Секс-пуля
Шрифт:
Дарья не собиралась надеяться на дядю. Как только Шустриков на ее машине приехал к себе в офис, она, не говоря ему ни слова, отправилась на автобазар.
Найти то самое место, где совсем недавно Андрей Розанов на весь рынок грозился замочить автослесаря-бедолагу Петю, плотно занявшегося ремонтом «пятисотого», не составило труда. У Дарьи было время запомнить не только координаты торгового места, но даже и лица соседей предполагаемого
Не успела Дарья дойти до заветного местечка, как к ней пристроился мужик в потертой кожаной куртке коричневого цвета.
– Ты зря сюда пришла, красотка.
Она повернула голову. Худое лицо. Неуклюже прилепленные под сломанным носом толстенные губы. Круглые, почти бесцветные глаза – в общем, «красавец».
– Здесь сегодня полно ментов. Вдруг кто-нибудь сдаст тебя? Ты ведь была с теми, кто угрожал тому мужику, которого замочили.
Она старалась не обращать на него внимания, но оставаться равнодушной к вопросам собственной безопасности тоже не могла. Они прошли вдоль рядов бок о бок несколько метров, прежде чем Дарья неожиданно остановилась и поинтересовалась напрямую:
– С чего это ты такой заботливый?
Мужик не ожидал прямого наката и немного отступил.
– Что-то я не заметил желающих предупредить тебя. Сейчас человек пять ходят по базару и выспрашивают каждого встречного-поперечного. Думаешь, у них нет твоего описания?
Если мужичок не шутит – а это вряд ли, – то у милиции есть не только ее описание, но и Шустрикова. А машину, на которой он ездит, нельзя не приметить, тем более уж в районе автобазара, где мужики просто помешаны на средствах передвижения и запчастях.
Поджав губу, она снова пошла вперед, не забыв поблагодарить за предупреждение. Как только мужик отстал, Дарья поспешила убраться подальше от оживленного пятачка.
«Надо бы предупредить Шустрикова», – думала она, спускаясь с крутого склона к машине. Не успела она дотронуться до ручки дверцы, как крепкие пальцы схватили ее за локоток.
Обернувшись, она увидела перед собой все того же мужика в кожаной куртке.
– Что вам от меня нужно? – возмущенно произнесла она, вырываясь. Он отпустил ее и полез во внутренний карман.
– Как говорят у нас, пройдемте, гражданочка, – в руках у него появилась красная книжечка. – Я из отдела по борьбе с организованной преступностью.
Дарья собралась.
– Очень хорошо, что представились, а то я не успела прочитать ни должность, ни фамилию.
Со склона к ним уже спускались двое крепких молодых парней.
– Не надо острить. Можем ведь и браслеты нацепить, а эти «драгоценности» даму не красят.
Он снова взял ее за локоток и повел к коричневой «шестерке».
Дарья не стала сопротивляться. И лишь после того как сели в машину, она сообразила: «шоколадный» – то же самое, что и коричневый. Задний мост «Мерседеса» в «Автомаэстро» поставщик запчастей привез
Тот, кто задержал ее, сел на переднее сиденье, а двое мужиков зажали ее на заднем.
– Я должна позвонить своему адвокату. Это просто милицейский произвол. – Она поняла, хотя и не хотела верить, что эти, представившиеся ментами, на самом деле не менты. Ей просто необходимо было подать сигнал бедствия.
– Обойдешься. Вот приедем, будешь трезвонить, – сообщил губасто-круглоглазый с переднего сиденья.
Сомнений насчет того, что она попала в руки бандитов, становилось все меньше.
Машина въехала на территорию фирмы «Автомаэстро», отгороженную от стороннего наблюдателя высоким забором из бетонных плит.
Дарья старалась не нервничать. Она немедленно подчинилась жесту вышедшего из машины мужчины, который сидел всю дорогу рядом с ней по правую руку, и поспешила на воздух.
Губастый подтолкнул ее в спину и скомандовал:
– Давай, по железной лестнице наверх.
Она уже была в кабинете директора фирмы Лоскутова, тогда Шустриков с покойным Андреем позволили себе довольно много. О том, что ждет там ее, приходилось лишь гадать.
На месте Алексея Ивановича Лоскутова за рабочим столом сидел маленький человечек. Лицо маленького человечка украшали или уродовали – это кому как покажется – крохотные усики. Под маленьким черненьким правым глазиком было небольшое родимое пятно в форме капли. Казалось, будто птичка прямо на лицо испражнилась пролетая. Наверняка пятнышко доставляло своему хозяину массу неудобств в детском и подростковом возрасте, а затем стало чем-то вроде его марки. И теперь люди не смели и пикнуть про его отметину. Они боялись.
Да, да, да – мужики, которые привели ее к маленькому усатенькому «таракану», боялись сидящего за письменным столом. Она почувствовала это, как только вошла. Ее не пихнули вперед, чего можно было ожидать, совсем нет. Губастый, к этому времени уже прошедший вглубь кабинета, лишь кивнул ей, после чего медленно отошел в сторону.
– Рад встрече. – Голос человечка был высок, но не пискляв. В нем можно было почувствовать и власть, и самоуважение, и стремление добиваться своего. Слова, вылетающие из небольшого ротика, впивались в Дарью, словно крохотные иголочки, игнорировать которые никак нельзя.
Рядом с усачом стоял директор фирмы. Он был бледен, несмотря на габариты, и сконфужен собственной незначительностью на принадлежащей ему территории.
Она не сочла нужным отвечать на приветствие. Вместо этого поинтересовалась через «ты», кто он такой.
Мужичок ответил, что это не ее ума дело.
– Я бы на твоем месте мне не тыкал. Скажи лучше, – он посмотрел в отобранные у Даниловой права, – Дарья, в какую нору залез Шустриков? Вначале он себе позволил угрозы в адрес уважаемого Алексея Ивановича, а теперь мы его найти не можем. Может, нам еще раз хочется услышать, как это он грозится всех тут раздавить...