Семь дней Создателя
Шрифт:
— Средь моря-океана на острове Буяне у меня есть дочь.
— Настенька нашлась? — ахнула жена.
Покачал головой:
— Её зовут Диана, ей семнадцать лет.
И чтобы скрасить горечь признания, добавил:
— Представляешь, она умеет летать.
Билли влез с поправкой:
— Не летать, а плавать в воздухе. Как ты безграмотен, Создатель.
— Просвети.
— Пока не знаю как, но девочка может нейтрализовать силу гравитации.
Люба,
— Ты познакомишь нас?
— Непременно. Мечтаю собрать родных и дорогих мне людей и обсудить: не могли бы мы вместе жить, трудиться и отдыхать.
Жена озарилась улыбкой:
— Воруешь темы?
Вечером, пока Любочка принимала душ, выговаривал своему виртуальному детищу:
— Почему встреваешь в семейный диалог?
— Прости, не удержался.
— А на счёт способностей Дианы ты всерьёз?
— Не всё успел отсканировать, но уверенно скажу: девочка — чудо природы.
— Слюной не захлебнись.
— Надо обязательно за ней вернуться, помочь адаптироваться в нашем мире, изучить и понять её способности.
Я был горд похвалами Билли, горд за своё потомство. Когда Любушка в одной чалме из полотенца переступила комингс каюты, на лице моём светилось неизгладимое самодовольство. А жена меня не поняла.
— Светишься, котик?
— Иди ко мне, прелесть.
Но Люба не спешила, крутилась перед зеркалом — то втягивая живот, то выпячивая грудь, то изгибая стан.
— Как я тебе?
— Само совершенство.
— И родить смогу? И фигуру не испорчу?
Идея фикс. А что, я не против — давно пора….
Утром выяснилось, что батискаф в воде ни разу не был — только-только собрали, а тут случай подвернулся. Загрузили и сюда.
— Сегодня пробное погружение, — объявил Видгоф. — Нормальный покажет результат — завтра спустимся на дно впадины.
Однако и на пробное погружение конструктор не спешил дать команду — что-то крутили со Стивом, замеряли, настраивали. Мне надоело.
— Пойдём, — позвал жену. — Научу водохождению.
Выпросил у капитана ялик, отошли от борта.
— Главное верить, — поучал Любу. — Скажи "верю" и смело ступай.
— Верю, — сказала Люба, шагнула за борт и, как была в резиновых туфлях, шортах, блузке и шляпке, ухнула в воду.
Вынырнула, отплёвываясь:
— Ты издеваешься?
— Да нет же, — шагнул с ялика, обошёл его, взял Любу подмышки и вытащил на поверхность. — Попробуй ещё.
После нескольких неудачных попыток настырная ученица прогнала меня на судно:
— Гладышев, ты меня сбиваешь.
Только прилёг в каюте, стук в иллюминатор — Любино лицо. Открываю, высовываюсь,
— Ты почему не сказал, что ходить надо босой?
Босой? А я и не знал.
Научил Любу нырять и плавать в глубине без акваланга. Её восторгам не было конца.
Батискаф имел два пульта управления — дистанционный, смонтированный в одной из рубок спасателя, и автономный, расположенный в спускаемом аппарате.
— Всё готово — прошу, — главный конструктор предложил принять участие в пробном погружении.
Стив был сух и деловит, указал нам наши места:
— Сидеть, смотреть, руками ничего не трогать.
Герметично закрылся входной люк. Батискаф качнулся на талях, поднятый над палубой. Стрела переместила его за леера, и начался плавный спуск на воду. Матросы с ялика освободили аппарат от строп.
— Мы на плаву, — доложил Стив.
— Вижу, — голос Видгофа. — Герметичность?
— В норме. Готов к погружению.
Я Любе на ушко:
— Травим воздух?
— Тс-с-с. Далее все операции телекинетические, — она шёпотом.
Под этот шепоток ухнули под воду — иллюминаторы застило воздушными пузырями.
— Ровнее, — голос Видгофа. — Скорость погружения высока.
Стив развёл руками, пожал плечами, обернулся к нам, призывая в свидетели — мол, он тут ни при чём.
Эй, там, наверху, полегче, полегче — ни котят в ведре топите!
Видгоф:
— Глубина погружения…. Скорость погружения…. Герметичность?
Стив:
— В норме.
И так, каждые пять минут.
— Что видите? — голос конструктора.
Я в иллюминатор и вздрогнул, отшатнувшись от собственного отражения в стекле.
— Как страшен ликом Агбе, — припомнил Билли мне былые проказы.
Люба:
— А если поменять освещение
Свет погас внутри батискафа, только перемигивались приборы пульта управления. Над иллюминаторами с внешней стороны вспыхнули прожекторы. Их лучи с трудом пробивали толщу воды, замусоренную какими-то взвесями.
— Это планктон, — сказала Люба, большой в прошлом специалист по его производству.
Видгоф:
— Глубина…. Давление на борт…. Герметичность?
Получив привычное "в норме", дал команду перейти на автономное управление.
Стив преобразился из стороннего наблюдателя в главное действующее лицо. Его пальцы пробежались по кнопкам и рычажкам — подчиняясь их манипуляциям, батискаф двинулся в горизонтальной плоскости в одну сторону, другую.
Видгоф:
— Попробуйте захват.