Секс в большом городе
Шрифт:
Амалите сдали жилье друзья друзей в Верхнем Ист-Сайде. Это был один из переулков, хорошо знакомых Кэрри: грязные кирпичные здания с узкими крылечками, усеянными рекламой китайских забегаловок, на улицах — неопрятные личности, выгуливающие нечесаных собак, а летом — грузные тетки на ступеньках. В свое время Кэрри казалось, что ей никогда оттуда не вырваться. Она купила пиццу в той же пиццерии, что всегда — неподалеку от дома, где она прожила целых четыре года, пока сидела на мели. За стойкой стоял все тот же парень, замешивающий тесто грязными пальцами, а его тихая жена все так же безмолвно
Квартира Амалиты располагалась в глубине четвертого этажа, куда вела ветхая расшатанная лестница. Грязные бетонные стены наводили невероятное уныние.
— Ничего. — сказала Амалита, — это временный вариант. Зато дешево. Пятьсот в месяц.
Ее дочка, чудная девочка с темными волосами и огромными голубыми глазами, сидела на полу перед кучей старых газет и журналов, листая страницы.
— Представляешь, — сказала Амалита, — Райти-то так и не объявился. И это после того, как сначала предложил мне поехать с ним на гастроли, а потом я достала ему книгу, которую он просил… Да что они вообще понимают в классном сексе? Или хотя бы просто в хорошем. Они хорошего не видели.
— Да уж, — согласилась Кэрри.
— Смотри! Мама! — с гордостью выговорила девочка, показывая на фотографию Амалиты в широкополой шляпе под руку с каким-то лордом в Аскоте.
— Мне тут один японский бизнесмен предложил квартиру устроить, — продолжала Амалита. — Вообще-то я такие вещи терпеть не могу, ко, честно говоря, я сейчас совсем на мели. Если бы не дочка, я бы в жизни не согласилась, но мне ее в садик устраивать, и позарез нужны деньги. Ну вот я и согласилась. Две недели прошло, а от него ни слуху ни духу. Хоть бы позвонил. Что еще и ожидать…
Амалита сидела на диване в своих тренировочных, пощипывая пиццу. Кэрри сидела на узком деревянном стуле. На ней были джинсы и футболка с желтыми пятнами под мышками. У обеих были грязные волосы.
— Оглядываюсь я на собственную жизнь, — вздохнула Амалита, — и думаю: не надо было с этим спать, не надо было с тем спать… Может, вообще все делала не так?
Она помолчала.
— Говорят, ты Мужчину Своей Мечты хочешь бросить… Не вздумай. Держись за него. Понятное дело, с твоей внешностью мужчины должны телефоны обрывать и в штабеля укладываться. Но мы-то с тобой знаем жизнь. Знаем, как оно бывает…
— Мама! — позвала девочка. Она подняла журнал и показала разворот с фотографиями Амалиты — вот она в белом горнолыжном костюме от Шанель на склонах Санкт-Морица; вот она с загадочной улыбкой выходит из лимузина, направляясь на концерт «Роллингз Стоунз» об руку с сенатором — черный костюм, нитка жемчуга…
— Кэррингтон! Не сейчас, — произнесла Амалита с наигранной строгостью.
Девочка взглянула на нее и захихикала, а потом швырнула журнал в воздух.
На улице светило солнце. Солнечные лучи заливали комнату, пробиваясь сквозь грязное окно.
— Иди ко мне, солнышко мое, — позвала Амалита дочку, — иди поешь пиццы.
— Привет, я уже дома, — крикнул из комнаты Мужчина Ее Мечты.
— Привет, — отозвалась Кэрри. Она вошла и поцеловала его. — Ну как фуршет?
— Ничего, ничего.
— Я сейчас ужин приготовлю.
— Ладно. Хорошо, что никуда не надо идти.
— Ага, —
— Что-нибудь выпьешь? — спросил он.
— Да нет, спасибо, — ответила она, — может, стакан вина за ужином.
Она зажгла свечи, и они уселись за стол. Кэрри сидела, чопорно выпрямившись. Мужчина Ее Мечты все рассказывал и рассказывал про какую-то сделку, которой он сейчас занимался, а Кэрри смотрела на него, кивала головой и поддакивала, хотя на самом деле мысли ее были далеко.
Когда он договорил, она произнесла:
— У меня такая радость — амариллис наконец зацвел. Четыре цветочка.
— Четыре цветочка, — повторил Мужчина Ее Мечты. — Все-таки здорово, что ты увлеклась цветами!
— Ага, правда мило? — поддакнула Кэрри. — Это же просто чудо, как они растут, и ведь всего-то нужно чуточку внимания!
Эпилог
Фильм Стенфорда Блэтча «Жертвы моды» собрал более 200 миллионов долларов кассовых сборов по всему миру. Стенфорд недавно купил себе «Челленджер» и оформил салон под будуар Элизабет Тейлор в «Клеопатре».
Ривер Уайлд до сих под работает над своим романом, в котором Мужчина Ее Мечты зажаривает ребенка и сжирает его. Стенфорд Блэтч там тоже фигурирует, но в достаточно пристойном виде.
Саманта Джоунс решила поставить крест на Нью-Йорке. Она поехала в Лос-Анджелес на церемонию «Оскара» и там познакомилась с Тайлером Киддом на одной тусовке, где они оба очутились голыми в бассейне. Сейчас они живут вместе, но он поклялся себе, что никогда на ней не женится, потому что после того, как ему не дали «Оскара» за лучшую мужскую роль, Саманта сказала: «Все потому, что фильм был миленький, и только». Несмотря на это, Сэм продюсирует его следующий фильм — эстетское кино.
Дочка Амалиты Амальфи пошла в престижный садик «Китфорд» в Нью-Йорке. Амалита открыла собственную консалтинговую фирму. У нее трое подчиненных и небольшой штат обслуги: водитель, нянька, домработница. Недавно она купила своей дочке ее первый модельный костюмчик.
Боун все еще работает манекенщиком. Магда, писательница-романистка, пошла на вечеринку по случаю выпуска настенного календаря, посвященного нью-йоркским пожарным. Там ее подцепил Мистер Сентябрь тридцати трех лет, и с тех пор они не расстаются.
У Паккарда и Аманды Дил родился второй ребенок — девочка. Они рассчитывают сделать из своих детей гениев. Последний раз, когда Кэрри их видела, Паккард сказал Честеру за ужином: «Ты понимаешь, что арахис, жаренный в меду, — это феномен нашего времени?» Честер кивнул.
Бриджит Чалмерс ушла от своего мужа. В последний раз ее видели в «Туннеле» в четыре часа утра, отплясывающей с Баркли. Вечные холостяки все еще не заняты. Белл и Ньюберт пошли на вечеринку в честь предстоящего рождения ребенка. Сначала Ньюберт напялил на себя идиотский колпак, а потом заставил всех хлестать текилу, пока сам выделывал коленца на комоде. Закончилось все плачевно — музыкальный центр сломался, а Ньюберт выпал из окна пятого этажа, к счастью, приземлившись на парусиновый навес. За два месяца, пока Ньюберт лежал на растяжке, Белл стала президентом своего банка. Она так и не забеременела.