Семь секунд до конца света

Логунова Елена Ивановна

– И! – упрямо сказало эхо женским голосом, но тут же сменило его на мужской и выдало развернутое предложение:

– Кто там орет? Это вы, Корвуд? Эй-эй!

– Эй! Эй! Эй! – от неожиданности перепутав роли, ответил Пит за эхо.

Где-то впереди остро сверкнул белый электрический свет. Пит на мгновение удивленно замер, потом торопливо побрел к выходу.

Идти было недалеко, при свете и не страшно, а в конце тоннеля его встречали.

– Ну наконец-то! – недовольным тоном сказал охранник Дино.

Древний снегоход ревел, готовый сорваться с

места.

Пит недоверчиво моргнул. Дино в термокостюме и на снегоходе очень плохо вписывался в общую картину замшелого средневековья.

– А где принцесса? – зачем-то спросил Пит.

– Там! – Как обычно, немногословный, Дино мотнул головой в сторону кривобокой постройки без окон и с низкой кривой дверью, занавешенной шкурами.

На остроконечной крыше сооружения высился штырь, увенчанный потрепанным знаменем с вышитой на нем короной. Монарший головной убор был зубастым, как пиранья. Перед входом в королевскую лачугу, жадно приникнув глазом к щелочке в шкурах, напряженно сутулился оборванный мальчишка.

– Ну, чего ждем? – Дино свирепо посмотрел на Пита.

Тот словно очнулся, еще раз глянул на подсматривающего мальчишку и торопливо подбежал к натужно ревущему снегоходу. В лачуге грохнул выстрел, потом другой.

– Интересно, кто кого? – пробормотал Пит, поспешно закрывая колпак снегохода.

Машина рванула с места, едва не зацепив на повороте какую-то здоровенную лиловую тушу, вихрем промчалась по грязной обледенелой площадке между строениями, пролетела под низкими воротами с поднятой ржавой решеткой, перемахнула через ров и понеслась в бескрайнюю снежную пустыню.

– Ставлю на старика, – смахнув пот со лба, сказал Дино.

Не сбавляя скорости, он оглянулся на быстро удаляющийся город и объяснил:

– Он такой энергичный!

– О да, но ты не знаешь Диди, – с большим сомнением в голосе произнес Пит.

По его мнению, дворцовый переворот на Мерлине был более чем вероятен.

20.

Яхта «Линда», обитаемый космос

– Пит! Пи-ит! Пит, проснись!

– Ну, Умница… Еще чуть-чуть, – капризным детским голосом сонно пробормотал Пит, повозив щекой по подушке.

– Пит! Питер Корвуд! Проснись, идиот!

Ого! Это Умница так ругается?!

Пит приоткрыл один глаз.

Уши, большие и острые, как крылья летучей мыши, реяли в полутьме каюты, осеняя лицо лежащего в койке Пита.

– Чтоб я сдох! – тоскливо сказал Пит, окончательно просыпаясь. – Я сплю?

– Уже нет, – довольным голосом сказал Сэмюэл Сигал, плюхаясь в кресло.

– Жаль, – откровенно признался Пит. – Лучше бы кошмар во сне, чем наяву!

– Это кто кошмар? Это я кошмар? – обиделся Сэм.

– Слушай, Сигал! – Пит сел на постели и душераздирающе зевнул, едва не свернув себе челюсть. – Откуда ты взялся? Если бы я с вечера знал, что ты на борту, клянусь, я бы вообще не смог уснуть! Тебя только мне не хватало!

После Мерлина все шло не так, как надо. То есть нет, с Джонни – тьфу, тьфу, тьфу! – все было в полном порядке. Но

в остальном дела шли не так, как хотелось бы Питу.

После истории с похищением Пита охраняли как никогда раньше. Сторожей было шестеро. Вообще говоря, охраной можно было считать весь экипаж, но только шесть человек не имели никакой другой постоянной работы, кроме неусыпной слежки за Питом. Двое день и ночь сидели у шлюза, отрезая Питу путь за пределы яхты. Сущий идиотизм! «Линда» шла на крейсерской скорости в открытом космосе. Как будто Пит мог возжелать прогуляться по космическим окрестностям! Зачем, интересно? Подышать свежим вакуумом?

Остальные четверо охранников попарно несли вахту непосредственно при особе Пита, карауля его круглосуточно, где бы он ни находился. Правда, спал он в одиночестве, сторожа оставались за дверью каюты.

Пит решительно не понимал, зачем его так тщательно охраняют. Конечно, ценность груза говорила сама за себя – шутка ли, Парадиз для целой планеты! Но груз-то был у Джонни, а следили за Питом! Хотя было совершенно очевидно, что бежать он не собирается, да и куда ему бежать с летящей яхты? Нового похищения тоже, кажется, можно было не опасаться, потому что на борту личного судна Тревора не было никого, кроме Пита с Джонни, их бдительных хранителей и немногочисленной команды. Или его охраняли именно от команды? Или команду от него?

Чушь и бред. Пит чувствовал себя ничтожной пешкой в большой непонятной игре и злился. В этой ситуации на борту не доставало только Сэма Сигала, который прилепится к Питу, как будто тому мало было штатных охранников, и вдобавок будет изводить его непрерывной болтовней!

– Я давно на борту, – отвечая на заданный вопрос, пожал узкими плечами Сэм. – С самого первого дня полета, со старта с Мерлина. Моя каюта рядом с твоей. Только ты меня не видел, потому что нам не давали встретиться. Меня даже обедать выводили в другое время – после тебя! – Тут он обиженно надулся.

– Да ну?

Пит оживился. Кажется, он понял, почему его так охраняли!

– Значит, Тревор не хотел, чтобы мы с тобой виделись? Постой, но как же тогда ты прошел ко мне в каюту? А что мои церберы?!

– То же, что и мои, – дрыхнут! – тихо сияя, сказал Сэм.

– Как?!

– Так! – Сэм поник в кресле, раскинул руки-ноги и театрально захрапел, демонстрируя, как именно дрыхнут охранники.

Получалось, что дрыхнут они широко, с душой, самозабвенно выводя носами сложные рулады.

– Я хотел спросить, как это случилось, что все они одновременно это самое! – И вместо глагола Пит тоже употребил старательно воспроизведенный Сэмом могучий храп.

– Очень просто! – Носатый гном многозначительно показал ему маленький матово-серебрящийся разрядник.

Парализатор, дамская игрушка, узнал Пит. Слишком нарядный, слишком маломощный, чтобы уважающий себя мужик выбрал его в качестве оружия, но, пожалуй, в этой ситуации – как раз то, что надо. Обездвиживает противника, который впадает в оцепенение, плавно переходящее в здоровый крепкий сон.