Седой

Гладкий Виталий Дмитриевич

Крапленый умер мгновенно, даже не застонав.

Костя подошел к Ляльке. Она сидела, прислонившись

к стене, бледная и окровавленная. Пуля вырвала кусок кожи на ее плече. Костя помог девушке перевязать рану и подняться. Они обнялись и пошли к выходу из подземелья, поддерживая друг друга.

– Мент? – раздалось сзади.

Снегирев от неожиданности вздрогнул и обернулся. Рядом стоял Чемодан.

– Вроде… – осторожно ответил Мишка.

– Оставь их в покое. Вяжи меня. Гляди, медаль тебе дадут… –

Чемодан осклабился.

Он не спеша закурил, затянулся пару раз, заложил руки за спину и вперевалку пошагал впереди

Снегирева; Чемодан все слышал и все понял…

Мишка поднял с пола «Летучую мышь», еще раз посмотрел на скрюченного Крапленого и поспешил за Чемоданом.

Когда они, наконец, выбрались наружу, Мишка ахнул. Над головой ярко голубело морозное небо, а соляные пруды в лучах восходящего солнца, казалось, были покрыты сусальным золотом – таким же, как купола храма на дальнем взгорке.