Семейный стриптиз
Шрифт:
– Мама родная! Как вам это удалось? Кто же снимал?
– «Полароид». Пристроила на тумбочке – и все дела. Энджи не могла оторвать глаз от портрета.
– В жизни не получала подарка лучше, девочки! – воскликнула она и вдруг залилась краской, спешно спрятав снимок за спину: к ним подошел Сэмюэль.
– Боюсь, пора прощаться. – Он посмотрел на Джаду. – Если хочешь, я заберу детей. Мы подождем тебя у выхода.
– Спасибо. Я приду через пару минут.
– Будешь с ним спать? – невинно поинтересовалась Мишель, проводив взглядом Сэмюэля.
Джада в шоке округлила глаза:
– Да
– А при чем тут это? Я спала с Фрэнком четырнадцать лет, но так и не узнала.
– Тебе пора, Джада, – вздохнула Энджи.
– Послушайте, девочки, я вряд ли еще когда-нибудь здесь появлюсь, но вам-то ничто не мешает отдохнуть на Кайманах, верно? Не будем прощаться. Во всяком случае, не навсегда.
– Шутишь? – изумилась Энджи. – Какое там навсегда! Вот рожу – и сразу к тебе.
– Сделай одолжение, приглядись, не найдется ли на Кайманах работа для Золушки? Уверена, там пруд пруди богачей, которым лень сметать с себя морской песок.
«Заканчивается посадка на рейс…» Джада со слезами на глазах по очереди обняла Энджи и Мишель.
– Пора. Просто не знаю, что бы я без вас делала, девочки! Спасибо вам обеим. И Майклу.
Подойдя к Сэмюэлю, Джада взяла Шерили на руки, кивнула старшим, и они гуськом двинулись к выходу на посадку. Энджи, Мишель и Фрэнки с Дженной закричали и замахали руками.
У самых дверей Джада оглянулась в последний раз.
* * *
Не прошло и часа, как Мишель на «Вольво» добралась до Уэстчестера. Дорога была свободна, машина вела себя прекрасно. Мишель не жалела о роскошном «Лексусе»; сев за руль «Вольво», она словно встретилась со старым другом. На заднем сиденье мирно дремали ее дети.
По дороге Мишель думала о том, что их всех ждет впереди. Жилье она уже сняла – простенькое небольшое ранчо всего лишь с половиной акра земли, зато с мебелью и всем необходимым. О продаже прежнего дома сейчас нечего было и думать: если Фрэнка признают виновным, все его имущество будет конфисковано. Неважно. У нее есть машина, крыша над головой, работа и – главное – дети!
Мишель и не заметила, как замурлыкала себе под нос незамысловатую песенку, которую слышала еще от бабушки. Когда она в последний раз пела? Так давно, что и не вспомнишь. Мишель улыбнулась и запела в полный голос. Сначала Фрэнки своим тоненьким голоском, а потом и Дженна подхватили бесхитростную мелодию. Мишель мчалась вперед, изредка поглядывая в зеркальце и улыбаясь сияющим детским лицам.
Джада на миг приникла к иллюминатору – Сэмюэль настоял, чтобы она заняла место у окна. Как только самолет набрал высоту, взрослым пассажирам первого класса предложили шампанское, а детям соки на выбор. За напитками последовал великолепный обед, а только что подали мороженое с горячим шоколадом и свежеиспеченными пирожными. Джада летела в фешенебельном салоне в первый и, видимо, в последний раз в жизни – и наслаждалась роскошью. Внизу, на бирюзовой поверхности океана, возникла россыпь неизвестных ей островов.
Что ее ждет на Кайманах? Сэмюэль уже рассказал ей о звонке Мишель, и она знала, что в полотняной сумке у нее на коленях находится четыреста восемьдесят две тысячи долларов.
– Неужели они все мои? – в который раз спросила она Сэмюэля. – И я могу ими пользоваться?
– Конечно. Кайманы не слишком гостеприимны для бедных, а с такой суммой, да еще и с новой работой волноваться не о чем.
– Новой работой? Какой новой работой?
– Я ведь говорил, что на Кайманах множество банков. Признаться, я позволил себе послать твое резюме в три самых крупных. Предложение «Айлэнд Бэнк», на мой взгляд, наиболее интересно. С финансовой стороны в том числе.
Джада откинулась на спинку роскошного кресла. Господи, как же все это получилось? Выходит, нужно лишь прислушиваться к советам родителей и подруг, чтобы счастье само пришло к тебе в руки? Выходит, что так…
Она повернула голову к Сэмюэлю:
– Спасибо тебе. Большое спасибо за помощь. Сэмюэль Дамфрис улыбнулся:
– Всегда рад.
Энджи попыталась представить, каково будет вернуться в опустевшую квартиру, и решила, что, наверное, умрет от тоски. Она включила на полную громкость магнитофон в «Лексусе» и со вздохом утопила педаль газа.
Квартира, однако, встретила ее отнюдь не пустотой.
– Мы решили, что чье-нибудь общество тебе сегодня не помешает, – объяснила Натали и чмокнула дочь в щеку.
Энтони в уголке дивана читал «Уолл-стрит джорнэл». Увидев дочь, он улыбнулся и помахал ей.
– Какие же вы молодцы! – воскликнула Энджи. Она и в самом деле была очень рада компании. Войти в пустую, безмолвную квартиру, провести целый вечер в одиночестве… Подумать страшно!
Сюрпризы тем временем продолжались. Натали подтолкнула дочь к двери во вторую спальню – ту, что еще вчера занимала Мишель с детьми. Теперь здесь самым загадочным образом возникло детское царство: колыбелька, пеленальныи столик, кресло-качалка, груды мягких зверушек и крохотных вещичек.
– Это все в подарок от Джады и Мишель, – сказала Натали.
– Не совсем! – раздался сзади голос, и Энджи, повернувшись, обнаружила Майкла с плоскогубцами в руках. – Кресло-качалка от меня. А вот это… – он протянул ей конверт, – они просили вручить тебе лично.
Дорогая Энджи!
Если ты читаешь это письмо, значит, наш план удался, мы остались на свободе, костюмчики в полоску – не для нас.
Без тебя мы никогда не справились бы (как и ты без нас). Посовещавшись, мы пришли к выводу, что лучшей подруги у нас никогда не было. Мы тебя обожаем, Энджи!
Думаешь, теперь ты осталась одна? И не надейся! Мишель заранее предлагает услуги бесплатной няньки и торжественно клянется посещать с тобой все предродовые занятия (если, конечно, это место не будет занято Майклом. Подозреваем, что такое вполне возможно). Джада обеспечит проведение всех рождественских праздников и летних каникул на Кайманах – тебе и твоему малышу до его совершеннолетия.
Мы тебя очень любим.
Джада.
Мишель.
Энджи, улыбаясь, взглянула на Майкла и вдруг поняла, что счастлива впервые за долгие месяцы. Рядом с ней были ее родители и этот смешной, добродушный, такой надежный человек. Теперь она могла наконец без страха смотреть в будущее.