Седьмой свиток
Шрифт:
Чай со снотворным первым подействовал на Сапера. Он лег на спину и закрыл глаза. Вскоре раздался его мощный храп. Через несколько минут Ройан в полудреме прислонилась к Николасу. Когда она крепко заснула, он осторожно опустил ее на койку, поднял ноги и прикрыл сверху покрывалом. Она даже не шевельнулась, и англичанина охватило некоторое сомнение насчет силы действия таблеток.
Потом он нежно поцеловал Ройан в лоб.
— Как бы я мог тебя возненавидеть? — негромко спросил он. — Что бы ты ни сделала.
Николас отправился в туалет и заперся
Закончив, Харпер бросил взгляд на запястье и обнаружил, что ему потребовалось почти два часа. Он опустил сиденье и тщательно вымыл руки. Потом в последний раз окинул маленькую комнатку внимательным взглядом и отпер дверь.
Сапер и Ройан все еще спали на койках. Он прошел вперед, к кабине пилота, и Фред повесил наушники на шею и ехидно улыбнулся ему.
— Вода Нила ядовита. Ты просидел, запершись в туалете, последние пару часов. Удивительно, что от тебя хоть что-то осталось.
Николас не обратил на подначку внимания и перегнулся через спинку кресла Джанни:
— Где мы?
Пилот ткнул толстым пальцем в карту, лежащую на его обширном животе.
— Почти вылетели, — самодовольно заявил он. — Египетская граница через час двадцать.
Николас продолжал стоять за его креслом, пока Джанни не придвинул к себе микрофон, проворчав:
— Пора начинать спектакль. Алло, Абу Симбел! — проговорил он с акцентом побережья Персидского залива. — Это Зулус Виски Юниформ, пять-ноль-ноль.
Повисла долгая тишина. Египетский диспетчер полетов молчал.
— Небось у него в башне девушка, — проворчал Джанни. — Надо дать ему время натянуть штаны.
Башня контроля в Абу Симбеле ответила на пятый раз. Летчик воспользовался своим испытанным приемом, изображая дурачка, разговаривающего на каком-то диком арабском диалекте.
Через пять минут Абу Симбел дал разрешение следовать на север с инструкцией «снова выйти на связь на траверзе Асуана».
Они спокойно летели еще час, но нервы Николаса напрягались с каждой минутой.
Неожиданно, без малейшего предупреждения перед ними блеснула серебряная вспышка — прямо по курсу мелькнул истребитель-перехватчик. Джанни закричал от удивления и злости, когда появились еще два боевых самолета. Так близко, что их судно затрясло от завихрений воздуха.
Все сразу узнали истребители. Это были «МиГ-21», несущие на себе эмблемы египетских воздушных сил и снаряды «воздух — воздух», которые угрожающе висели под крыльями.
— Неопознанное воздушное судно! — закричал Джанни в микрофон. — Вы находитесь прямо по курсу, опасность столкновения. Назовите свои позывные!
Вытянув шеи, все уставились сквозь окна кабины на строй из трех «МиГов», кружащих высоко над ними в синем небе Африки.
— ЗВЮ 500. Говорит «Красный лидер» военно-воздушных сил Египта. Вы будете следовать моим приказам.
Джанни оглянулся на Николаса,
— Что-то пошло не так. Как они умудрились нас раскусить?
— Нам лучше сделать, как велит этот человек, папа, — печально промолвил Фред. — Иначе он нас собьет.
Джанни беспомощно пожал плечами и скорбно проговорил в микрофон:
— «Красный лидер». Это ЗВЮ 500. Мы готовы сотрудничать. Пожалуйста, объявите ваши намерения.
— Ваше новое направление 053. Немедленно выполняйте!
Джанни развернул «Толстую Долли» на восток и бросил взгляд на карту.
— Асуан, — уныло сказал он. — Египтяне тащат нас в Асуан. Ну раз так, то един фиг. Могу предупредить башню в Асуане, что у нас на борту раненые.
Николас вернулся к койке Ройан и разбудил ее. Она немножко одурела после подсыпанного снотворного и даже пошатывалась по пути в туалет. Однако, выйдя оттуда через десять минут, она была собранной и аккуратно причесанной, иными словами — без малейших последствий неожиданного сна.
Перед ними снова появился Нил и город Асуан по обоим берегам, ниже первого водопада и огромной заводи плотины. Остров Китченера напоминал зеленую рыбку в бурном потоке.
Повинуясь голосу военного диспетчера, Джанни начал сажать «Толстую Долли», заходя при посадке на бетонную взлетную полосу. Истребители «МиГ», которые сопровождали их, пока они летели через пустыню, исчезли из поля зрения. Их выдавали только краткие радиопередачи, которыми они обменивались с башней контроля, сдавая пленников с рук на руки.
«Толстая Долли» перелетела через забор и коснулась земли. Голос диспетчера приказал:
— Делайте первый поворот направо.
Джанни повиновался и, свернув с главной взлетно-посадочной полосы, увидел маленькую машину с надписью на крыше по-английски и по-арабски — «Следуйте за мной».
Машина указала путь к укрытым камуфляжной сеткой бетонным ангарам, а наземная команда отметила место парковки. Как только Джанни нажал на тормоза и «Толстая Долли» остановилась, появились четыре бронетранспортера и окружили большой самолет, направив на него свои орудия.
Повинуясь инструкциям, передаваемым по радио, Джанни выключил двигатели и опустил хвостовой трап. Все находящиеся в рубке молчали с момента приземления. Они стояли небольшой группкой с совершенно несчастным видом, выглядывая в иллюминаторы.
Неожиданно через ворота поля аэропорта проехал белоснежный «кадиллак» с эскортом вооруженных мотоциклистов, за которыми следовали машина «скорой помощи» и трехтонный армейский грузовик. Кортеж подкатил прямо к подножию грузового трапа «геркулеса». Шофер выскочил из машины, распахнул дверь, и пассажир вышел наружу. Это был явно важный человек, спокойный, обладающий чувством собственного достоинства. На нем красовались легкий тропический костюм, панама и темные очки. Человек подошел к трапу, где уже стояли пятеро из самолета, за ним последовало двое секретарей.