Семья
Шрифт:
Но в области личной жизни Кэт стала предельно беспомощной и пассивной. Позволила себе влачиться туда, куда ветер дует. Кэт нравилось думать, что она человек интеллигентный и развитый. Но разве двигаться на автопилоте — это не верх глупости?
— Итак, у нас на подходе новое поколение Джуэллов! — провозгласил Джек, сжимая руки Джессики и Меган. Потом многозначительно посмотрел на Кэт и сказал: — Ты следующая!
— Только не я, — кисло ответила женщина. — Я не столь опрометчива, как эти.
Рори: может быть, в нем все дело? Он такой добрый, внимательный и просто
И, глядя на своих сестер и отца, Кэт подумала: «А что нужно мне, чтобы быть счастливой? Любимая работа, хорошая квартира, ничем не ограниченная свобода». Дети прежде не числились в ее списке. И сегодня не числятся. Но, может быть, ей необходима сама возможность их иметь?
Даже если у Кэт никогда в жизни не будет детей, все равно ей было бы приятно думать, что стоит захотеть, и она родит. Если бы ей вдруг ни с того ни с сего захотелось изменить свое решение. В том-то и заключалась проблема с Рори. Кэт не привыкла ограничивать себя в возможностях выбора.
И вот теперь, слушая рассказы сестер об усталости, тошноте и набухших грудях (и догадываясь о страхах Меган по поводу будущего проживания с ребенком в крошечной квартирке в Хэкни), Кэт чувствовала, как ее захлестывает волна эмоций, так что под натиском этой волны она едва не потеряла сознание. Но главное, что она испытывала, глядя на сестер, это облегчение.
А потом Меган встала и сказала, что ей пора идти. Перед вечерним приемом ее еще ждали несколько пациентов в Санни Вью. Поднялась и Кэт, которой пора было возвращаться в «Мамма-сан». Зато Джек и Джессика никак не могли расстаться. Они медленно прогулялись по улице, зашли в универмаг «Джон Левис» и поднялись на пятый этаж. Там, словно зачарованные, начали рассматривать разные детские вещи: коляски, ползунки, складные стульчики на колесах, рюкзачки для переноски младенцев и множество других вещей, о назначении которых едва могли догадаться. С тех пор, когда дочери Джека Джуэлла были маленькими, индустрия детских товаров шагнула далеко вперед.
Отец и дочь не обсуждали это между собой, однако оба знали, что с нетерпением ждут этих двух детей. И такое нетерпение было вполне объяснимо — так всегда случается с людьми, которые пережили в прошлом распад семьи. И от всей души они желали как можно скорее подвести под свою семью прочное основание.
Рори пришел на прием в поликлинику к Меган, которая была очень рада встрече со своим бывшим учителем боевых искусств. Об этом визите никто из них ни словом не обмолвился Кэт.
— Мне сделали операцию, — сказал Рори. — Когда мы с моей бывшей женой уже не особенно ладили. Ну, вы понимаете, вазектомию протоков.
Тут-то Меган поняла, почему он не желал обсуждать проблему по телефону. Вопрос слишком серьезен, его не решить одним телефонным звонком.
— Кажется,
— А теперь… ну, в общем, теперь я не совсем уверен, что поступил правильно. То есть я хочу сказать, что действительно не хотел больше иметь детей от бывшей жены. И она не хотела. Но, возможно, мое решение было слишком радикальным.
— Проблема вполне обычная.
Он словно окаменел.
— То есть?
— Мы научились довольно успешно контролировать свою репродуктивную функцию. А вот личная жизнь все время выходит из-под контроля.
— Вы хотите сказать, что в вашей практике такое уже встречалось?
— Что именно? Сожаления мужчины по поводу операции? Да я даже не могу пересчитать количество таких обращений! Мне встречались и женщины, которые сделали стерилизацию, а потом очень жалели об этом.
— А я думал… не знаю… что я такой единственный. Наверное, вам это кажется глупым.
— Ничуть. Как правило, люди об этом мало распространяются. А что вы можете сказать о себе?
— Что я идиот, который превратил свою жизнь в полный кошмар.
— Ну, это несколько резковато. Я бы сказала, что вы просто сделали неправильный выбор. Впрочем, тогда, очевидно, он вам казался правильным. Так чем я могу вам помочь, Рори?
— Я хотел узнать, можно ли снова восстановить то, что было до операции?
Меган принимала подобных пациентов и раньше. Даже несмотря на свой небольшой врачебный опыт, ей уже приходилось вести с ними подобные разговоры. Очевидно, так и становятся настоящими врачами, думала она: вновь и вновь просматривая один и тот же сценарий человеческих страданий и выдавая на него автоматический ответ. Единственное отличие нынешнего случая от всех остальных заключалось в том, что этот человек был влюблен в ее сестру.
— Во-первых, — сказала Меган, — вас наверняка должны были предупредить о том, что операция необратима.
— Меня предупредили.
— Во-вторых, вы, очевидно, никогда бы не решились на такое, если бы считали, что в будущем об этом пожалеете.
— Разумеется.
— Все это так, но жизнь быстро меняется. Однажды утром вы просыпаетесь, а мир уже стал другим. Вы не хотели иметь детей от женщины, с которой прожили много лет. А потом прошли годы, и вы встретили другую женщину, от которой, как вам кажется, вы снова хотите иметь детей. Ну, например, такую, как моя сестра.
— Так вы хотите сказать, что операция обратима? Вы это хотите сказать?
— Именно так. Это происходит сплошь и рядом. Возвращение целостности протоков — не такая уж и проблема. Проблема в том, что никто не даст вам гарантии, что вы снова сможете иметь детей. Дело в том, что сперма вряд ли достигнет того уровня подвижности, которым обладала до операции. Тут вероятность пятьдесят на пятьдесят. Но есть одна вещь, которую я твердо выучила еще в медицинском колледже.
— Какая?
— Никто не знает своего счастья. Со всей ответственностью должна вас предупредить, что последствия вашего решения предугадать невозможно. К сожалению, ничего более позитивного я вам сказать не могу.