Семь минут
Шрифт:
— Наконец-то, блядь, твои сексуальные яйца встали, — говорит Эйс, когда мы входим на кухню. Замечаю, что в доме безупречно чисто. Я думала, что встреча с ним и Рoманом будет странной после прошлой ночи, но, как ни странно, это не так. Я чувствую себя комфортно рядом со всеми ними. Я оглядываю комнату в поисках Себа, но он, вероятно, занят тем, что делают сумасшедшие.
— Мария только что ушла. Сказала, что вернется позже, чтобы постирать, — на поверхностях нет
Я подхожу к барному стулу и плюхаюсь на него, когда Деймон протягивает мне маффин и чашку горячего кофе.
— Я подумал, что тебе понравится это сладкое дерьмо, поэтому добавил в него немного молока и сахара для тебя, — он подходит и встает позади меня, его руки движутся к моим бедрам.
Я делаю глоток кофе, застонав от вкуса, и в комнате воцаряется тишина.
— Еще раз так застонешь, и я разложу тебя на столе и съем на завтрак, пока Эйс будет смотреть, — у меня перехватывает дыхание, потому что я знаю, что он не лжет. Эйс тихо присвистывает, когда раздается звонок в дверь. Я предполагаю, что Рoман или Себ ответят, потому что следующее, что я помню, это как на кухню входит кричащая Бекка.
— Нашел ее снаружи, — говорит Рoман, отпуская руку Бекки.
— Какого черта эта сучка все еще здесь делает? Я думала, это всего лишь на одну ночь? — она поворачивается в мою сторону. Рoман стоит прямо за ней с раздраженным выражением лица. Он действительно не любит людей.
Я ставлю свою чашку на стойку.
Все стоят неподвижно.
Ждут.
Я встаю, выбивая из-под себя табуретку, и обхожу кухонный островок. Бекка делает шаг назад, прежде чем Себ встает у нее за спиной, блокируя движение.
— Настоящий вопрос в том, почему ты здесь, Бекка? — спрашиваю я, скрещивая руки.
— Что ты имеешь ввиду? Деймон мой. Он хотел тебя только потому, что с тобой было легко переспать. Раздвигай ноги для любого, у кого есть член. Я дала ему немного времени остыть, и теперь я вернулась, так что ты можешь уйти, — ее руки сжимаются в кулаки.
— Скажи ей, Деймон. Скажи ей, что ты ее не хочешь, — она встает со своего места и идет туда, где стоял он.
Я ничего не могу поделать с охватившим меня гневом. Не раздумывая, я бросаюсь на нее. Мой кулак врезается ей в щеку. Ее крики ударяют мне в уши, но я не останавливаюсь. Я наматываю ее волосы на кулак и использую всю свою силу, чтобы швырнуть ее на пол. Оседлав ее бедра, я наклоняюсь ближе к ее лицу.
— Деймон был твоим, и ты его потеряла. Он не хочет
Ее глаза расширяются от страха, когда она пытается выбраться из-под меня. Но, конечно, у нее этого не получается.
— Деймон не хочет тебя! Он всего лишь хотел трахнуть тебя!
Мой кулак снова взлетает в воздух, и я выполняю свое обещание. Я смотрю, как из ее носа течет кровь, но она пользуется тем, что я отвлеклась, чтобы замахнуться на меня, и ее кулак попадает мне в челюсть. Мое лицо отклоняется в сторону. Прежде чем я успеваю нанести еще один удар, чьи-то руки обвиваются вокруг меня сзади, и меня отрывают от нее.
Это не останавливает меня от попыток вернуться к ней, но Эйс крепко держит меня. Когда я снова смотрю на Деймона, на его лице ухмылка. Бекка встает со своего места на земле и подходит, чтобы обнять его за талию, ища утешения.
— Видишь. Говорила же тебе, — она смотрит на меня через плечо, одаривая мерзкой улыбкой. Но Деймон не позволяет ей прикоснуться к себе. Он наклоняется достаточно близко к ее уху и шепчет что-то, чего я не слышу, когда Эйс отпускает меня.
Моя грудь вздымается от гнева. Я делаю шаг назад, прежде чем повернуться, чтобы выйти из комнаты. Я не хочу разбираться с этим прямо сейчас.
Прежде чем я успеваю выйти из комнаты, Рoман загораживает дверь, качая головой.
Он кивает в сторону Бекки и Деймона. Когда я оборачиваюсь, первое, что я замечаю, это то, что лицо Бекки потеряло весь свой цвет, а Деймон улыбается. Он хватает ее за плечи и поворачивает лицом к нам.
— Теперь ты видишь, Тейт — единственная для меня. Единственная, на кого я смотрю, — он поднимает взгляд, встречаясь с моими глазами. — Итак, вспомни Бекки, прежде чем снова откроешь передо мной свой отвратительный рот. Не забывай, кто ты на самом деле. И если ты такая тупая, какой кажешься, я скажу тебе медленнее, чтобы ты поняла. Ты. Ничто. Для. Меня. Ты просто никогда не будешь Тейт, — он встает во весь рост. — А теперь убирайся нахуй из моего дома. Это последний раз, когда я предупреждаю тебя, — подойдя ко мне, он притягивает меня к своей груди, прежде чем поцеловать.
Когда Бекка начинает рыдать, она бежит к входной двери. Рoман закрывает ее за ней.
— Я же говорил тебе, Тейт. Ты для меня единственная, — он целует меня еще раз. — Спасибо, что уделила мне семь минут, Ангел.
Конец