Сектор обстрела
Шрифт:
Лебедев глянул на военкома с ироничной ухмылочкой.
— Лыбится он. Чё ты лыбишься? Щас я покажу тебе…
Военком принялся рыться в бумагах.
— Щас… Та, где ж эта бумажка? Короче, приказ пришел: усилить контроль за отпускниками и комиссованными.
— Да, знаю я этот приказ, не ищи, — остановил Лебедев военкома.
— А, знаешь?.. Там еще про обоснования… отпусков помнишь?
Лебедев кивнул головой. Майор снова подошел к окну. Во дворе, в свете прожектора призывники принимали от своего неуверенно балансирующего
— Как думаешь, в связи с чем это?.. Афган?..
Лебедев тоже ответил вопросом:
— А тебе положено думать?..
— Мне кажется, это как раз тот случай…
— А этот Белоград у тебя призывался?
— Да хрен его знает. Сейчас еще только архив осталось поднять.
— И куда ж ты смотрел?
Майор вскипел внезапно для себя:
— А ты сядь тут рядышком и попробуй вместе со мной эту пиратскую банду отправить… — и добавил после паузы. — Коньячку дернешь?
— Ладно… давай… по тарелке не размазываем. Номер части?..
Глава двадцатая
Тахир проснулся от шума скрипнувшей двери во дворе. ТТ всегда, даже ночью, находился при нем. Он взвел затвор пистолета и приготовился встретить любую опасность. Но в гостиную вошел помощник.
— Дантес в Асадабаде, гумандан-саиб.
— Ты считаешь, эта причина достаточна, чтобы будить меня, венценосный?
Фархад дополнил:
— Шахил передает: вертолетный полк поднят по тревоге. Около батальона шурави грузятся в вертолеты.
— Вертолеты!??
— Вертолеты, саиб.
— И Дантес в Асадабаде… Где твои люди?
— Уже готовы к выступлению.
На размышления не оставалось времени. Тахир приказал:
— Немедленно на позиции! Связь, ко мне!
— Связист уже здесь.
Осведомленность Фархада порой ошеломляла. Тахира давно терзали подозрения в отношении помощника:
— Ты откуда знал, что мне рация понадобится?
Фархад покорно склонил голову.
— А зачем мне понадобится рация, ты тоже знаешь?
— Людей из Пакистана видели кочевники, — пояснил Фархад.
— Не ты ли их послал?
Фархад снова опустил глаза в глиняный пол:
— Я только восхищаюсь твоим замыслом, гумандан-саиб…
— Я ты знаешь замысел?..
— Ты хочешь заставить их отступать по ущелью. С людьми из Пакистана мы выполним твой план — ни один шурави отсюда не уйдет.
— Да…а, Фархад, непростой ты человек.
— Я только служу тебе, гумандан-саиб.
"Мудрая змея под одеялом лучше тупого осла в загоне", — который раз отметил про себя Тахир. Вслух же он отдал распоряжение:
— Выводи людей, половину своих направишь к выходу из ущелья по левому хребту. Пусть только высадятся. Назад ни одна неверная собака отсюда не выйдет. Пусть подойдут Мирзахан и Вахед. И связь ко мне…
Тахир намеренно устроил такой демонстративный
В том, что разведка донесет Дантесу, что на соединение в Хару идут моджахеды со всей провинции, Тахир не сомневался. Это и должно было привлечь полковника. Справиться с ними всеми сразу сил у Дантеса предостаточно. Вот только подход отрядов из Пакистана должен был остаться для шурави незамеченным. Даже в самих этих отрядах ни один правоверный не знал, зачем его подняли среди ночи и куда приведет их суточный марш при полной боевой выкладке. Только направление движения могло подсказать самым опытным моджахедам — шли в сторону Асадабада…
…Город казался брошенным. Даже луны в небе не было. Асадабад освещали только звезды. Только шурави в своем болоте копошились.
Рядом с техническим парком, вздымая в небо тучи пыли, выстраивалась колонна транспортной техники. Командир взвода специального назначения старший лейтенант Янишин знал: транспортной только пока что. Там, внизу, в боевых машинах, при погашенных фарах и не заведенных двигателях, сейчас замерли на своих местах в ожидании команды механики. А в десантах, в обнимку с оружием и вещмешками, наверняка, дремлет — пехота…
…Дантоев вместе с Озеровым и комбатом второго батальона наблюдали в бинокль за вершиной горы, что за рекой. Ждать обрыдло уже всем. Даже комбриг уже начал терять терпение. Он даже уже пожалел, что полетел в Асадабад, чтобы увидеть, как с горы подают моджахедам сигналы:
— А если мы с этой точки не увидим?..
— За постом наблюдают с двух сторон. В долине еще один взвод, — попытался успокоить Дантоева особист.
— А если он не просигнализирует, — высказал сомнения комбат.
— А что это меняет? — комбриг бросил взгляд на Озерова.
— Пехота уже на аэродроме. Синельников ждет команды, — доложил особист.
Звездочки на погонах в этом мраке было не разглядеть. Из темноты, как черт из табакерки, вынырнул неопределенного звания «Дежурный»:
— Товарищ полковник, разрешите обратиться к капитану Озерову?
Дантоев отвлекся от наблюдения, измерил взглядом офицера и кивнул головой. Дежурный извлек из рукава какую-то бумажку:
— Товарищ капитан, дежурный по бригаде передает, что по в/ч связи принял для Вас сообщение из Союза… "Начальнику особого отдела: Телеграмма на имя военнослужащего Белоград от 7-го марта о болезни его матери не действительна до окончания расследования обстоятельств ее появления". Подпись — Начальник особого отдела гарнизона номер… Лебедев.