимательно следил за ним, сказал:
– Эйнштейн говорит, что запивать таблетки пивом вредно для здоровья.
– Какой такой Эйнштейн?
– Парень из посольства. Волосы дыбом, ходит в свитере, носит с собой черную сумку. Джек говорит, что он врач.
– Что-то не припомню, – пробормотал Мунго, одарив Чарли подозрительным взглядом.
– Ты был в отключке.
– А ты вытирал испарину с моего лба? – Чарли промолчал. – Ладно, я не в претензии, только не вздумай в следующий раз вытирать мне задницу. А где был Хьюби?
– Не знаю. Он приходил и уходил.
– Сукин сын! Небось, не терял времени даром, стервец этакий. Впрочем, если бы подстрелили его, а не меня, я бы поступил точно так же. – Мунго пристально посмотрел на Чарли. – Хьюби, видно, усек, что ты горишь желанием поиграть в доктора, и решил воспользоваться ситуацией. Не надо думать, что ему было все равно. – С улицы донесся звон разбитого стекла и лязг металла, потом раздался автомобильный гудок. В ресторане на мгновение стало тихо. – Помню, такое случалось в школе, – произнес Мунго. – Все знай себе болтают, и вдруг ни с того ни с сего – тишина. Слышно, как муха жужжит. Мамаша говорила мне, что это над нами пролетел ангел, но я терпеть не мог такой лжи в третьем классе.
– Где ты учился? – полюбопытствовал Чарли, который внезапно сообразил, что ничего не знает о прошлом Мунго Мартина. А ведь он целую неделю ухаживал за ним, тратил на того душевные силы. Словом, Чарли был не прочь хоть как-то вознаградить себя за труды. – И откуда родом?
– Вроде тебя, из Города ангелов.
– Вы со Свитсом вместе выросли?
– Нет, служили.
– Тебя забрали в армию или ты пошел добровольцем?
– Я что, похож на идиота?
– Ты был во Вьетнаме?
– Был. А ты-то что об этом знаешь? Верно, газетки почитывал? – Мунго отстранение улыбнулся, должно быть вспоминая. – В общем, там было в своем роде неплохо.
– Я знаю, – сказал Чарли. – Я тоже там был.
На залитой лучами солнца улице мелькали белые мундиры полицейских. Те сновали вокруг сцепившихся бамперами крохотного голубого автомобильчика и дряхлого пикапа.
Кто-то в толпе зевак захлопал в ладоши, очевидно подбадривая полисменов. Дверь ресторанной кухни распахнулась, и показался официант; он держал в руках поднос, на котором стояли тарелки с бифштексами и две бутылки пива. Подойдя к столику, он переставил на него заказ и удалился, не проронив ни слова. Бифштекс Мунго оказался надсечен на множество кусочков. Мартин ткнул в один вилкой, сунул в рот и принялся медленно жевать. Чарли по-прежнему не испытывал чувства голода, однако последовал примеру Мунго – так, чтобы хоть чем-то занять себя.