Семь дней на счастье

Ф Татьяна

И лишь мы, словно инородные мазки на этой картине, разрушали страшную гармонию, вгрызаясь своими огромными ладонями в крупно-зернистый песок цвета охры и поднимая тонны пыли, лезшей в нос, уши и глаза. Стало понятно назначение волос в ушах, препятствующих песочному вторжению. Я вытерла глаза ладонью, но это мало помогло. Где ресницы, когда они так нужны? Мне не нужны длинные и объёмные, достаточно любых!

Рико потратил добрых полчаса на то, чтобы объяснить мне, для чего мы сюда пришли. Оказалось, всё просто – рыть землю. Я пыталась спросить зачем, выводя свой вопрос на песке, но пока я рисовала одну букву, предыдущая просто стиралась. Спустя несколько попыток я сдалась и просто уселась на землю, сложив

свои грабли – иначе не скажешь – на груди. Рико расположился рядом, долго и нудно раскапывая яму. Остальные делали те же бессмысленные на мой взгляд движения.

Я направила свой взгляд на небо, имевшее ту же цветовую гамму, что и земля. Ни грамма голубого. Я разочарованно вдохнула воздух, или если быть точнее газовую смесь. Вроде не было ничего необычного. Хотя, что можно считать обычным в моей ситуации? Это определенно не Земля, я хоть человек творческий, но курс школьной физики добросовестно прослушала. В хорошем смысле этого слова. И будь это земная атмосфера, оттенки синего и голубого цветов на небосклоне всё-таки встречались бы. Наша звезда на месте, значит свет должен рассеиваться именно в синем участке диапазона. Человеческому глазу он нравится почему-то больше чем фиолетовый, хоть последний и рассеивается лучше. Я сейчас не человек, а значит цвета могу воспринимать как-то иначе. Но я гуманоид и должна быть очень похожа на своих создателей.

Рико что-то нашёл и залез в вырытую яму весь.

Продолжаем рассуждать. Где у нас может быть оранжевое небо? На Марсе? Было бы возможно, если бы не высокая температура. Марс слишком далеко от Солнца, да и колонии живут под куполами, никто просто так без скафандра там не шастает по поверхности. Значит не Марс.

Венера? Несмотря на усилия учёных, исправить атмосферные поломки не удаётся и выжить без защиты там нельзя. Говорят, что последние находки в храмах шинейцев, скрытых глубоко под землёй прольют свет на катастрофу, произошедшую более тысячи лет назад и уничтожившую целую цивилизацию.

Из ямы послышалось довольное рычание.

Меркурий? Нет. Точно нет. Атмосфера и Меркурий понятия не совместимые. Не было, нет и никогда не будет. Отметаем сразу. Тогда где мы? Ведь дальше Солнечной системы нам делать нечего. Скорость света мы пока ещё не преодолели и поэтому можем пока только запускать зонды и спутники, но и они скорее всего становятся космическим мусором, постепенно истлевая из-за радиации. Между Венерой и Землей есть неширокий пояс астероидов, образовавшийся пару тысяч лет назад, когда столкнулись две огромные кометы. Раскрошившись на «камушки» поменьше и удобно встроившись в механизм нашей звёздной системы, они летели с гораздо большей скоростью, чем большинство планет и вращались вокруг собственной оси довольно быстро.

Из ямы показалась лысая черепушка Рико.

– Грррхх!

Если бы у меня были брови, я бы подняла одну из них. Но их не было.

– Гррррхххх!!

Да чего он от меня хочет?

Он протянул руку. С сомнением на неё посмотрела. Утащит в яму? Не хочу.

– Грррррррррррххххх!!!!

Он подвигал огромными пальцами, словно хотел что-то взять. Я вспомнила! Так делают маленькие детки, когда просятся на ручки! По крайней мере, младшенький Эльтарины изъяснялся именно таким способом. Рико хочет на ручки? Ээээ…. А может его просто надо вытащить? Схватив ладонь, я потянула Рико на себя. На удивление у меня это получилось легко. Эх, сколько полезных умений у этого тела, настоящая я вряд ли бы так смогла. Да что говорить, ненастоящая рыжеволосая тоже бы не смогла.

Очутившись на земле, Рико отложил часть находки в сторону. Оставшуюся тщательно протёр ребром ладони и протянул мне. Скорее с недоверием, чем с интересом я взяла предложенное и рассмотрела. Кусок горной породы с тёмными вкраплениями мне ни о чём не сказал.

Я повертела его, затем вопросительно посмотрела на Рико. Тот взял ещё один такой камень, поднёс к лицу, осторожно дыхнул на него, как будто согревал и растянул на лице довольную улыбку. Я проделала тоже самое и присмотрелась к тому, что у меня было в руках. Невероятно, но тёмные пятнышки начали двигаться, и я чуть было не выронила камень из рук, если бы не узнала эти движения. Это было шинейское золото! Металл, реагирующий на органику и взаимодействующий с ней. Квантовые чудики, да я сейчас держала в руках несколько тысяч кредитов, если не несколько сотен тысяч. Да на эти деньги я смогу не то, что арендовать, купить, да-да, купить целую студию! И несколько лет носить новое тело!

Я так обрадовалась, что чуть не пропустила воришку. К кучке, что Рико отложил в сторону, аккуратно подкрадывалось ещё одно лысое существо с явными намерениями.

– Грых! Грых!!

Я запрыгала на месте, показывая пальцем на «гостя». Рико обернулся, увидел неудавшегося грабителя и зарычал. Негромко, но так, что у меня даже ёкнуло в груди. Существо вскочила на свои короткие, но сильные ноги, и бросилось на Рико.

Я ошарашенно наблюдала за схваткой лысых. Мне никогда не нравились подобные мероприятия. Двое дерутся за что-то, что могли обсудить в обычном разговоре. Не понимаю. Да, законы биохимии мне были известны, и выход мужской энергии нужен, но можно же пойти в спортзал, полупить грушу или выложиться в голозале, где эффект присутствия реального противника запредельно ощутимый. Но бить живого человека! Тьфу, пусть не человека, а не пойми кого, но всё же это как-то неправильно.

К сожалению, все эти возмущения так и остались у меня в голове. Я сидела на песке и боялась пошевелиться, потому как и зашибить могут ненароком.

Послышался хруст костей и я зажмурилась. Только этого не хватало. Стон, раздавшийся практически сразу явно принадлежал не Рико. Несмотря на то, речь для нас недоступна, те звуки, что я слышала, указывают на басовитость моего знакомца. А стенания того, кому наверно что-то сломали, больше походили на фальцет, постепенно удаляющийся. Побежденный враг сбежал?

– Гррр, – раздалось где-то совсем рядом.

Я открыла глаза и узрела большую ладонь, на которой лежала горстка шинейского золота. Послушно подхватив всё, подняла взгляд на Рико. С его лба медленно сочилась кровь, капая на сухой песок и моментально впитываясь в него. И тут я сделала то, что совсем от себя не ожидала. Потянув Рико на себя и заставив его сесть, облизнула рану. А потом ещё раз. И ещё. И только сейчас поняла, что делаю.

В ужасе отшатнувшись, я попятилась назад, развернулась и помчалась, куда глаза глядят. Я бежала по горячему песку, совершенно не обжигаясь. Меня гнало чувство страха, необъяснимого, непонятного и оттого ещё более пугающего. Что это за место такое? Что за существа здесь обитают? И почему здесь я? Что я сделала? Неужели это расплата за те несколько дней счастья?

Погружённая в свои мысли, с затянутыми пеленой слёз глазами, я не заметила булыжника и с шумом повалилась на землю, где и дала волю солоноватой влаге, попросту разрыдавшись и свернувшись калачиком прямо на песке.

Спустя какое-то время меня нашёл Рико. Он высыпал кучу золота на песок – и тащил же его всё время! – сел рядом и, сграбастав меня в охапку, начал гладить по голове. Странно, но это успокаивало, и я перестала плакать, лишь иногда пошмыгивая носом.

Так мы просидели практически до заката. Рико заворочался, давая мне понять, что нужно уходить, но перед тем, как мы двинулись в путь, вывел два слова на песке – «лечить» и «рефлекс». Затем указал на свою, почти затянувшуюся рану и ткнул мне в щёку. Я потрогала её и обнаружила сухую корку, где, скорее всего, ранее было повреждение.