Семеро. Том 3
Шрифт:
Бойцы внутри были готовы в любой момент выскочить и принять бой. Но враг больше не старался на открытой местности вступать в открытое противостояние, понял всю тщетность этого события. Вместо этого он старался атаковать с расстояния, артиллерией, крупнокалиберными орудиями. И каждый выстрел засекался, тут же начиналась контрбатарейная борьба. Либо люди отвечали с машин, делая несколько залпов из миномётов и гранатомётов, если доставали, либо на машину или орудие противника пикировал дрон, сбрасывая взрывчатку либо идя на таран самостоятельно.
Вся твердь ходила ходуном. Разрывы
— Почему они свои машины практически не прикрывают щитами? — задумался Андреас, смотря на то, как часто взлетали в воздух куски транспорта из-за подрыва боеукладок, либо из-за них просто происходила объёмная детонация.
— Может, потому, что просто не смогли в таком количестве произвести? — уточнила Элеонора. — Тут от Бориса пришла информация, что эти чёртовы модули, хотя слово там было грубее, создать оказалось не самой лёгкой задачей. А учитывая, что это весьма трепетная техника, которая не особо дружит с водой, то ответ становится понятным. Им просто тяжело это производить.
Через двадцать минут первые постройки были достигнуты. И в этот момент наступило краткое затишье. Машины спрятались в руинах самых ближних зданий. Требовалась очередная перезарядка, требовалось выждать немного, чтобы хоть чуть-чуть восстановить щиты машин. Только со стороны другого берега временами раздавались взрывы, слышался отдалённый стрекот выстрелов.
— Вы там как? — связался по командному каналу с группой прикрытия командир.
— Держимся, — с натугой ответил Джон. — Тварей стало как-то меньше. Видимо, решили перегруппироваться… но время на передышки остаётся.
— Зато я дроны запускаю сразу, как они становятся готовы, — возмущённо отвечала Анна. — Раз за разом… этот безумный ИскИн стал использовать все свои производственные линии, чтобы создавать их. Двадцать штук за час! Двадцать штук!
— Радуйтесь, что у вас вообще запасы пополняются! — ворвался в голосовой канал Борис. — Но ресурсы подходят к концу. Окончательному. Машину перерабатывать я точно не буду. Так что… два часика, и всё. Алес. Третья машина должна отступить. Боеприпасов, кстати, тоже впритык для этого…
— Твою мать… — вздохнул командир. — Как-то слишком часто я это говорю. Так… боеприпасы экономить. Противник пока снизил свою активность, особенно после того, как потерял свыше тридцати единиц техники. Ждём, восстанавливаемся, готовимся. Вы тоже можете пока откатиться на более безопасный рубеж, если есть такой.
— Мы стоим на самом безопасном, если честно, — хмыкнул Джон. — Транспортёр со сторон прикрыт ДОТами, а я в траншее спрятался. Так что… терпимо. Осколками даже не особо из-за этого засыпает. Правда, машина поймала крен на правый борт, из-за того, что тут перекрытия под ней разрушились… но это мелочи. Андрей говорит, что сможем выехать.
Потом повисла тишина. Полтора часа относительного затишья. Лишь изредка кто-то откуда-то совершал выстрел, после чего в ответ прилетал дрон. Либо несколько дронов, если техника всё же была прикрыта энергетическим
— Надо ехать, — уже с хрипотцой в голосе сказал Яррив, после чего машины вновь тронулись. Сначала выехали на открытое пространство, после чего продолжили движение вперёд.
И вновь начались перестрелки. Сначала с передовыми группами противника, которые прочёсывали район. Они оказались без техники, без прикрытия. Просто брошены на разведку. И оказались, естественно, уничтожены. Но их предназначение как раз в этом и заключалось. Стоило первой разведывательной группе пропасть, как тут же над машинами появились разведывательные дроны противника, тут же вновь начала работать артиллерия. И они особо не церемонились. Они просто старались вынести весь микрорайон, где находились люди. Просто били из всего.
— Жопа-а-а-а-а-а! — орал Андреас, когда его сбросило с койки из-за ударной волны, которая приподняла борт машины. — Чем они там по нам работают?! Трёхсотый калибр где-то?!
— Триста пятидесятый, — отрапортовал Николай. — Дроны отлично залетают непосредственно в дуло этих орудий. Большой калибр им вообще на пользу не играет.
В какой-то момент все орудия на всех трёх машинах затихли. Этому удивились люди как на одном берегу, так и на другом. Но потом они разразились выстрелами разом, одновременно, синхронно. И сплошной вал начал сметать позицию за позицией врага, что в конечном итоге привело к очередному затишью. Очередному, но не последнему.
— Первая машина… щиты — пятнадцать процентов, — докладывал Андрей, а в его голосе слышались помехи. — Пилоту рекомендуется покинуть машину и во время затишья переместиться во вторую машину, запасов щитов у которой осталось шестьдесят один процент.
— Кажется, одна машинка не доедет до горы, — вздохнул Рен, провёл рукой по приборной панели, после чего выскочил из машины, кривясь от боли во всём теле.
Дождавшись второй машины, моментально запрыгнул в неё. Яррив помог забраться, затащил вовнутрь, похлопал по спине товарища и отправил того в отсек для пассажиров. А сам остался контролировать ситуацию с приборных панелей. Экранов не было, но они ему не требовались. Он и так всё видел перед своими глазами.
— Обстрел! — моментально доложил Андрей, когда вновь раздались выстрелы орудий противника.
И все снаряды начали ложиться невероятно точно по первой машине. На ней было больше орудий. Она была более опасной. Но именно этого и добивался Николай. Моментально машина набрала огромную скорость, относительно того, с какой ехала раньше. Подвеска не жалелась, колёса тоже. Она просто рванула вперёд, в сторону обнаруженного блокпоста противника.
Поворот. Машину занесло. Энергетический щит держался на последнем издыхании. Противник начал лупить по машине не только из стационарных орудий, но и из ручных. Колёса вновь закрутились с огромной скоростью, машина быстро набрала скорость и, не доехав каких-то полсотни метров, рванула так мощно, что сложилось несколько модульных зданий рядом. А блокпост перестал существовать в принципе.