Селфи
Шрифт:
– Я – младшая сестра Розы, второй номер в стайке из четырех девчонок.
Карл кивнул. Роза, Вики, Ирса и Лиза-Мари. Он наслушался про них до одурения, и, по словам Розы, Вики являлась самой жизнерадостной и оживленной из них. Так что сейчас будет весело.
– Если вы думаете, что я, подобно Ирсе, спустилась сюда, чтобы вы завалили меня абсолютно никчемной работой в забытых богом катакомбах, вы жестоко ошибаетесь. Я пришла сюда исключительно для того, чтобы сказать – относитесь к моей сестре Розе как подобает. Не дразните ее и уж тем более не заставляйте делать то, что
– Я…
– Сейчас у вас имеется возможность извиниться от имени всего отдела «Q» за то давление, которое вы оказали на Розу. Затем я отправлюсь к ней домой и передам ваши извинения. И я искренне надеюсь, что Роза, как самый эффективный сотрудник в вашем спящем болоте, окажется в силах отыскать в себе хотя бы крупицу благосклонности по отношению к вам, принимая во внимание все оскорбления в ее адрес с вашей стороны.
Затем дамочка встала и испытующе посмотрела Карлу в глаза, грозно уперев кулаки в бедра. Любитель посредственного кино высоко оценил бы такую позу.
– Ну ладно, я приношу свои извинения! – выпалил Мёрк, не раздумывая.
– Карл, что это было, а? Она уже ушла? – Брови Ассада почти сошлись у переносицы, свидетельствуя о крайнем беспокойстве своего обладателя.
– Да. У меня даже закралось страшное подозрение, что на этот раз Роза пошла дальше, – Мёрк вздохнул. – Не знаю ничего о мыслях той личности, которая только что почтила нас своим визитом, но мне кажется, что в настоящий момент Роза действительно твердо уверена в том, что она – Вики… Черт ее знает, Ассад. Быть может, это всего лишь мастерская актерская игра.
Помощник тяжело вздохнул и положил на стол перед Карлом большую стопку бумаг. Было очевидно, насколько тяжело он воспринимает то, что творится с Розой. Они работали вместе в течение семи лет, и до поры до времени все было прекрасно, однако в последнее время Роза то лежала в больнице, то страдала от перепадов настроения. Никто не знал, чего от нее можно ожидать.
– Думаешь, пришел конец отделу «Q»? – спросил Ассад, прищурившись. – Потому что, если Роза не вернется, мы вполне можем поступить так, как предлагает Бьёрн. Ну, конечно, если ты не собираешься воспользоваться вот этим, – он указал на стопку бумаг и вызывающе посмотрел на Карла.
Удивительно, но Ассад совсем не был похож на человека, который упал духом.
– Сейчас он занят, – предупредила Лиза, но ее слова не произвели никакого эффекта – Карл пулей пролетел мимо стойки и ворвался в кабинет Бьёрна с решимостью разогнавшегося бульдозера. И пока дверь еще раскачивалась на петлях, он швырнул Розины отчеты, распечатанные Ассадом, на стол между Бьёрном и его гостем, кем бы он ни являлся.
– Теперь изволь ознакомиться кое с какими документами, которыми тебе все же не удалось поманипулировать, Бьёрн. Меня не проведешь.
Шеф отдела убийств воспринял этот выпад с удивительной невозмутимостью. Он лишь взглянул на гостя.
– Разрешите
Гость Бьёрна кивнул Карлу. Неприятный тип. Рыжая борода, обвисший живот, очки – все это говорило о солидном возрасте.
– Карл, это Олаф Борг-Педерсен, продюсер «Стейшн Три». Ты, конечно, знаешь эту замечательную телепрограмму.
Мужчина протянул Карлу руку – она была скользкой от пота.
– Рад встрече с вами, – сказал он. – Да, мы прекрасно знаем, кто вы такой.
Мёрку было начхать, что там они знали. Он обратился к начальнику:
– Изучи вот это все повнимательнее, Бьёрн, а затем я жду от тебя подробного объяснения, как вообще можно было ошибиться так сильно.
Шеф одобрительно кивнул.
– Чуть ли не самая норовистая и злобная ищейка в нашей своре, – сказал он, обратившись к гостю, затем повернулся к Карлу: – Но если ты хочешь на что-то пожаловаться, мне кажется, тебе лучше обратиться напрямую к начальнику полиции. Он, безусловно, оценит то, что информация поступит к нему из первых рук.
Мёрк нахмурился. Что еще такое у Бьёрна на уме?
Он забрал со стола стопку и вышел, оставив за собой распахнутую настежь дверь.
«Что же теперь?» – подумал вице-комиссар, встав у стены в коридоре с арочным сводом. Коллеги по отделу убийств проходили мимо, не получая никакой ответной реакции на вынужденные приветствия.
Почему Бьёрн не отреагировал на агрессивный выпад Карла более эмоционально? Естественно, он сдержался из-за гостя; и все же тут было замешано и нечто иное. Может быть, речь шла о взаимоотношениях между Бьёрном и начальником полиции? А что, если шеф отдела убийств сотворил из Карла марионетку, необходимого ему козла отпущения, который был призван вместо самого Бьёрна поднять бунт против главного босса?
Его взгляд скользнул по кафельным плиткам с узором, напоминающим свастику, и устремился далее, в направлении владений главного начальника.
Сейчас все прояснится.
– Нет, Мёрк, ты не можешь поговорить с ним прямо сейчас. Начальник полиции в данный момент проводит встречу с комитетом фолькетинга в Паролесален, – разъяснила одна из двух респектабельных секретарш главы Управления. – Но я могу назначить тебе время для приема. Как насчет двадцать шестого мая в тринадцать пятнадцать?
«Она сказала, 26-е? Сейчас я покажу ей тринадцать пятнадцать аж через целых девять дней!» – подумал Карл и, без всякого предупреждения схватившись за ручку двери Паролесален, проскользнул внутрь.
Множество лиц с изумлением воззрились на него поверх восьмиметрового дубового стола. Главный инспектор полиции сидел во главе стола, выпрямившись в своем кожаном кресле, с совершенно невозмутимым выражением лица, сам начальник полиции стоял у книжных стеллажей, нахмурившись, а кучка политиков по обыкновению пребывала в раздражении в связи с тем, что их не воспринимали всерьез.