Секрет её бессмертия
Шрифт:
Глава 5
Вернувшись, домой со свертком соблазнительно пахнущего пирога, мистер Джеймс тут же накинулся на него, даже забыв помыть руки. Настолько он был голоден и возбужден разговором с Миссис Элизабет, что голод охватил его с такой животной силой, что он, казалось, забыл обо всем на свете.
– Какое блаженство вкуса,– подумал Джеймс, засовывая в рот, двумя, замаранными сочным соусом пальцами, пирог. Сейчас, ему казалось, что ничего вкуснее на свете, он в своей жизни и не пробовал.
Когда с пирогом, наконец,
– Да, похоже, миссис Элизабет – отменная хозяйка.
– В доме, все еще оставался небольшой запах гари, после вчерашнего происшествия. Джеймс подошел к окну, приоткрыл форточку и впустил в комнату свежий глоток воздуха.
Теперь он начал усиленно думать…
– Так, значит, миссис Элизабет все-таки, что- то известно? Не зря же она дала мне адрес этого…как его там. Джеймс достал из кармана пальто клочок бумаги и внимательно его прочел.
– Мистер Иствуд. Энтони Иствуд! Далее, Джеймс прочитал адрес.
Закрыв форточку, потому как повеяло вечерней прохладой, Джеймс достал свои документы, в числе которых находилась карта здешнего города с названием всех улиц. Затем усевшись в уютное кресло, он принялся изучать улицы города. Исследовав, как следует карту, Джеймс присвистнул от удивления:
– Господи, это же, совершенно в другой части города. Как показывала карта, нужное место находилось на противоположной окраине города и добираться туда по времени, было прилично – часа два, два с половиной.
– Что же, похоже, мне придется основательно изучить эту местность и пройти немало верст, прежде чем, что-то найти…
Джеймс взглянул на часы, показывало без четверти четыре.
– Кажется, сегодня уже не получится. Да и, не хотелось бы беспокоить людей в столь поздний час. Ведь неизвестно точно, сколько времени займет поездка туда и обратно. К тому же, неизвестно, как здесь ходит транспорт?
На следующее утро Джеймс уже в девять находился в автобусе, который должен был его доставить по нужному адресу.
Путь, как и предполагал Джеймс предстоял долгим, поэтому, усевшись удобней на заднее сиденье, он погрузился в раздумья, особенно после того, как автобус тронулся с места.
– Что за личность этот мистер Энтони Иствуд и почему он знает то, что не знают другие? Размышлял Джеймс, но еще больше его интересовало то, захочет ли этот человек, действительно поведать ему все то, о чем молчал все это время.
Все это сейчас волновало и между тем, возбуждало Джеймса. Так уж повелось, что когда на небосклоне начинала маячить какая-нибудь удивительная история, уже не говоря о том, что это может быть сенсацией, в прямом смысле этого слова, Джеймс становился возбужденным и беспокойным. Кровь приливала к его вискам, и он мог бесконечно, хоть день напролет думать об этом, рисуя в голове различного рода ход истории.
И чем больше он рисовал себе эту картину, тем больше ощущал эйфорию от того, что может быть именно ему, а никому-то другому, предстоит поведать миру новую,
Наконец, ненадолго отвлекшись от мыслей, Джеймс прильнул к окну.
Перед его взором открылось все великолепие, и богатство красок золотой осени.
Багряные, пурпурно-пунцовые, золотисто-лиловые кроны деревьев, быстро проносились перед глазами Джеймса.
Казалось, что чья-то чудодейственная рука наградила природу гениальной красотой и как оказывается, не только природу, но и, в некоторых случаях, самого человека.
Джеймс уже не помнил, как он оказался в доме этого человека…
То, что было до этого, словно все стерлось из памяти.
Сейчас, стоя напротив мистера Иствуда, его волновало только одно, как этот, довольно, с придирчивым и испытывающим взглядом, человек, примерно одного возраста с журналистом Эндрю, будет с ним себя вести. Захочет ли он вообще с ним разговаривать? Ведь, судя по внешнему виду и неприязненному выражению лица, он вряд ли был готов сегодня кого-то у себя принимать. Возможно, такое выражение лица является постоянным, подумал Джеймс, стоя на пороге чужого дома, он любезно поздоровался и, замешкавшись, замер в ожидании.
Он не знал, что будет происходить дальше, и был готов уже к чему угодно, даже к тому, что его могут с легкостью выгнать за шеи вон, но…
…После того как незнакомый ему человек спросил кто он и что ему нужно, а Джеймс ответил, что он от миссис Элизабет и что она дала ему этот адрес, ненавистное выражение лица мужчины вдруг резко смягчилось.
– Что же, проходите,– произнес мужчина, уже более дружелюбным тоном.
– Кстати, как она? Произнес, мистер Иствуд.
– Кто? Словно не понимая, о чем его спрашивают, переспросил Джеймс, но, потом опомнившись, ответил:
– О, простите, с ней все хорошо. Мы виделись с миссис Элизабет вчера. Она передавала вам привет и наилучшие пожелания…
– Да, миссис Элизабет – это человек с большой буквы. Очень талантливый врач и чуткий человек. – Так, и что же вас, привело ко мне? А точнее, кому понадобился такой скверный и нелюдимый человек как я? Спросил, усмехнувшись, мужчина.
Джеймс даже улыбнулся.
– Возможно, вам и не понравится то, что я скажу…Начал, аккуратно подбирая слова, говорить Джеймс. – Но…
– Ну, для начала давайте пройдем в дом, – предложил мистер Иствуд.
После того как Джеймс аккуратно подошел к цели своего визита, Мистер Иствуд, на какое-то время задумался, затем произнес:
– Вы, понимаете, я не общаюсь с журналистами. Не потому, что я их не люблю, не в обиду будет сказано, просто, они всегда мне представлялись чем-то этаким въедливым и бесцеремонным.
– Понимаю вас, – удрученно произнес Джеймс
– Понимаете? Откуда вам понять? Вы же не видели, сколько таких…оббивало порог этого дома…и, хочу вам заметить – безрезультатно.