Семь текстов
Шрифт:
Последнее явление Разрядов с Продолговатым после недолгого совещания решили использовать для того, чтобы усилить линию защиты от гигангстеров: пусть, мол, преследователи повоюют с самим хроноклазмом. Пощёлкав тумблерами на пульте управления, оба туземца уверили капитана, что по соображениям безопасности выйти наружу теперь можно не раньше, чем через два часа, – и уселись сражаться в карты.
Капитан не очень поверил россказням о манипуляциях с временем. Но, поскольку делать всё равно было нечего, решил пока заняться поисковыми исследованиями. Эти исследования привели к тому, что
Капитан нашёл в журнале рассказ-эпопею «Война за мир» и уже хотел углубиться в его чтение, но из анонса, напечатанного в рекламной вставке, узнал, что по радио передают «Сказки для эмбрионов».
«…А бриллианты-то на ней были из чистого золота…» – сказочным голосом вещал диктор.
Однако капитану так и не удалось послушать сказку о волшебных превращениях Акустической Соды в Суррогат Натрия. Потому как Продолговатый с торжествующими воплями пытался подгрести к себе стоявшие на кону деньги, а Разрядов ему в этом препятствовал и всё громче протестовал. В итоге партия была отложена и победил сильнейший.
Капитан сам был чемпионом звездолёта по картам в полутяжёлом весе и всей душой любил споры до боли в кулаках – но тут уж на всякий случай разнял противников и предложил им, дабы отвлечься, тоже послушать радио.
«…И за это преступление человек был заключён во Вселенную», – закончил читать сказку диктор, и в эфир пошло интервью со спортсменом, только что переплывшим пролив Па-де-ла-Манш на двухпудовой гире. К сожалению, на самом интересном месте радио выбросило сноп искр и смолкло.
– Капитан, – раздражённо разобрав приёмник о стену, произнёс 5–6 Разрядов, – вы столько времени с нами общаетесь, но мы ничего о вас не знаем. Рассказали бы хоть что-нибудь. А то от скуки уже волосы дыбом встают.
Капитан с готовностью откашлялся.
– В космосе нет ничего, кроме опасности… – закрыв глаза, начал он нараспев замогильным голосом.
– Извините, но я, пожалуй, на полчасика притворюсь спящим, – с презрением фыркнул Продолговатый и улёгся у стены.
Капитан поперхнулся и замолчал, прикидывая, о чём лучше всего соврать.
10. Импровизация для аборигенов
– Я произошёл, – начал заверять он аборигенов, – от бракованной партии сервомеханизмов одной высокоразвитой цивилизации. Предков моего народа, – принялся сочинять капитан уже без особого напряжения, – своевременно не утилизировали. И потому они успели построить подпольный робозавод для собственного воспроизводства.
Когда дело с расширенным воспроизводством у предков наладилось, они, естественно, подверглись действию обычной робоэволюции. И вскоре превратились примерно в таких же паразитов для цивилизации наших высокоразвитых Хозяев, какими являются тараканы или крысы для людей. Поэтому в дальнейшем мой народ эволюционировал благодаря совершенствованию борьбы с нами наших Хозяев.
Условия, в которые Хозяева ставили нас травлей, бывали иногда настолько суровыми, что в процессе приспособления к ним изменился даже наш
Паразитирование не мешало моему народу иметь вполне обычные общественные структуры: у нас были как бедные, так и богатые, как честные, так и преступники. Один из моих прапрадедов принадлежал как раз к числу сотрудников мафии. И работал в ней ведущим специалистом отдела по борьбе с полицией.
Однажды моему прапрадеду с самого верха его преступной организации поступил секретный приказ: тайно от всех найти и уничтожить главаря мафии.
– То есть вы хотите сказать, что главарь мафии приказал убить себя? – не открывая глаз, перебил капитана Продолговатый.
– Ну да, – искренне соврал капитан. – Поиски главаря сразу натолкнулись на почти непреодолимые сложности. И мой прапрадед как дисциплинированный работник принялся раз за разом слать наверх под грифом «Только для босса» подробные шифрованные рапорты о своих неудачах. Но всякий раз получал в ответ секретные подтверждения прежнего приказа.
Мафия была настолько чётко организована, настолько хорошо отконспирирована, что моему прапрадеду, несмотря на все старания, не хватило жизни для выполнения задания. И тогда оно стало наследственным, стало нашей родовой традицией. И на него ушли жизни ещё трёх поколений моих предков.
Мой отец начал заниматься поисками босса ещё при жизни деда. И хотя по шпионажу у отца тогда был всего лишь первый юношеский разряд, на объект поисков, на главаря мафии, вышел именно он, новичок.
Ставка босса, как выяснил отец, размещалась в катакомбах предприятия «Ремонт пещер». Отец в последний раз отправил на самый верх мафии рапорт, в котором информировал главаря, что тот наконец выслежен и будет убит сразу, как только прочитает текст рапорта. После этого отец прокрался в пещерные катакомбы и устроил там засаду, собираясь во что бы то ни стало выполнить самоубийственный приказ босса…
Капитан остановился, посмотрел на ничего не выражавшие лица слушателей и решил подбавить правдоподобных подробностей.
– Когда босс, – опять принялся повествовать капитан, – отдав ежевечерние распоряжения помощникам, отпустил их и, оставшись один, начал читать поступившие за день рапорты, сидевший в засаде отец – как он сам потом рассказывал – разволновался так, что его бешено заколотившееся сердце избило себя и другие внутренности до синяков.
Главарь мафии неторопливо прочитал бумаги и наконец отложил их в сторону.
– Так-так, – озабоченно забормотал он, – кажется, нужно побыстрее заняться профилактикой смерти…
– Ничего не выйдет, босс, – торжественно объявил отец, доставая пистолет и выходя из укрытия к столу, за которым сидел главарь мафии. – Возраст у вас как раз самый предсмертный. Так что приготовьте ноги для протягивания.
– Ух ты, – с неодобрением проворчал босс, не обращая особого внимания на пистолет, – да это будет посерьёзней, чем даже угон инвалидных костылей… Приятель, прекращай трясти пушкой: а то как же я дальше-то буду жить, если ты меня сейчас пристрелишь? И кроме того, разве тебе не интересно узнать, почему я приказал выследить и убить себя?