Секретные материалы

Картер Крис

— Черт возьми, что же тут происходит?! — Малдер на долю секунды вышел из себя. Потом на лице его появилась кривая улыбка. — Что ж, нет худа без добра. Пожалуй, теперь я могу сказать наверняка, кто убийца… если здесь вообще можно использовать этот термин…

— Детектив? — попыталась угадать Скалли.

Малдер покачал головой.

— Сын детектива. Билли Майлз.

— Парень в коме? Ты шутишь?

— Нет.

— Неподвижно лежащий уже четыре года?! Выбежал, раскопал могилы…

Малдер молча, глядя ей прямо в глаза, наклонил голову.

У него было странное выражение лица.

— Но это же… — Скалли не могла найти слов.

— Напоминаю некоторым сомневающимся и трезвомыслящим: Пегги О'Делл была почти четыре года прикована к креслу-каталке. Но погибла она, перебегая дорогу перед грузовиком.

— Хорошо. И как ты это объясняешь?

— Все это очень сильно напоминает некоторые описания вмешательства пришельцев.

— С летающих тарелок?

— Ты считаешь, что я сумасшедший… Скалли, вспомни: не так давно у нас с тобой украли десять минут времени. Всего каких-то десять минут, но мы не знаем, где мы были в это время и что делали… Что? — он наклонился, всматриваясь в лицо Скалли.

— Малдер… подожди, я вспомнила… я не вполне понимаю… Часы Пегги остановились в девять ноль три, а погибла она около двух ночи… И мы… с нами… в девять ноль три!..

— Какие часы у нее были? — спросил Малдер.

— Такие… я не запомнила марку, но явно дешевые и старые. Механические, которые заводятся…

— …и останавливаются при всякого рода встрясках, — кивнул Малдер. — Так оно и есть, Скалли. Ее тоже похищали вместе с нами. Лес собирает детей… а эти метки — след от анализов, что ли… или пропуск… и то вещество — помнишь формулу? — которое им вводят, оно вызывает посмертную перестройку организма…

— …а потом та сила, которая их собирает, заставила Пегги бежать в город…

— …раскапывать могилы…

— …а может быть, уже из города?.. и эта сила управляет Тересой, заставляя ее убегать в лес… у этих пришельцев есть такой приборчик… — Скалли чувствовала, как безумие охватывает ее.

— Совершенно верно, — сказал Малдер, и тут Скалли залилась хохотом. Это был не очень здоровый нервный смех, этакая истерика первой степени, но Дана ничего не могла с собой поделать. Дождь заливал лицо, и даже если из глаз текли слезы, этого никто не заметил бы.

— Ну, поехали, что ли? — спросил Малдер.

— Куда?

— Навестим нашего подозреваемого…

— Билли?

— А что, разве есть кто-то еще?

Рэймон, штат Орегон

9 марта 1992 года

Дежурная медсестра мисс Кэнтербери, строгая дама лет пятидесяти, отнюдь не задыхалась от счастья лицезреть двух агентов ФБР в шестом часу утра. Но профессиональная корректность не позволила ей поделиться с ними своим настроением. Лишь иногда в интонациях прорывалось что-то такое… впрочем, легко относимое и на счет конца долгого дежурства.

— Когда вот так вот сталкиваются ветер с гор и ветер с океана, да еще с дождем,

да еще при полной луне — многие плохо спят, — рассказывала она, неторопливо налаживая капельницу с мутным белесым раствором. — Всю ночь, бывает, бегаешь — кому шприц, кому таблетки… Вот и нынешняя ночка выдалась — не дай Бог. Говорят, мотель сгорел, да? Все может случиться в такую ночку, когда ветер и с гор, и с океана. Не только люди с ума сходят — бесы, говорят, тоже… А вот Билли — он в этом отношении хороший. Не буянит никогда, не требует ничего. Хороший, Билли… сейчас завтрак будет.

— Парентеральное питание? — спросила Скалли, присматриваясь к бутылочке.

— Да, доктор прописал. Что-то взялся наш Билли худеть. Семь фунтов уже сбросил. Надо кушать, Билли, надо кушать, иначе не поправишься, мальчик мой…

Она сноровисто перехватила жгутом руку повыше локтя, вонзила иглу в толстую синюю вену. Питательный раствор побежал но трубке.

— А носовых кровотечений у него не было? — спросила Скалли.

— Было, как не быть. У многих таких вот лежачих на новолуние бывает. Последний раз когда?.. да вот дней десять назад. Трудно заметить: лежит же он неподвижно, все в глотку стекает…

— Он так и не шевелился ни разу?

— Нет. Только моргает.

— А вы не заходили к нему вчера так где-то около девяти часов вечера?

Мисс Кэнтербери задумалась.

— Нет. В половине девятого я закончила все плановые процедуры и села передохнуть. А в одиннадцать началась эта эпидемия бессонницы…

— Как вы отдыхали?

— Смотрела телевизор.

— Что именно, помните?

— Конечно. Сейчас… Так. Ох. Не помню… Надо же: смотрела ведь что-то, а вспомнить и нечего.

Скалли меж тем медленно обходила кровать. Встав у ножного конца, она стала смотреть на ноги Билли, прикрытые простыней. Что-то в этих ногах было не так. Неправильно что-то было… На практике она не раз видела людей, парализованных полностью или с парализованными ногами. Стопы их принимают характерное положение, так и называемое: стопа паралитика. Никакая лечебная физкультура, никакие массажи не в состоянии поправить дело. У Билли же стопы находились в положении таком, как у нормального человека, прилегшего отдохнуть… И тогда она, внутренне над собой посмеиваясь, приподняла простыню и на эти стопы посмотрела. Подошвы были вытерты очень чисто, но между пальцами застряла грязь. Очень характерная грязь, похожая на пепел от костра…

— Малдер, иди-ка сюда. Посмотри на это…

Говоря, она достала бумажный носовой платок (запаслась в ожидании неизбежного насморка) и карманный маникюрный наборчик, вынула щипчики для бровей — и стала выковыривать засохшие крупинки «пепла». «Бред, — говорила она себе, — какой-то бред… Но — если здравый смысл выходит на ринг против фактов, на кого ставить будем?» Малдер медленно и внимательно изучил стопы Билли, потом повернулся к медсестре:

— А вы не помните, кто из персонала занимался вчера Пегги О'Делл?