Седьмой свиток

Смит Уилбур

— Вон тот, высокий, — ответила она.

В этот момент по рации раздался очередной приказ:

— Левый край — тихонечко. Начинайте стучать.

Загонщики принялись стучать палками. Не слышалось ни криков, ни улюлюканья — все было строго рассчитано.

— Медленно вперед. Останавливайтесь, спугнув птиц.

Шеренга людей шаг за шагом продвигалась вперед, и в кустах ежевики впереди Ройан услышала тихий шорох фазанов, которые отступали все дальше, до самого последнего момента не желая взлетать.

На их пути пролегал еще один ров,

заросший непроходимыми кустами ежевики. Некоторые крупные собаки вроде лабрадоров остановились перед этой непреодолимой для них преградой. Джорджина свистнула, и Маг немедленно навострил уши. Пес промок, его шкура превратилась в сплошную массу из меха, грязи, колючек и сучков. Розовый язык высовывался из уголка улыбающейся пасти, а обрубок хвоста бешено молотил из стороны в сторону. В этот миг Маг являлся счастливейшим псом в Англии. Он выполнял работу, для которой был рожден.

— Давай, Маг, — приказала Джорджина. — Вперед. Выгони их оттуда.

Спаниель нырнул в самый густой куст и полностью исчез из виду. Минута принюхивания, копания, и вот в глубине канавы раздалось сердитое кудахтанье и хлопанье крыльев.

Из кустов вылетела пара птиц. Сначала показалась самка. Тускло-коричневая, размером с курицу, она не привлекала взора, но последовавший за ней самец был великолепен. Голову фазана венчала зеленая корона, а щеки и бородка отливали алым. Хвост состоял из светло-коричневых и черных полос и по длине почти не уступал телу. Остальные перья горели разными цветами.

Глядя, как фазан поднимается в низкое серое небо, сверкая подобно драгоценному камню, брошенному рукой императора, Ройан восхищенно охнула.

— Смотри, как они летят! — проговорила Джорджина. — Какие красавцы. Лучшая пара за сегодня. Спорим, охотники не коснутся и перышка на их спинках.

Птицы поднимались все выше и выше, причем самка вела самца за собой, пока ветер над холмом не подхватил их и не понес к долине.

Загонщики любовались прекрасным зрелищем. Им пришлось немало потрудиться, чтобы достичь своей цели. Они подгоняли птиц, и ветер уносил их голоса. Загонщики радовались, видя высоко летящих фазанов.

— Вперед! — кричали они. — Выше!

Строй загонщиков невольно остановился, следя за полетом пары птиц, боровшихся с ветром.

На дне долины все стрелки подняли лица кверху, и те виднелись бледными пятнами на фоне зеленой травы. Даже с высоты было заметно, как охотники волнуются, дожидаясь, пока фазаны разовьют достаточную скорость, перестанут махать крыльями и начнут парить, спускаясь в долину.

Да, дичь выдалась не из легких. Пара высоко летящих фазанов, подгоняемых ураганным ветром, снижалась на предельной скорости и должна была пронестись над двенадцатью ружьями. Люди внизу ожидали подходящего момента, хотя даже самый лучший стрелок мог рассчитывать только на одну из птиц. Кто бы осмелился позариться на обеих?

— Ставлю фунт! — подала голос Джорджина. — Фунт, что оба улетят.

Ни один из загонщиков не принял ставку.

Ветер

постепенно сносил фазанов вбок. Вначале они летели точно в середину линии огня, теперь же приближались к дальнему ее концу. Ройан видела, что стрелки внизу напрягались, когда начинало казаться, что птиц несет на них, и расслаблялись, когда те оказывались вне досягаемости. Причина подобного облегчения была очевидна — никто не хотел стрелять по такой сложной мишени, будучи в центре всеобщего внимания.

В конце концов на пути птиц остался только один стрелок. Последний.

— Ваша птица, сэр! — шутливо окликнул его товарищ, и Ройан невольно задержала дыхание.

Николас Куэнтон-Харпер, казалось, и не подозревал о приближении фазанов. Он стоял совершенно спокойно, слегка сгорбившись, держа под мышкой ружье, оба ствола которого смотрели вниз.

Наконец самка оказалась перед ним, примерно под углом шестьдесят градусов, и владелец поместья в первый раз шевельнулся, небрежно подняв ружье вверх. В некий момент он одним движением упер приклад в плечо, прицелился и выстрелил.

Из-за расстояния звук не сразу долетел до Ройан. Дернулся магазин, а из дула поднялся голубоватый дымок. Потом сэр Николас опустил ружье, а самка неожиданно опустила голову и сложила крылья. Она не билась в судорогах, потому что пуля попала в голову и убила ее мгновенно. Звук выстрела донесся до Ройан, только когда тело птицы полетело вниз.

К этому моменту над головой Николаса оказался самец. На сей раз охотник вскинул ружье одним движением, но отклонился назад так, чтобы дуло указывало вверх, напоминая натянутый лук. И снова оружие у него в руках выстрелило.

«Он промахнулся!» — подумала Ройан одновременно с облегчением и разочарованием, когда самец продолжил полет, на вид целый и невредимый. С одной стороны, ей хотелось, чтобы бедная птица спаслась, а с другой — чтобы человек восторжествовал. Но постепенно направление полета самца начало меняться, крылья сложились, и он перекувырнулся в воздухе. Ройан не знала, что пуля вошла ему в сердце, и потому фазан умер через несколько секунд после ранения.

Когда самец полетел вниз за предыдущей жертвой, по ряду загонщиков прокатились приветственные крики. Даже некоторые стрелки не смолчали.

— Хороший выстрел, сэр! — закричали они.

Ройан не присоединилась к радующимся, но все же ненадолго позабыла об усталости и холоде. Она едва ли могла понять, какое искусство требуется, чтобы попасть в цель в такой ситуации, но стрелок произвел на нее впечатление. С первого взгляда этот человек соответствовал тому, что о нем рассказывал Дурайд.

Когда охота закончилась, уже стемнело. По лесной дороге к усталым загонщикам и их собакам подъехал старый армейский грузовик. Мать подтолкнула Ройан вперед, а потом влезла вслед за ней вместе с Магом. Они с готовностью опустились на одну из длинных жестких скамеек, и Джорджина, закурив сигарету, с радостью присоединилась к беседе егерей и загонщиков.