Семь дней из жизни..

Баранов Анатолий Евгеньевич

– Вот, - уважительно одобрил смелое заявление Иван.

Какое-то время прошло в безмолвии – лишь романтическая мелодия, изредка нарушаемая слабым потрескиванием радиопомех (как поленья в костре), да неровный шум тоскующего по капитальному ремонту восьмицилиндрового мотора.

Вдруг Эрни тихо проговорил, почти прошептал:

– Но я держал ее за руку.

Иван расслышал его слова, но счел необходимым несколько секунд демонстративно помолчать, потом утешительным и вместе с тем ободряющим тоном

произнес:

– Наверное, тебя разыграли. Жаль, что я плохо знаю местных, но ничего, Карл тебе поможет. Скажи ему, что думаешь, что тебя разыграли. Он мигом смекнет, кто бы это мог быть.

– А как же фотография, Иван?
–  уже увереннее продолжал Эрни.
–  Это та самая девушка. Ну, если только это не вы с Карлом меня разыгрываете.

– Я? Нет!
–  безапелляционно отрезал Иван.
–  А у Карла сам выясняй, коль он тебе шутником показался.
–  Иван чуть-чуть призадумался.
–  Я никому не говорил, что еду сюда. А ты?

Эрни погрузился в не самые приятные воспоминания.

– Может, родителям, жене? – участливо подсказывал Иван.

– Жене, - ухватился за предложенный вариант Эрни, да так живо, как будто ожидал этой подсказки, - но я не говорил, куда конкретно. Сказал, что уезжаю на пару недель – хочу закончить книгу.

– Закончить? – недоверчиво переспросил Иван.

Эрни умоляюще закатил глаза.

Иван коротко кивнул: мол, понял, не пристаю. С невинным видом продолжил:

– А еще кому?

– Больше никому, ей одной.

– Твоя жена не считается, - досадливо отмахнулся Иван.
–  Думаю, что ей сейчас не до розыгрышей, хоть я ее и не знаю.

– А если она жива?

– Кто?
–  не сразу сообразил Иван.

– Беатрис.

Иван вновь замолчал.

Затем твердо сказал:

– Ну тогда найди ее.

Через некоторое время он добавил:

– Смотри будь осторожен. Не забывай про психушку.

Но Эрни не унимался:

– Она сказала, что мы еще увидимся.

– Свидание, что ли, назначила?
–  хохотнул Иван.

Эрни осуждающе покосился на приятеля:

– Это не смешно.

– Я и не смеюсь, - решил оправдаться Иван – улыбка исчезла с его лица, - я спрашиваю.

– Нет, не свидание, - терпеливо разъяснил Эрни, - просто сказала: «Еще увидимся. Привет Ивану».

– «Привет Ивану»? Так и сказала?
–  В голосе Ивана больше не было ничего шутливого.

– Да. Именно так, - подтвердил Эрни.

Иван поежился и пробубнил себе под нос:

– Надеюсь, она не меня имела ввиду. Мне ее привет даром не нужен. Жуть какая.

– Она симпатичная, - задумчиво произнес Эрни и еле заметно мечтательно улыбнулся.

Иван с опаской глянул на него и грубо рявкнул:

– Давай о чем-нибудь другом, хорошо?!

Эрни не ответил. Иван от души надавил на педаль газа –

раздался рев изношенного двигателя, не ожидавшего подобной экзекуции. Изрыгая клубы черного дыма, пикап, дергаясь и подвывая, неохотно, словно протестуя против ничем не оправданных действий сумасбродного хозяина, набирал скорость.

9

Автомобиль подъехал к теперь уже его, Эрни, неказистому дому и остановился.

– Все, приехали, - объявил Иван и поспешил выбраться из кабины.

Эрни также вылез. Подошел к кузову машины, достал из него свою сумку и недовольно поморщился, заметив, что белый кант на ней сильно испачкался. К тому же от сумки здорово несло смазочными материалами. Ничего иного Эрни и не ожидал.

Иван, недолго повозившись с замком, распахнул входную дверь нового пристанища Эрни; жестом пригласил товарища войти в дом первым и посторонился, пропуская его вперед.

Перед глазами Эрни предстала просторная, утопающая в ярком солнечном свете комната (окна были достаточно большими и квадратными) с более чем скромной обстановкой: серый потертый диван, накрытый куцей замызганной тряпицей; покосившийся двустворчатый платяной шкаф; деревянный - явно самодельный - стол (сойдет и за письменный); три разнокалиберных стула без обивки (не исключено, что тоже изготовленных своими руками где-нибудь на заднем дворе лет пятьдесят назад, когда, вероятно, и строился сам дом). Кое-какое оживление небогатому интерьеру придавал круглый пестрый коврик, лежащий на полу.

В комнате не оказалось не только телефона, но и телевизора, однако Эрни этот факт, разумеется, не расстроил. Хотя книжные полки на стенах и отсутствовали, но на шкафу высокой стопкой лежал добрый десяток толстых книг. В целом, все выглядело неплохо – гораздо лучше, чем он мог предположить. Эрни почему-то готовил себя к худшему. К чему именно, он не знал…

– Кухня вон там.
–  Иван показал рукой на одну из двух дверей в дальней стене.
–  Других комнат здесь нет, раньше были, но дом перестроен. Да тебе и одной – за глаза. Ванная рядом с кухней.
–  Он перевел руку на вторую дверь.
–  Ну, как ванная… душевая.

– Да. Спасибо. Все понятно, - поблагодарил Эрни.

– Я поеду, - неожиданно заявил Иван.

– Так сразу?

– Ну да. А что? Ехать же далеко. А ты давай за книгу принимайся – не упускай возможности. Когда я еще тебя сюда приглашу…

– Хорошо, - согласился Эрни.
–  А это что?
–  Он указал рукой на крышку в деревянном некрашеном полу.

Иван немного подумал, как бы решая: достоин ли этот праздный вопрос правдивого ответа.

– А-а… Это что-то вроде подвала. Но в нем слишком темно. Лучше не заглядывать, мало ли что. – Он принял слегка таинственный вид и многозначительно замолчал, важно надув щеки.