Семь истуканов

Блюдёнов Артём

– Тогда вас можно назвать проводником. Вам нравится эта работа.

– Скорее я лесник, и можно обращаться ко мне на «ты», – усмехнулся Денис, чувствуя себя довольно неловко.

– Хорошо, давай на «ты», и называй меня Мария, без этого ужасного отчества.

– Красивое отчество, – честно отметил Денис.

– Слишком длинное и официальное, – Мария очаровательно сморщила носик, отчего на секунду показалась ему школьницей. Потом на ее переносице вдруг оформилась хмурая складка, и она продолжила, – люди придают огромное значение своим именам, а потом еще и приделывают к ним отчества.

– В английском их нет, – зачем–то вспомнил Денис.

– В английском все порядке с титулами и серийными номерами.

– Например?

– Например,

королева Великобритании Елизавета II.

– Не поспорить, – Денис сделал глубокую затяжку и выпустил струю дыма.

– Зачем вы сосете эти соски? – поинтересовалась Мария.

Денис не сразу понял, что речь идет о его электронной сигарете, так неожиданно и по-детски непосредственно это прозвучало, что только добавляло фразе какой–то двойной или даже тройной сексуальный подтекст.

– Хм, – начал он, подбирая слова, – нет неприятного запаха и привкуса химических добавок, одежда потом ими не пахнет, можно спокойно курить в квартире, даже в кровати. Плюс никаких окурков. Достал, сделал затяжку и положил в карман. Минимум менеджмента, очень удобно.

– В этом и кроется основная сила любого греха, – усмехнулась Мария, – простота совершения, ведущая к частоте повторений.

– Боюсь я не совсем уловил мысль.

– Не бойтесь, тут все просто, возьмем, например, алкоголь. Этот продукт брожения люди употребляют с самой зари человечества. В теплом и влажном тропическом климате плод падает с дерева, раскалывается, перезревает и бродит. Его находит доисторический человек, съедает и пьянеет. Эйфория обеспечена, ключи от райских врат валяются прямо под ногами. Никакого менеджмента. Впрочем, в этом состоянии у него начинаются проблемы с реакцией, координацией и правильной оценкой ситуации. Наш homo sapiens уже не может достаточно быстро увернуться от когтей саблезубого тигра или метко врезать этой наглой рыжей морде по башке своим каменным топором, но считает отличной идеей оттаскать тигренка за хвост. Век древнего человека был весьма недолгим, а тогдашние любители наесться перебродивших плодов заканчивались вообще моментально, полагаю, что они даже не успевали стать алкоголиками. Как там было – украл, выпил, в тюрьму, а там – поднял, съел, на тот свет.

– Употреблять то это им не помешало, – улыбнулся Денис, Мария оказалась еще и интересным собеседником, он хотел, чтобы она продолжала говорить.

– Да, и вот тут начинается самое интересное – культура потребления. Обрати внимание, что все алкогольные, наркотические и прочие психотропные вещества у древних народов проходили по ритуальной линии. Обычно их готовили местные шаманы для связи с миром духов, а сам процесс носил строго регламентированный ритуальный характер.

– Многие психотропные вещества могут подарить мистические переживания, вполне нормально, что их употребление рассматривали как духовные путешествия.

– Даже наесться перезрелых плодов для древнего человека уже было духовным путешествием, ты переоцениваешь широту их мировосприятия, хотя с psilocybe, конечно, не сравнить. Не суть. Важно, что на тогдашнем этапе развития общества процесс требовалось строго контролировать и регламентировать, в противном случае это начинало угрожать выживанию вида. В более–менее свободный оборот все эти вещества попали несколько позднее.

– Некоторые не попали совсем, – водку с сигаретами мы можем купить в любом универсаме, а наркотики – нет, что не может не радовать.

– Денис, – женщина улыбнулась, – современная американская и европейская фарма производит антидепрессанты в промышленных масштабах, а потом врачи выписывают их по рецепту. В передовом и процветающем цивилизованном «золотом миллиарде» имеется огромное количество абсолютно легализованных наркоманов. Двадцатый век вообще стал эпохой промышленного производства всякого интересного. Первая мировая прошла под флагом химического оружия, во время второй мировой массово производились стимуляторы, например, широко известный marsch getr"ank, который входил в походное снаряжение солдат Вермахта, официально

являлся энергетическим бодрящим напитком. Растворил усталый фриц после дневных мытарств пару таких витаминок во фляжке, выпил и погнал в ночной марш–бросок на 50 километров с полной выкладкой. Что касается веществ поинтересней, то тяжелые наркотики вполне официально продавались в аптеках на заре двадцатого века. Кокаин в США пользовался огромной популярностью, считался наиболее эффективным средством от зубной боли для детей. Когда немного разобрались в вопросе, то свободную продажу, по понятым соображениям, прикрыли, но и Кока–Кола тоже не просто так называется. Уверяю тебя, что если бы сегодня кто–то вдруг изобрел алкоголь, то все медицинское сообщество встало бы на дыбы, настолько это ужасная отрава для организма, но сделать это в наше время нельзя, поезд ушел, слишком долго алкашка уже с нами, можно сказать прошла бок о бок от самых истоков. Влилась, так сказать, в культурный код. Стала традицией. Огромную роль играет восприятие явления, отношение к нему в обществе, а не явление само по себе. Сегодня модно и прогрессивно, а завтра отвратительно и аморально. Как в моде, понимаете?

– Кажется, да, скажите Мария, – лесник невольно перешел опять на «вы», – кто вы по профессии?

– Сфера моих профессиональных компетенций, – женщина на секунду задумалась, – пожалуй, на русском будет точнее всего сказать биохимия. Что так заметно? – она весело рассмеялась, – Да, выглядит со стороны не очень, только начали разговор, а меня уже снесло в лекцию о роли наркотических и психотропных препаратов в общественной жизни. Прошу меня извинить.

– Нет, нет, было весьма познавательно, – поспешил вставить Денис, заметив, что Мария начала вставать со скамейки, ему хотелось продолжить разговор, вернее ее монологи, потому что полноценно поддержать беседу на этом уровне и в таком темпе он не мог, а скатываться в обсуждение флоры и фауны Байкало-Ленского заповедника совсем не хотелось. Поэтому единственный интересный, актуальный, а главное спасительный вопрос был очевиден, – а что вы думаете про концепцию устойчивого развития?

– Что, простите? – Мария чуть приподняла точеные брови.

– Ну, это же цель вашей встречи с коллегами, – Денис вдруг почувствовал себя полным идиотом, словно сказал, какую–то дикую глупость.

– ESG, что ли? А сами, как думаете? И мы же вроде договорились перейти на «ты», – Мария снова улыбнулась.

– Честно? – спросил Денис.

– Абсолютно, – кивнула она.

– Думаю, что это какая–то мутная фигня.

– Продолжай так думать, – снова кивнула Мария, – но, если ты скажешь такое кому-то из моих коллег, мне придется тебя убить.

Она улыбнулась, давая понять, что шутит, все же встала с лавочки и направилась в дом. Теперь аудиенция точно была окончена, а Денис так и не сказал женщине ничего интересного и яркого. Ему пришлось остаться, следовать за ней было и невежливо, и неловко.

Мужчина посмотрел на часы в смартфоне. До обеда оставался еще почти час. Обслуживающий персонал, куда входил и Денис, принимал пищу на кухне, для клуба путешественников был предусмотрен просторный зал на втором этаже с широкими окнами и круглым столом на двенадцать персон, который одновременно служил и конференц-холлом. Есть пока не особо хотелось, а других дел у него сегодня не было. Полный сбор гостей был запланирован на завтра, тем же вечером должна была состоятся конференция, которая плавно перетекала в праздничный ужин, на эту часть Денис был приглашен.

Его задачей являлось развлечь гостей небольшой лекцией о природе Байкало-Ленского заповедника, описать им схему экскурсионного маршрута, дать несколько практических рекомендаций и ответить на интересующие вопросы. Обычная рутина. Также из персонала место за столом было зарезервировано для Наташи, практической пользы она не несла, но видимо обосновала свое присутствие представительскими функциями, налаживанием контактов и повышением имиджа турфирмы. Судя по бонусам для самого Дениса, клиенты явно выходили для них сладкими.