СЕКСотка
Шрифт:
На кровати у противоположной стены кто-то сидел. Игорь всмотрелся и скорее почувствовал, чем увидел, что это Лена. Неизвестно откуда взявшиеся сила и смелость повлекли его к ней. Он опустился рядом с девушкой на кровать и обнял ее. Его губы нашли ее теплые губы, и они ответили ему.
Девушка обхватила рукой его голову и буквально впилась поцелуем в него. Он смело скользнул рукой на ее грудь и почувствовал под блузкой возбужденный сосок. Она не оттолкнула его, как он ожидал, а лишь простонала от возбуждения. Окрыленный, он, оторвавшись
Пуговки ее блузки расстегивались сами, охотно поддаваясь его губам, пробирающимся к ее упругим грудям. Они лежали рядом на кровати. Его руки и губы полностью властвовали над наполовину обнаженной девушкой. Его рука с опаской скользнула под юбку вдоль бедра вверх и оказалась на ягодице девушки, защищенной трусиками и колготками. Он стал ласкать ее нежными и страстными пожатиями, от чего она еще страстнее целовала его.
Лишь когда он скользнул рукой выше и попытался проникнуть под колготки, она остановила его.
– Не надо, - прошептала она.
Он был рад и огорчен одновременно. Рад, потому что физически подошел к такому состоянию возбуждения, что вряд ли был бы способен дальше контролировать себя. И огорчен ее отказом.
– Почему?
– спросил он.
– Я не готова к этому. Ты даже не сказал мне "люблю".
– Я люблю тебя, Леночка! Я люблю тебя!
Он принялся вновь целовать ее, она с упоением отвечала.
– Я люблю тебя!
– страстно повторял он.
– Это будет только тогда, когда я смогу сказать тебе "люблю", - вдруг прошептала она.
– Ты говорила кому-нибудь это до меня?
– задал он так мучивший его вопрос.
– Никому.
– ответила она.
– А ты говорил многим?
– Троим, - вынужден был ответить он.
Это было правдой. Но другую правду, правду о том, что у него еще не было ни одной женщины, он сказать не мог: гордость не позволяла ему признаться. А ведь именно об этом - был ли кто-нибудь у нее?
– задал ей свой вопрос он.
Первый день нового года действительно определил их жизнь на следующий год. Они встречались часто, два-три раза в неделю, так, как позволяли ее учеба и его работа.
Скоро его уже знали на курсе, здоровались с ним. Девушки - сокурсницы Лены приветливо улыбались, завидев его, ожидавшего ее в холле после окончания занятий.
Прошел месяц, но Лена все еще не сказала "люблю", хотя охотно принимала его ласки. Она отклоняла все его предложения провести выходные вдвоем на даче. Они ходили в кино, в кафе, на дискотеки, а потом долго стояли в подъезде в страстных объятиях.
Как-то в феврале она сообщила ему, что едет на каникулы в студенческий дом отдыха на Валдай.
– Эти две недели пролетят быстро, - успокаивала она его, сразу же надувшегося от обиды.
– К тому же, возможно, я, наконец, пойму, как я отношусь к тебе. А ты ко мне.
– Мне понимать нечего, - проговорил он.
– Я люблю тебя! А то, что я говорил
– вдруг начал он, но остановился, так и не решившись сказать правду.
– Я очень устала, Игорь, правда, мне надо отдохнуть.
– Могу я проводить тебя на вокзале?
– Не надо. Лучше встретишь! Я обязательно напишу тебе!
– Спасибо на этом.
Игорь уехал на неделю в командировку, которую планировал давно, но откладывал, не в силах расстаться с Леной.
А она в дом отдыха не поехала. Лена искала предлог, чтобы остановиться, взять передышку, понять, что с ней происходит. Отношения с Игорем, запутавшиеся и усложняющиеся, пугали ее.
Их сближение в Новый год было таким же неожиданным для нее, как и для него. После выпитого шампанского она искала комнату, где можно было бы уединиться. И только когда уселась на кровать, заметила спящего Игоря.
Этот молодой человек, которому она явно нравилась, был вовсе не в ее вкусе. Тем не менее, ей было приятно его внимание и обходительность, чувство такта, его известность и интеллигентность. Она долго сидела и смотрела на него и теплые чувства к нему стали впервые просыпаться в ней.
У Лены даже появилось желание тихо лечь рядом с ним, прижаться к нему и просто заснуть рядом, такая надежность исходила от него.
А когда он внезапно проснулся и стал целовать ее, она вдруг испытала такое необычайно сильное возбуждение, что не смогла оттолкнуть его.
Остановило ее лишь одно: она решила, что просто пьяна.
В следующую их встречу через несколько дней Лена вела себя так, как будто между ними ничего не произошло. Она почувствовала, что Игорь удивлен. Но от ее вдруг вспыхнувших к нему чувств не осталось и следа. Увидев его, она только убедилась в том, что виной всему было вино. Только когда он вновь обнял ее и поцеловал, - а она не решилась отказать, и это вновь зажгло ее, - Лена стала задумываться о природе своих чувств.
Если бы Игорь узнал ее вывод после месяца их знакомства, после ненаигранных страстных объятий и поцелуев, он бы, наверное, никогда больше не поверил ни одной женщине. Она решила, что дело вовсе не в Игоре, не в его мужской притягательности. Ей просто нужен секс! Она просто изголодавшаяся кошка, и кто-то должен вытрахать ее!
Все ее тело стало с тоской вспоминать Русакова. Она хотела только одного оказаться сейчас с ним - сильным, умелым, грубым, даже жестоким, эгоистичным и циничным в сексе, ни разу не спросившим ее об испытанных ощущениях, безоговорочно уверенным в себе как в мужчине.
Но он исчез из ее жизни, а других кандидатов на эту роль не было. Хоть иди, как последняя шлюха, и отдайся первому встречному! Отбоя от желающих в том же училище не было. Об Игоре Василевиче она даже не подумала.
Вот тогда-то и подвернулась эта возможность поехать на Валдай. В студенческом профкоме пообещали путевку, и Лена успокоилась: только бы уехать, а уж там найдется!