Сэм

Назарова Александра

— Малышке Даше запрещают так поздно гулять? — удивилась Ника, задумчиво смотря вперед.

Я вздохнула.

— Нет, просто нужно маме помочь. Если опаздаю, она меня прибьет.

— Меня Дима скоро встретит, обещал проводить, — сказала Николетта, смотря на белые, наручные часы.

— Как мило, — улыбнулась Лилька. — Я сейчас домой тоже уйду.

— Только не идите больше той дорогой, — с опаской предупредила я, переживая за друзей.

Ника мне улыбнулась.

— Все будет хорошо.

Тут я, взглянув вперед, увидела знакомую, раздолбайскую походку. Ну точно,

Димка шагает, обходя народ. Одет Соколов был в белую майку и джинсы. Уже заметив нас издалека, парень приветливо улыбался.

— О, Соколов! — Крикнула я. — Какие люди.

— Здорово, куры, — на лету обронил он, пройдя мимо нас с Лилей и подходя к Нике. — ну привет, Ведьмочка.

Дальше мы с Лилькой с ухмылочками наблюдали за тем, как Соколов по-свойски прижимает к себе довольную Нику и целует. Хорошая они пара, слов нет.

— Тебе еще на такое рано смотреть, — проворчала с улыбкой Лиля, закрывая мне ладонью глаза.

Я быстро убрала ее руку, усмехнувшись.

— Это тебе рано, малявка, — хмыкнула я, закрывая теперь глаза Лиле.

— Хорош фигней страдать, — оторвавшись от Ники, с озорной улыбкой на лице, проговорил Дима, обернувшись на нас. — Видали? Мы с моей Ведьмочкой вместе.

— Видали, видали, — передразнила я. — Уже все и без тебя узнали.

Димка деланно нахмурился.

— Вот как. Ника, ты им все рассказала? — удивился Соколов. — Как ты могла? Это была наша тайна.

— Соколов, ты совсем того? — поинтересовалась Николетта, обнимая парня за шею. — Головой не ударялся по дороге?

— Нет, — легко поцеловав девушку в губы, ответил Димка. — Это все из-за моей великой любви к тебе, Ведьма!

Моя подруга мрачно взглянула на своего парня. Боже, как непривычно.

— Я — не ведьма, — поправила его она.

Тут Соколов удивленно вскинул брови.

— А кто же? — спросил он, усмехаясь. — Ты приворожила меня, просто так я бы с тобой мутить не стал. Ой, пардон, втречаться, ага.

Мы с Лилькой, хихикая, немного удивленно наблюдали за парой.

— Дурак ты, Соколов, — вздохнула Ника. — Идем, проводишь меня.

— А ты меня накормишь? — с хитрющей улыбочкой, поинтересовался Димка.

— Накормишь, — передразнила девушка, заботливо поправляя Соколовские кучеряшки. — Идем уже. Девчонки, пока.

Дима на нас обернулся, весело улыбаясь.

— Ага, пока, я жрать пошел, — радостно сообщил он. — Идем, Ведьмочка, и приготовь мне что-нибудь вкусное.

Мы, помахав им, с умиленными улыбочками смотрели им в след. Кажется, они о чем-то спорили. Димка, натянув капюшон, размахивал одной рукой, что-то доказывая Нике, а второй обнимал. Плечи у темноволосой тряслись, наверно подруга посмеивалась над ним. В скоре они завернули за угол и исчезли из вида.

Мы с Лилей взглянули друг на друга. Лицо подруги осветил яркий свет фар, проезжающей мимо машины, от чего она забавно зажмурилась.

— Ну что, пойдем и мы по домам? — поинтересовалась она, разлепив голубые глаза.

— Да, — ответила я, уходя. — Пока.

— Пока, Сэмми, — крикнула мне в след Лилька. — Позвони, как дойдешь.

— Хорошо, — обернувшись, пообещала я, и пошла дальше.

Идти мне было приоично,

не то что Лиле, которая жила тут совсем близко.

Я шагала, вдыхая свежий, вечерний воздух. Изредко мое лицо освещали фары проезжающих мимо машин. Прохожих становилось на улице все меньше. Свернув за угол, я зашла в арку двора и пошла дальше, до дома оставалось совсем чуть-чуть. Одинокие, уличные фонари освещали пустую, детскую площадку и машины, что стояли возле подьездов домов, в которых светились желтоватым светом окна.

Я, задумавшись, не заметила пять темных фигур, которые неспеша шли мне на встречу. Я поежилась, почувствовав что-то нехорошее, но уверенно шагала дальше, желая скорее попасть домой. Ветер подхватил мои светлые волосы, откинув назад, будто прогоняя меня, что б я шла назад. Усмехнувшись своим мыслям, я все равно пошла вперед.

На свет вышла стройная, высокая девушка и почему-то остановилась, оставив остальных позади. Я нахмурилась, разглядывая ее, понимая, что она мне знакома. Когда я подошла ближе, то увидела Настю. Блондинка, чьи волосы красиво развивались на ветру, уверенно стояла, смотря на меня холодным взглядом. На красивом лице играла недобрая улыбка. Ну и что это значит? Ответ в мою голову ппришел сразу, и в глазах моих отразился страх. Но я быстро его скрыла, потому что не должна ничего бояться, и уж тем более показывать свой страх сейчас. Держи себя в руках, Самойлова. Все будет хорошо. Ну, подумаешь, покалечат тебя из — за Мая, ничего страшного. Твою мать! Да их же пятеро, как я, черт возьми, буду с ними драться?

— Ну здравствуй, малышка Даша, — с ухмылкой проговорила Настя, постукивая ножкой по асфальту. — Вот мы и встретились.

Я остановилась недалеко от блондинки, скрестив руки на груди, смотря на нее выжидающим взглядом.

— Ах да, — тут Настя обернулась. — Девочки!

На свет вышли четверо девушек. Одну из них я знаю, та, что смотрела на меня почему-то с сожалением в зеленоватых глазах. Эта русоволосая, кажется, училась в моем колледже. Остальные, трое, были в спортивных костюмах и смотрели недобро.

Страх мой куда-то пропал, все равно сейчас побьют, поэтому бояться тут нечего, а убегать я не собираюсь. Не так я воспитана. Будь, что будет.

— Я же тебя предупреждала, — спокойным голосом проговорила Анастасия, рассматривая свои ногти. — Верно?

Я усмехнулась.

— Мне плевать на тебя и на твои предупреждения.

Настя, с возмущением взглянула на меня, и хотела уже было что-то сказать, но к ней подошла русоволосая девчонка, и что-то сказав на ухо, ушла подальше.

— Только быстро, — недовольно сказала ей в след Настя.

Я, равнодушно приподняв брови, ждала своей участи. Блондинка надменно смотрела на меня с победной улыбкой на лице.

— Плохо трогать чужое, малышка, — с язвительностью в голосе сообщила мне Настя. — И сейчас ты это поймешь.

— Плохо быть тупой стервой, — ответила я. — Но этого ты не поймешь никогда. Ближе к делу, мочалка.

Тут вернулась подруга Насти, встав возле нее.

— Может отпустим ее? — с надеждой спросила она.

Блондинка, кинув на девушку короткий взгляд, отвернулась.