Секта

Бельтюков Андрей

Это до приезда. Но главное, разумеется, другое, потому что события, которые произошли после его общения с Руфью Йельсен, были гораздо значимее.

Он повернул ключ зажигания. Мотор ожил, - слава Богу!
– и, погоняв немного двигатель, Лангелан быстро развернулся на пустынном шоссе. Бакстон.

Похоже, его собственная судьба накрепко переплелась с этим городом. Сейчас, например, она во многом зависит от того, несколько быстро ему удастся вернуться.

Вернуться и попытаться что-нибудь сделать.

Что?

Ведь прошло уже семь часов, как ты завалил копа. На что можно рассчитывать?

Только на рок.

Он мчался по трассе, которую успел неплохо изучить, и уже машинально поворачивал там, где требовалось.

"Это нечто совершенно особенное. Они просто разговаривают. Всего лишь".

Только несколько фраз: минута, максимум две. С ходу, без подготовки. И это не гипноз, потому что даже мгновенный гипноз требует предварительной связи, раппорта - кажется, так это называется. И транса. Создать его трудно. И тем не менее парочка фраз с Маком Фейдаком - и тот уже хватается за ствол, чтобы убить женщину, которую видит первый раз в жизни, которую привел человек, работающий на Синдикат.

Еще несколько слов - на сей раз с журналисткой, знавшей о ситуации и, следовательно, подготовленной, - но это оказалось бесполезным... И что-то гонит ее на улицу, где она наверняка бы разделила судьбу своей чикагской подруги... не проезжай он мимо той ночью. Кстати, с тем, кто снес полголовы злополучной знакомой Энни, - с ним наверняка тоже предварительно потолковали. Скорее всего, в данный момент он лежит в постели, рядом с женой, сознавая, что совершил нечто очень важное. Смысл для него не ясен, но это не имеет значения. Тот человек просто уверен, что сделал все правильно.

Если вообще что-либо сохранилось в его памяти.

А теперь самое интересное - оркестр, туш!
– действия вполне искушенного типа - не станем скромничать, профессионала, с которым тоже провели одну-две беседы. И что?

Лангелан помнил офис констебля так, словно оставил только минуту назад.

Зачем ты убил полицейского ?

Действие самое опасное - и абсолютно бессмысленное, ни на шаг не приближавшее к цели: напротив - ставившее под удар все его будущее. Зачем?

Потому что я хотел этдго.

Да, так. Хотел - вот в чем дело. Не сомневался, что поступал правильно. И если бы не деск, пребывал бы в той уверенности и ныне.

Однако не он один хотел смерти констебля. Был кто-то еще, - и вряд ли дело здесь именно в Холлмене.

Нет, дело в некоем Джоне Россе, который очень некстати заявился в Бакстон. Настолько некстати, что в надежде удалить его пришлось пожертвовать местным копом.

В надежде?

Вряд ли. Его подставили и накрепко прикрутили к трупу множеством ниточек.

Однако все в конечном итоге определяет рок.

Эти парни - кем бы они ни были - сейчас не в курсе, что их магия - или как ее там -

перестала действовать. Но они узнают об этом. Очень скоро.

Стивен вновь ощутил толчок боли в затылке - уже значительно сильнее. Скверно. Если так пойдет дальше, ему придется пережидать боль. По собственному опыту он знал, что анальгетики бесполезны. Требуется сон, несколько часов. Из-за деска он сейчас живет как бы взаймы. Потом долг придется вернуть. Может, двенадцатью часами сна. А может, придется отдать сутки: ведь он принял три таблетки. Впервые, и каковы будут последствия, не знает никто.

Он свернул с дороги на Мидвилл. Свет фар выхватил залепленный снегом указатель. За ним туманным пятном расплывались огни бензозаправки.

Лангелан подрулил ближе. На миг ему показалось, что ввиду непогоды обслуживание клиентов прекращено. Но тут стеклянная дверь распахнулась, и показалась закутанная в меховую куртку фигура с надвинутым капюшоном.

– Вам полный бак, мистер?
– Голос принадлежал пареньку лет пятнадцати.

– Да.
– Лангелан вышел из машины, захлопнул дверцу.
– Что это такое? спросил он служащего, останавливаясь.

Низкий, глухой рев доносился издалека, не заглушаемый даже яростным воем ветра. Словно где-то, за много миль от этого места, сражались миллионные полчища динозавров.

– Шторм с Великих озер, - сказал парнишка, напрягая голос, чтобы перекричать ветер.
– Идет шторм.

Только сейчас Стивен ощутил, насколько похолодало. Он заметил брошенный украдкой взгляд служащего и понял, что выглядит в своей легкой, почти летней одежде странно. Куртка уже изрядно помялась, да и брюки давно потеряли форму. Но за это время у него не было ни единой возможности сменить одежду.

– Где телефон?
– спросил он парня.

– Там, за углом. Попробуйте, если линия еще цела.

Лангелан быстро вошел внутрь. Парнишка, ежась от холода, продолжал заливать бездонные баки его "тандеберда".

Телефонному аппарату было место в музее. Дисковый, в металлическом корпусе. Черт с ним, лишь бы работал.

Лангелан снял трубку. Телефон отозвался низким гудком. Набирая номер, Лангелан посмотрел на часы.

4.47.

В том месте, куда он звонил, время уже перевалило за полночь. Ничего.

Тянулись секунды, сопровождаемые шорохом и щелчками в трубке. Наконец раздался сигнал вызова, и голос человека, жившего на Западном побережье Штатов, произнес недовольно:

– Да?

– Это я. Узнал?

– Э-э... Да, конечно. Но должен сказать, Стив, ты не совсем вовремя. Понимаешь, у жены бессонница и она уже приняла лекарство...

– Послушай, -проговорил Лангелан, сдерживая нараставшую ярость. Послушай меня внимательно. Когда-то я спас твою задницу, Джим. И кроме меня, никто не смог бы этого сделать. Ты не забыл?