Семья напрокат
Шрифт:
Кофе оказался отвратительным, а креветки в шримпе пережаренными и слишком уж присыпанными панировкой. Но Тамилин улыбался. Потому что вспоминал незнакомку, которой всучил пакет и крутил в руке ручку, раздумывая – сможет ли найти эту девушку.
В целом, все выглядело довольно просто. Она пыталась оплатить своей картой, значит в Макдональдсе сохранились данные. С умением и связями Алексея, очень известного в городе частного детектива, и такой зацепкой, задача выглядела вполне выполнимой.
– Александр Вячеславович, –
– Да, Эвита? – очнулся он наконец-то.
– Вам принести кофе?
Тамилин повертел в руке бумажный стакан с американо и отставил.
– Да, свари нормальный. Это пить невозможно.
– Хорошо. И еще. Вчера после вашего ухода звонил Герман Васильевич. Сказал, что от него придет девушка, которая пишет про выдающихся выпускников вуза… Вроде бы вы уже договаривались о времени встречи.
– Журналистка, – невольно скривился Тамилин, произнося это слово как приговор. Вроде как – нет никого хуже. Сам понимал, что это предвзятость и осадок после истории с Олесей. Но сделать ничего не мог. С тех пор Александр не общался с журналистами, интервью не давал. И вообще старательно избегал любых контактов с прессой. Однако теперь к нему обращался ректор главного вуза города, не последнего в стране. И Герман предупреждал, что предстоит какой-то бал выдающихся выпускников вуза, в честь его очередного юбилея.
– Я понял, – кивнул Тамилин замершей Эвите. На симпатичном лице секретарши отражалось все, что она думала. Эвита-то отлично знала, как реагирует начальник на любые приезды журналистов.
– Э-э-э… Так мне ее к вам провести? Или просто дать всю информацию и отправить восвояси? – уточнила она.
– Я подумаю, – Тамилин закрыл бумажный стакан с недопитым Американо и выбросил в корзину. – Скажу после встречи, которая вот-вот состоится. Я предупреждал. Как только появится Иннокентий Виленович, пожалуйста, сразу проведи его ко мне.
– Хорошо, Александр Вячеславович.
Секретарша скрылась за дверью, а Тамилин дожевал последний кусок шримп ролла.
Ярина
В университет я приехала растрепанная, нервная и сама не своя. Ситуация с толстосумом, который принял меня за курьера и даже не извинился, выбила из колеи. Я все еще злилась и дико жаждала надеть этому пижону что-то на голову.
Студенты уже пестрыми кучками собирались возле аудиторий и расписания. Вахтерши сурово проверяли пропуска. Лифты уходили наверх забитые до отказа. Поэтому я расстегнула пуховик и отправилась на четвертый этаж пешком. Что ж я зря йогой занималась? Должно помочь.
Как ни странно, проучившись здесь шесть лет, я ни разу не побывала в приемной или в кабинете ректора. Меня
Тут почему-то веяло советскими временами, которые я видела только в кино и хронике. Каменные полы, местами слегка щербатые, высокие потолки, деревянные двери. Портреты ученых и политиков на стенах, стеллажи со старыми книгами в потертых форзацах… Большинство вузовских корпусов строились именно при советах, поэтому здесь мало что поменялось.
Герман Васильевич недавно заступил на должность и был своего рода новатором. За это его и любили, и осуждали.
Мало того, он был довольно молод для ректора. Сорок семь лет. В вузе до сорока пяти еще считались молодыми преподавателями.
Одевался Герман Васильевич в классическую тройку – синие брюки, жилетку поверх белой рубашки, пиджак. Я уже давно не видела мужчин в подобных жилетках. Даже немного удивилась.
Светлые волосы ректор зачесывал назад, а его горбоносое лицо выглядело открытым и даже одухотворенным.
– Добрый день, – поздоровалась я и сочла нужным представиться, хотя у нас была оговорена встреча именно в это время. – Меня зовут Ярина Солнцева. Я фрилансер, писатель и немного журналист. Вы мне звонили…
– Да-да! Яриночка! – Герман Васильевич широким жестом предложил мне садиться. – Я решил, что в честь юбилея нашего славного вуза нужно бы сделать нечто необычное. Мы устроим вечеринку с пресс-конференцией, где продемонстрируем самых выдающихся выпускников университета последних десятилетий. И так как вы тоже из их числа, хотелось бы, чтобы вы одновременно написали нечто вроде очерков про остальных.
Мне в руки перекочевал список. Я пробежалась по нему и поморщилась. Не так много – всего-то сорок три человека. Но, Александр Тамилин! Честно говоря, я бы лучше палец себе отрезала, чем согласилась писать о нем. Его ненависть к журналистам известна давно. А я терпеть не могу богатых снобов, которые нос воротят от прессы. Это такое «мужское кокетство». Мол, я не такой, я жду трамвая. И меня не волнует, что обо мне пишут.
– Как быстро я должна все сделать? – уточнила я.
– У вас полторы недели.
– Эм…
– Я понимаю, объем работы большой. Но мои помощники взяли на себя смелость помочь вам. Поэтому часть информации мы уже благополучно собрали.
И мне вручили следующую папку. Здесь содержалась подробнейшая биография больше половины тех, о ком мне предстояло писать. К каждой стопке листов про очередного «выдающегося» прилагался стикер с телефоном и адресом офиса. Я уже было понадеялась на лучшее. Но как назло именно про Александра Тамилина никаких сведений не было. Кроме адреса главного офиса его строительной фирмы и трех мобильных телефонов, в купе с городским.