Семь девиц для некроманта
Шрифт:
— Использование магии в большом количестве, — тут же пояснил он свой жест, — негативно сказывается на молодых магах…
— Я не маг! — заупрямилась Айрис. — Это получилось случайно! Дедушка говорил, что женщины практически никогда не унаследуют дар некроманта, но ведь они служат его носителем, и тот иногда может прорываться…
— Если у ребёнка и отец, и мать являются носителями дара, то он, будь то мальчик или девочка, практически со стопроцентной возможностью унаследует активный дар. Твои глаза только подтверждение тому, что дар запрятан не настолько
— Я не маг! — повторила Айри. — И мой отец не одарённый! Он вообще… Вообще не знал, что отец мамы — глава некромантской гильдии. А если б узнал, сбежал бы куда подальше. Или повесился бы с горя, что мама омрачила его жизнь своим присутствием. Он терпеть не мог тёмных магов и никогда ни искринки из себя не выжал. Так что всё, случившееся сегодня, это просто случайность.
Себастьян, кажется, совсем не смутился и не разуверился в своей версии.
— Я хорошо помню твою мать. Ведь это Арника? Она часто приходила в гильдию, когда была совсем молода, и за ней упадала половина учеников Арнима… Всякое может…
Нет, стерпеть такое — сверх всякой меры.
— Моя мама — порядочная женщина! — вспыхнула Айрис. — И не надо придумывать всевозможные сплетни, чтобы подтвердить свою догадку!
Айрис не хотелось говорить Себастьяну о том, что она родилась совсем скоро после свадьбы отца и матери, что родители не особенно любили друг друга, если не сказать больше, а Арника часто вздыхала, что зря послушалась мать. Тогда дедушка старался не показываться миру на глаза и не мог принимать активное участие в воспитании дочери, а когда вернулся, уладив все проблемы с гильдией, и передал последователю свои обязанности, оказалось поздно: Арника стала супругой.
Если бы Арним дожил до дня смерти своего зятя, он бы с удовольствием сплясал на его могиле. Но некроманту не хватило всего лишь несколько лет, и, хотя мужчина был ещё здоров и, казалось бы, полон сил, его жизнь оборвалась удивительно внезапно. Бабушка и дедушка угасли вместе, а отец Айрис — и это воспоминание очень чётко отпечаталось в её голове, — так радовался, что они наконец-то могут перебраться в большой дом и зажить на широкую ногу…
Были и другие факты, свидетельствовавшие не в пользу папы. Они с Айрис совершенно не походили друг на друга, а Арника часто грозила чем-то мужу, сдерживая его в узде. Они спали в разных спальнях, даже когда жили в маленьком доме — тогда Арника приходила к дочери и дремала у детской кроватки, — а ещё накануне смерти супруга женщина указала ему на дверь и велела больше не возвращаться.
Но Айрис не позволила бы рыться в жизни собственной семьи какому-то чужому некроманту. И Себастьян не имел никакого права думать о её матери плохо, знай он её хоть сто с лишним лет! Ну и что, что она бывала в гильдии некромантов, на то время ещё тайной? Это совсем не означало, что Арника должна была заводить с кем-то отношения, и уж тем более такие, что приводят к появлению девушки.
— Айрис, подожди! — окликнул её Себастьян. — Если ты одарена — а ты одарена! — но с этим надо что-то
— Ничего не надо со мной делать! — возмутилась она. — И вообще, я хочу уйти. Это не свидание, а фарс, и надо было Луизе самой сюда идти!
Правда, Айрис подозревала, что Луизу загрыз бы оживлённый — у неё-то в родственниках не водится парочка лишних некромантов, — но сейчас об этом как-то не думалось. Компания Бастиана вдруг показалась назойливой, и девушка, подтянув лиф платья повыше и не позволяя ему окончательно с неё слететь, заспешила к ступенькам, по которым сюда и пришла.
— Погоди! — окликнул её Себастьян. — Да подожди же ты! — он не собирался отставать, и Айрис вынуждена была застыть, когда мужская рука легла ей на плечо.
Из-за спины донеслось возмущённое рычание.
Себастьян настороженно обернулся. Скелет, по забывчивости оставленный в коридоре, выпрямился и, пошатываясь, направился к некроманту. Айрис и сама, заприметив его, испугалась было, но весь страх испарился, стоило оживлённому заговорить.
— Гос-с-спожа, — с трудом просипел он. — Гр-р-рызть?
Рычащие звуки у скелета получались очень хорошо, аж зависть брала, такая хорошая у него оказалась дикция, и Айрис вредно усмехнулась.
— Если лорд Брайнер собирается продолжать в том же духе, то грызть. И вообще, это не моё свидание, а Луизы. Вот пусть она на него и идёт.
— Айрис…
— Я не позволю оскорблять мою мать какому-то некроманту только из-за того, что он мельком видел её в молодости! — воскликнула девушка. — И не позволю порочить имя своей семьи. Но если моя позиция настолько вам, господин некромант, претит, то пожалуйста — вы можете отправить меня домой. Кажется, на днях пора отправлять одну из девиц… Куда, на алтарь смерти? Сливать всю кровь по желобкам в колбы? Или сразу в огромный котёл?
— Айрис!
— Что, нет? Просто уехать домой? Так я готова!
Только выпалив это, Айрис осознала, что лорд Брайнер и вправду может отправить её домой. Она явилась на свидание вместо другой девушки, получила себе в распоряжение оживлённого, отпирается от того, что сама одарена — потому что не может женщина быть некромантом! — ещё и кричит на Себастьяна и, кажется, собственноручно выкладывает себе приятную дорогу домой.
— Нет, это уму непостижимо! — вздохнул Себастьян. — За что мне достался этот отбор? За какие грехи?
— Ну, неверное, нашлись достаточные, что и так отплатить можно, — не удержалась Айрис. — А что ж, и вправду мало грешил?
Себастьян хитро взглянул на неё, а потом протянул:
— Ты совершенно не похожа на свою мать.
— Не сомневаюсь в этом, — фыркнула Айрис. — Я куда некрасивее.
— Ну, не стоит — вы просто разные, — возразил Брайнер. — Но ты напоминаешь мне одного человека… Впрочем, быть этого не может.
— Конечно, не может. Вряд ли мой отец был знаком с придворным некромантом. Он ж боялся тёмной магии, как невесть чего!
— Ага, — задумчиво кивнул Себастьян. — Да-да…
— Так мне паковать чемоданы и собираться домой?