Секрет сфинкса
Шрифт:
– Хорошо тут у вас, – заметил Мануэль. Он разглядывал пёстрый тканый ковёр, кровать Брэндона, обитую стальными балками, и наш шкаф с доской, на которой висели фотографии, листочки и комиксы. Была ещё когтеточка – на случай, если мне вдруг захочется поточить когти.
Мы показали им с Кингом большое круглое окно, через которое можно было вылезти на крышу школы.
– Круто! – восхитился Кинг, опершись передними лапами об оконную раму. Мануэль подошёл к нему… и заметил на моём столе скомканный листок с закодированным посланием
– А это что такое? Выглядит занятно.
– Да так, ничего, – сказал я, а Брэндон тут же объяснил:
– Нам до сих пор не удалось это расшифровать.
Чёрт, неужели мой твердолобый друг забыл, что Мануэль – поклонник Эндрю Миллинга?! А если это письмо от Фрэнки, которого Миллинг, как я предполагал, держит в заложниках?!
Я двинулся к Мануэлю, чтобы забрать у него из рук листки, но оборотень-рептилия взял подушку и с удобством устроился на полу. С распечатанным письмом!
– Хм, у меня есть мысль, как разгадать этот код, – сказал он.
Мы все трое с удивлением уставились на него.
Водное послание
– Это послание – игра, да? – поинтересовался Мануэль, которого происходящее, судя по всему, забавляло. – Или соревнование?
– С чего ты взял? – вопросом на вопрос ответил Брэндон.
– Код такого типа можно расшифровать, только если заранее договориться или хорошо знать отправителя, – продолжал Мануэль. – Это кто-то из школы «Кристалл», да?
У меня пересохло во рту.
– С большой вероятностью да, – сказал я.
– Тогда пойдёмте в его или её комнату и поищем зацепки. – Мануэль был уже у двери.
Я лишь кивнул, надеясь, что мы сейчас не совершаем ошибки. Вчетвером – трое мальчишек и ягуар – мы торопливо прошли по коридору, что, конечно, не укрылось от других учеников.
– Эй, кот-обормот, ты что, собрался заняться чем-то интересным без меня? – Из-за угла высунулась рыже-каштановая шевелюра.
Я не нашелся с быстрым остроумным ответом – я был слишком взволнован.
– У Мануэля есть предположение, как расшифровать то письмо, – шепнул я Холли.
Тем временем мы уже дошли до комнаты Фрэнки, где он жил вместе с Генри. Рядом с письменным столом булькал аквариум с несколькими красно-оранжевыми рыбками. Иногда Фрэнки в шутку называл их закуской, чтобы кого-нибудь подразнить, но рыб в аквариуме меньше не становилось – скорее даже прибавлялось, когда они нерестились.
Генри лежал наверху двухэтажной кровати и читал. Когда мы, постучавшись, все вместе ввалились в комнату, он удивился:
– Это что, нападение? И если да, то можно мне хотя бы дочитать главу до конца?
– Да, конечно, – кивнул я и вместе с остальными стал наблюдать за оборотнем-ящерицей. Мануэль неторопливо осмотрел комнату, внимательно изучил кинопостеры на стенах, неряшливую стопку школьных вещей и наконец маленькую книжную полку над письменным столом:
– Какая у вашего друга любимая книга?
Я пожал плечами – понятия не имею.
– Генри, а ты, случайно, не знаешь?
Генри
– Вот эта? Или, может быть, эта?
Генри снова издал какой-то непонятный звук. Что-то вроде «Гакенберри».
– Чего-чего? – переспросил Брэндон. – Ты не мог бы говорить почётче?
– Попробуй, когда у тебя рот полон шерсти, – проворчал Генри после того, как Кинг убрал свою заднюю лапу из его рта. – Я хотел сказать – «Гекльберри Финн»!
Слово «huckleberry» [2] я слышал только применительно к тёмно-фиолетовым ягодам, которыми медведи набивают себе брюхо в конце лета и осенью. Пока я гадал, какое отношение ягода имеет к книге, Брэндон уже взял её с полки и сунул Мануэлю:
2
Huckleberry (англ.) – черника.
– И что теперь?
Без дальнейших объяснений Мануэль уселся за стол, глянул на письмо и начал листать книгу. Время от времени он выписывал какие-то слова. Потом подвинул нам листок, и все с любопытством уставились в него. Мы с Брэндоном даже столкнулись лбами.
Я В ПОРЯДКЕ, НО ВЛИП. Ф.
Фрэнки жив! От облегчения колени у меня стали ватными.
Довольно усмехнувшись, Мануэль поднял книгу вверх:
– Первое число означает страницу книги, второе – строчку, а третье – слово. Иногда число обозначает одну-единственную букву. Это простой, но довольно надёжный шифр, потому что сложно догадаться, какая книга нужна, если не договориться об этом заранее.
– Значит, нужно три числа, чтобы зашифровать одно слово? – Брэндон был в восторге. – Там, где он сейчас находится, у него должна быть точно такая же книга, иначе ничего не получится.
– Если хотите, я вам заодно и второе послание расшифрую, – предложил Мануэль, но я, воскликнув: «Нет!», выхватил второй листок у него из рук. Наши латиноамериканские друзья уставились на меня, удивлённые моей резкой реакцией, и я заставил себя улыбнуться.
– Понимаешь, нам хочется самим порасшифровывать – в этом ведь весь смысл, – выкрутился я. Не знаю, купился ли на это Мануэль: он явно был неглуп. – Но всё равно огромное спасибо.
Теперь нам хотелось лишь одного: как можно скорее отделаться от гостей, чтобы прочесть второе послание. К счастью, Кинг с Мануэлем и сами собирались пойти обследовать школу, и вскоре мы с Брэндоном, Холли и Генри остались одни.
– Поверить не могу! – выдохнул Генри. – Фрэнки в самом деле нашёл способ связаться с нами! Можем сказать Дориану, что ему больше незачем проверять газеты.
Вскоре мы расшифровали и второе послание, и я был очень-очень рад, что мы не поручили это Мануэлю.