Секреты внешников
Шрифт:
— А, иди-иди. Возьми мне кофе. Хорошо? А я пока… На туман полюбуюсь. — цыкнул Николай Викторович, и подошёл к окну любуясь на чуть зеленоватый туман.
Лёня вышел и тихо выругался высказав всё, что он думает об этом типе. Ленивый, склочный, лезущий во все разговоры Николай Викторович раздражал весь отдел. Николаю Викторовичу не было и пятидесяти, но он требовал обращаться к себе только так. Никаких Коль, дядь Коля. Не важно, сколько лет было его собеседнику — почти тридцать как Лёне, или сорок, как заведующему кафедры — только Николай Викторович. Николая Викторовича взяли на пустующее «декретное место», и за три месяца он успел надоесть и выбесить
В последнее время, пройдя испытательный срок, он стал просто невыносим, и похоже решил перейти с «декретного места» на постоянное, и регулярно подбивал как ему казалось хитрыми словами Лёню и ещё пару педагогов — «вы молодые, талантливые, что вам тут в этой дыре делать, вот в других институтах деньги получают».
Когда подвернулась научная конференция в Омске, заведующий кафедры как обычно отправил Лёню выступить с докладом, рекрутировать местных школьников, и заодно спихнул этого Николая Викторовича вместе с ним. Кафедра должно быть ликовала…
Лёня покачнулся и прислонился к стене. Его мутило. Неведомо откуда накатила усталость. Впрочем Лёне всегда было плохо после ссор… Как же — кофе этому хмырю — перебьется!
Лёня почувствовал, как поезд ускорился. Вагоны ощутимо тряхнуло. В глазах потемнело. Из соседнего вагона раздался крик. Лёня поморщился — только разборок ещё не хватало. Лёня понял, что как-то бредя с головной болью и депрессией оказался в плацкартной части. Лёня моргнул. На нижней полке вовсю обнимались мужчина с женщиной. Вот только мужик орал надсадным голосом, и пытался отбиться. А женщина рвала ему зубами шею урча как собака. Бабки орали, как резаные. Огромный мужчина грузный как кабан свалился с полки сверху, схватив девушку, стал её оттаскивать. Поезд снова ускорился. Колёса застучали чаще. Лёня задышал быстрее. Сзади на толстяка прыгнула старуха и вцепилась в него зубами.
Творился какой-то кошмар.
Лёня послышал сзади урчание. Ладони резко вспотели, а виски похолодели. Лёня обернулся — сзади стоял тщедушный мужичок щёлкая зубам, и пялясь чёрными, словно из одних зрачков состоящими зрачками. Медленно ступая, мужичок двинулся на него. Лёня оценил обстановку — с его сердцем не стоило вступать в схватку. Спасало то, что мужичок медленно брёл, похоже двигаться быстрее он не мог. Лёня пятился, а кругом творился ад — одни пассажиры пытались сожрать других. Мужичок шел, следом урча и не сводя с него взгляда. Лёня дошёл спиной до двери и уперся в неё. Мужичок продолжал идти. Лёня зашарил рядом. Рука нащупала стакан исходящий паром…
Мужичок шагнул ещё ближе. Леня, не раздумывая, схватил кружку и выплеснул содержимое ему в лицо. Людоед взвыл и схватился за лицо. Благослови Бог любителей кофе, чая, и титаны в поездах с крутым кипятком…
Лёня рванул в тамбур. Сердце билось как бешенное. Хех… Рванул… Скорее просто ускорил шаги. Лёня прислонился к двери и сполз по ней. Никто не ломился следом. Лёня вдохнул, выдохнул. Что происходило не понятно, но обратно соваться не стоило. Лёня ползком добрался до второй двери, и аккуратно встал. Вагон оказался почти пустым, но Лёня не спешил входить. Раздался шорох. Лёня замер и прислушался. Шорох повторился. Лёня сглотнул. Тяжело ступая в середине плацкартного вагона показался грузный мужчина с пятнами крови на одежде. Мужчина стоял спиной к нему. Покачиваясь, он запихивал остаток чего-то красного в рот. Лёня аккуратно прикрыл дверь, стараясь, чтобы она даже не скрипнула — не хватало ещё, чтобы людоед его услышал. Теперь оставалось сползти вниз по двери, чтобы
«Ту-туру-ту-ру-ту-ту-ру-ру!» — внезапно громко запиликал мобильник «прощание славянки». — «Ту-ру-ру-ту-ру-ру-ту-ру-ру!».
В тишине эти звуки показались просто оглушительными. Леня выхватил телефон и попытался отключить его. Сенсор не сработал. Краем глаза Лёня глянул на экран — звонил будильник, который сигнализировал приём таблеток.
— Да чтоб тебя! — выругался Лёня, и швырнул телефон о стальной пол.
Поздно — людоед уже успел услышать его, и развернувшись глянул на Лёню чёрными глазами, взревел как бык, и грузно топая помчался на Лёню. Это был не тот тихоход, которого Лёня «угостил, чаем», этот людоед был более быстрый, более умный. За второй дверью тамбура тоже раздалось шуршание — с той стороны кто-то тоже услышал зов свежей человечинки. Лёня замер — сзади был вагон полный медлительных людоедов — спереди вагон с одним, но очень быстрым. Деваться было не куда. Спастись тоже было невозможно.
— Чтоб тебе мною подавиться тварь! — рявкнул Лёня, понимая, что обречен. — Всегда хотел сказать, что ты урод! Я твоего брата знаю — дядю Колю! Передай и ему, что он мудила сраный, и идиот!
Внезапно поезд дёрнулся. Похоже, машинист пытался затормозить. Людоед упал лицом вниз, так и не добежав до Лёни. Сзади что-то хлопнула, и Лёня почувствовал, как его за пояс обхватили две руки, и потащили на себя. Лёня почувствовал, как дернулось сердце, попытался заорать, но одна рука сдвинулась с пояса и зажала ему рот. Хлопнула дверка туалета, куда его затащили, и сразу стало темно.
— Не кричи, а то они могут услышать. — раздался шёпот у самого уха.
Нажим рук усилился.
Лёне понадобилось ещё пара секунд, чтобы вникнуть в смысл и расслабиться.
— Кричать не будешь? — снова раздался тихий шёпот.
Лёня кивнул.
— Молодец, зайчик. — последовал лаконичный ответ, и руки разжались.
Глава 3. Поезд в ад. Часть 2
Обессиленный Лёня тут же опустился на пол. Рядом загорелся светодиод сотового телефона. Лёня поднял голову. Рядом стояла девушка в синем пиджаке, и узкой юбке и прикладывала палец к губам.
«Проводница». — подумал Лёня, и тут же метнулся взглядом к ручке туалета — дверь была заперта.
«Умница». — подумал Лёня.
Снаружи послышались шаги и проводница погасила фонарь. Рёв питекантропа огласил тамбур — это явно забежал шустрый людоед. Лёня молча отметил про себя, что хорошо, что тот не заметил, как он спрятался. Раздался хлопок второй двери, и в ответ питекантроп услышал негромкое но злобное урчание — это ответили монстры из соседнего вагона. Питекантроп рыкнул и утих что-то недовольно ворча. Его оппозиция тоже поворчала и ушла. Питекантроп ещё шагал по тамбуру туда-сюда, что-то раздражённо бурча, и порыкивая.
Сидеть во тьме, в тишине, и слушать как за стенкой кто-то ходит казалось невыносимым. Лёня пошарил в карманах и достал бритву, пачку лезвий и стал тихо без пены брить бороду, чтобы хоть чем-то себя занять. Шаги стихли и «питекантроп» хлопнув дверью вышел. Снова засветился светодиод телефона.
— Никогда не думала, что буду стараться затащить мужика в туалет. — вымученно улыбнулась проводница.
Лёня хмыкнул.
— Что сразу-то не открыла? — поинтересовался он.
— Думала мертвяки шастают. — спокойно ответила девушка. — Поняла только когда ты ругаться начал.