Секрет
Шрифт:
Следующие несколько дней мы весело проводили время с парнями. Вместе ходили на озеро, загорали. Эмметт угостил всех барбекю, Элис приготовила убойный пунш. Мы дурачились, толкали друг друга в прохладную воду, а потом, чтобы не замерзнуть, обсыхали, лежа на горячих камнях. А когда темнело, разводили костры.
В один из вечеров Элис и Розали предложили включить музыку и устроить танцы. Парни поддержали предложение. Мы надели на головы венки, которые днем сплела Элис. От жары цветы были уже вялыми, зато от них исходил безумный аромат. Сбросив обувь и завязав платок в форме платья, я подошла к Эдварду и протянула ему руку. В его присутствии я словно раздваивалась. С одной стороны, я воспринимала его
Элис поставила на воспроизведение свой любимый плей-лист. В нем было много энергичной танцевальной музыки, но по стечению обстоятельств первой зазвучала медленная романтическая композиция. Забросив руки Эдварду за плечи, я позволила себе утонуть в наслаждении, впитывая и усваивая тихое блаженство вечера. Несмотря на то что мы отошли далеко от костра и от озера тянуло сыростью, а на мне, кроме купальника, был только тонкий легкий платок, я не чувствовала холода. А когда Эдвард крепче притянул меня к себе, внутри у меня растеклось жидкое пламя. Тело стало гибким и податливым, как свечной воск. Мы отходили все дальше от нашей шумной компании. И когда наконец зашли за деревья, и ни подруги, ни Эмметт с Джаспером не могли меня увидеть сквозь сгущавшиеся сумерки, я коснулась пылающими губами не менее горячих губ Эдварда. Время провалилось в никуда. Мы никак не могли остановиться, найти силы выбраться из захватившего нас вихря поцелуев. Мы словно бы больше не могли существовать отдельно друг без друга, и наши тела и губы должны были постоянно соприкасаться. От каждой новой ласки у меня все сильнее кружилась голова. Эдвард ловко развязал узел, удерживающий платок на шее, и тонкая ткань призраком скользнула к нашим ногам. Мы осторожно опустились поверх платка, чтобы не пораниться случайно о палки и камни. Лежать на земле было достаточно жестко. Платок помогал только защитить тело от щекочущих кожу травинок, но не от бугров и комков почвы. Мы поерзали, ища наиболее удобную позицию, при которой ничто не отвлекало бы нас друг от друга. Оба неловко улыбались, а руки уже спешили снова вернуться к своему приятному, прерванному ненадолго занятию. Губы искали губы.
К костру мы вернулись, держась за руки. Звучала веселая музыка. Элис с Джаспером не было видно. Эмметт подбрасывал в огонь сухие ветки. Розали сидела, положив голову здоровяку на плечо, они о чем-то перешептывались. Наше появление заставило влюбленных умолкнуть. Розали поправила кофту Эмметта, наброшенную на плечи.
– Вы там что, цветущий папоротник искали?
– весело спросила блондинка. Но в ее взгляде, мерцающем от света костра, я прочитала, что она знает, чем мы на самом деле занимались. Однако я поддержала шутливый тон подруги, было как-то неловко обсуждать подробности нашей с Эдвардом близости, когда тело продолжало хранить отпечатки его рук и поцелуев, а на коже оставался запах страсти.
– Ну кое-что волшебное мы точно нашли.
На следующее утро, едва проснувшись и проглотив несколько фруктов и чашку чая, я выскочила из дома. Элис ночью так и не пришла. Розали продолжала спать, завесив в своей комнате шторы. Я поспешила к Эдварду. Мне хотелось быть первой, кого он увидит этим утром, и пожелать ему доброго дня. Хотелось наблюдать за удивленным выражением на его лице. По дороге я нарвала цветов и на ходу сплела венок. Мои ноги летели над утоптанной землей, едва касаясь поверхности. У меня за спиной отросли настоящие крылья любви, и они несли меня вперед. Я забыла о слепящем солнце и о том, что этой ночью почти не спала. В теле не было усталости, каждую мышцу наполняла чистая энергия. Я наконец поняла, что чувствует Элис. Подобный заряд энергии было крайне непросто удерживать в себе, он рвался на свободу, заставляя сделать хоть что-то.
Скользнув
– Не теряй головы, - сказала Элис через два дня.
Все это время я едва виделась с подругами, проводя дневные и ночные часы в объятиях любимого. Покидать его было так же тяжело, как отнимать часть себя. Но накануне Эдвард, тяжело вздохнув, сказал, что ему нужно работать. С них не строго спрашивали и не ставили сроков, но к концу лета они должны были закончить с ремонтом. Он больше не мог весь день отдаваться блаженству и пренебрегать своими обязанностями. Я знала, стоит мне настоять – и он обо всем забудет. Но я не была настолько эгоисткой, чтобы думать только о своем удовольствии и тем самым причинять вред Эдварду. Поэтому утром я долго спала, а когда пришла на кухню, то попала под обстрел вопросами. Утолив любопытство, Элис вынесла свой вердикт.
– Разум тебе изменил
– О чем это ты?
– удивилась я.
– О том зеленоглазом парне, Эдварде, что украл тебя у нас. Не теряй головы, Белла.
– Разве мы здесь не для того, чтобы отдохнуть и меньше думать о проблемах? Да вы и сами с Розали развлекаетесь по полной.
– У Элис есть одна теория, - передавая мне тарелку с пирожными, пояснила блондинка. Я набросилась на еду так, словно не ела много дней подряд. И то, что говорила Элис, слушала рассеянно. Мое счастье было так велико, что казалось невозможным омрачить его хотя бы одной тревожной мыслью. Я не верила в то, что под бурным потоком могут скрываться острые камни.
– Что же вы тут успели выдумать?
– я не смогла скрыть недовольства в голосе, и Элис закатила глаза.
– Мне не дает покоя эта девушка, Бри, - сказала Розали.
– Да, не особо-то она вызывает к себе расположение.
– Дело не в этом, хотя в ее поведении много странностей, - Элис переместила взгляд с потолка на меня, и мне вдруг стало не по себе. Нет, моя подруга не была напугана, но была настолько близка к этому, насколько возможно для нее.
– Что вы узнали?
– Ничего, - Элис развела руками.
– Я пробовала расспрашивать о ней Джаспера, но он всегда уходит от разговора, избегает любых тем, которые касаются Бри. Знаешь, у меня такое чувство, что парни что-то скрывают.
– На самом деле может быть сотня причин, по которым Джаспер не хочет говорить о Бри. Думаю, в твоем обществе ему гораздо интереснее обсуждать другие темы, нежели не вполне адекватную родственницу.
– Я то же самое говорила, - поддержала меня Розали.
– Но есть кое-что еще.
– Вы говорите загадками! Я пока ничего не понимаю.
– Я заметила у Бри шрамы на руках, - Элис понизила голос до шепота, - как будто она пыталась перерезать себе вены.
– Возможно, в ее жизни произошла трагедия, и поэтому она такая мрачная. Не стоит нам лезть туда, куда не просят.
– Я так не считаю. Ты же знаешь, Белла, я всегда хочу помочь людям. Я пригласила Бри к нам. Сказала, что у моей тетки осталось много старых вещей, может быть, она выберет для себя что-нибудь подходящее.