Секрет фермы
Шрифт:
За машинами виднелись зачатки фундаментов, напоминающие гнилые пни обломанных зубов во рту старика. И в центре всего этого великолепия торжественно высился единственный возведенный корпус. С пустыми черными окнами. Нечто из серо-коричневых стружечных плит. Просто увеличенный архитектурный макет двухэтажного коттеджа, выполненный из картонки от холодильника.
— Где моя комната? — только и смогла спросить Ольга, решив оставить разбирательства до утра.
При свете дня ей будет немного спокойнее разносить этих лентяев в пух и прах.
— А
— Завтра. А сейчас мне надо где-то переночевать.
Рабочие переглянулись, шаманскими заклинаниями прозвучала неразборчивая болтовня.
— В доме, — махнул рукой прораб. — Только… Нам не сказали, переночевать, не переночевать.
— По плану строительства центральный корпус должен быть готов к проживанию. Первый этаж. Сроки вышли неделю назад, — твердо возразила Ольга.
— Готов, готов! Как не готов? Только это… Электричества нет.
— Почему?
— Не провели… Дождь, опасно. Замыкает — и все! Пожар! — прораб для пущей убедительности сделал страшное лицо, что, впрочем, ему и без того не требовалось.
— Мы это обсудим завтра, — Ольга временно проигнорировала поток душераздирающего вранья.
— Где мне ночевать? — просто спросила она.
— Там по дороге есть мотель, если хочешь… — начал было прораб, но договорить ему она не дала.
— Хотите, — настойчиво поправила Ольга. — Я — управляющая этого отеля, а не какого-то другого. Вы должны были закончить к моему приезду хотя бы одно жилое помещение. И я вас спрашиваю: где оно?
— Ну, если хотите, у нас тоже можно… — он растерянно кивнул в сторону бытовок.
Ольга страшно замерзла. Она не помнила, чтобы хоть раз в жизни ей было так отчаянно мокро и холодно. А из бытовок уютно лился узкими лучами желтоватый свет. Наверняка, там и обогреватели, и пища, и кипяток… Но к этому прилагалась по меньшей мере дюжина грязных немытых мужланов. Работяг. И Ольге даже не нужно было приближаться к их временному жилищу, чтобы догадаться, какой там стоит запах. А спальное место? Или, может, ей разделить матрас с прорабом? Ни-ког-да.
— Ведите меня в дом. Мне нужен чистый матрас, фонарь на мощном аккумуляторе, несколько одеял и кипяток.
— Хотите лапши? — услужливо предложил прораб, отчего моментально вырос в ее глазах.
— Если вас не затруднит.
Таджик громогласно переадресовал приказы, рабочие зашевелились, щуплый молоденький парень забрал чемодан, и уже спустя несколько минут Ольгу с фонарем препроводили в построенный корпус. Жалко, не было возможности церемониально перерезать красную ленточку.
Внутри здание выглядело не так страшно, как пейзаж вокруг него. Большой холл, идеально подходящий для встречи гостей. Даже в полумраке, без мебели и отделки, Ольга профессиональным взглядом превращала все в будущий отель. Широкая лестница наверх, красиво. Только балясины нужны другие. И окна должны быть непременно с темными рамами, а не белым пластиком. Дальше лучше обустроить ресторан… Комната —
— Вот тут окно есть, — самодовольно сообщил прораб.
Мог бы еще добавить: «Я сделал». Не стал, конечно, но весь его вид говорил о том, что он ждет похвалы. Что ж, придется еще подождать.
— Двойной стеклопакет, — гордо перечислял строитель. — Держит тепло. Дверь деревянная.
— Туалет?
— Там будет, — он махнул правее.
— Это прекрасно. Сейчас мне как ходить в туалет?
— А! Кабинка синяя. Две. На улице. Выходите — сразу увидите.
— Завтра жду вас в девять в холле, — предупредила она и пропустила в комнату рабочих с матрасом.
Она предпочла поверить в его чистоту.
Скинула, наконец, грязные ботильоны, прислушалась, убедилась, что посторонние вышли, и с блаженством принялась за лапшу. За свою жизнь она перепробовала много блюд высокой кухни. И даже лично уволила волоокого итальянского шефа. Но сейчас самая дешевая копеечная еда стала для нее верхом гастрономического блаженства. Ядреный, набитый глутаматом натрия кипяток, согревал изнутри, подобно соляной кислоте прожигая внутренности. Именно этого чувства Ольге не хватало весь этот день.
Она снова была живой, вновь ощутила движения пальцев. Нет, комнату ей не растопили, да и нечем было. Но эти двести миллилитров сделали ее кровь хотя бы на пару градусов теплее окружающей среды, поэтому, завернувшись в пальто и два одеяла на неудобном матрасе, она смогла хоть как-то прикорнуть.
Нескольких часов сна хватило за глаза. Сказалась долгая боевая практика на Якиманке. Усилием воли Ольга заставила себя переодеться, протереть влажными салфетками лицо, хоть чуть-чуть подкрасить глаза. Только-только начинало светать.
Протерев запотевшее окно, она взглянула на вверенную ей территорию. Первые лучи пробивались сквозь густую вязкую облачность. Грязь застыла от холода, покрылась инеем, как сыр плесенью. На ветру дрожали полуголые ветки редких деревьев. Удивительно, как строители их еще не выкорчевали… Надо будет отметить, что трогать нельзя.
Рабочие спали. По крайней мере, никакого движения в стороне бытовок Ольга не заметила. Воспользовалась шансом, навестила голубую будку, пока ее не окружили ненужные свидетели. И вооружилась блокнотом. Да, ноутбук был бы лучше, но даже обзаведись Ольга солнечной батареей, энергии тут было взять негде.
К тому моменту, как с улицы раздались первые таджикские возгласы, она уже накатала не меньше пяти листов с двух сторон. И все — срочные поручения. Голод и холод сделали ее особенно требовательной. Загрузит их по уши, по самые черные вязаные шапочки. Потом пусть вытащат ее машину, и она махнет в Тверь. Список покупок был тоже готов. Резиновая обувь, теплая одежда, спальный мешок для самых экстремальных походов. А еще еда с долгим сроком хранения и несколько пачек… Нет, блок сигарет. Не на это она рассчитывала, когда мечтала стать отельером, но так будет даже интереснее.