Седьмой округ
Шрифт:
Тот хмыкнул, но что-то в реакции Лекса ему не нравилось, и он исподлобья сверлил Лекса взглядом, в котором смешались и удивление, и недоверчивость. Как будто Илай не знал как себя вести сейчас и пытался уловить через стену равнодушия и холодности Лекса, его отношение к тому, что глава этого округа думал обо всем этом.
— Это Зои, — представил новую участницу их переговоров, Лекс, вальяжно рассевшись и взглядом, указал Зои на место рядом с собой.
Зои, наконец, очнувшись двинулась в его сторону, а когда проходила мимо Илая, буквально кожей ощущала недовольство мутанта своим нежданным появлением и, видимо, своим
Илай начал без лишних вступлений, выпалив сразу, чем вызвал подкат каменного комка к горлу у Зои, уже сидящей рядом со спокойным и невозмутимым Лексом.
— У нее в крови искусственные включения, очень малого размера, вне ее среды не живут и самоуничтожаются, то есть заточены именно под нее — Илай не сел, как все остальные. Сцепив руки за спиной, он начал медленно прохаживаться по центру помещения перед сидящими, — возникает естественный вопрос — откуда? Конечно, я был бы не против, провести исследования, так сказать биологический материал под рукой…
Биологический материал…Зои посмотрела на свои руки, синие вены просвечивали и там, по узким сосудам, гонимая глухими, сильными ударами сердца, бежала ее кровь в которой находилось это…о чем говорит сейчас, так настороженно поглядывая на главаря округа шахт, Илай. Ты знаешь Зои, — она зажмурила глаза, понимая, теперь понимая отчетливо, откуда все это — то, как легко прошла через лес, излучение изрита, и главное, ее немой разговор с тем существом, пойманным на побережье седьмого округа. Тогда в подвале…Перед глазами мелькнула следующая картинка — она идет по коридору, монотонно белые стены подавляют своей высотой и бесконечным однообразием — мир снаружи пестрел красками, особенно детская площадка для детей персонала, а здесь, во владениях отца, приветствовалась строгая чистота и лаконичность. А вот и он, Альфред Раковски и она, совсем маленькая — улыбающийся отец, потрясающе огромен…сильный и жутко умный, среди таинственно пищащих приборов и поблескивающих узких стеклянных бутылочек. На столе его любимая черная штука с трубкой, в которую ее отец, ученый, мог часами наблюдать только ему одному ведомые чудеса.
А вот они спорят с мамой, и причина — она. Мать обеспокоена и отец рассерженно кричит на нее, потому что она не дает ему защитить ее, Зои. Мама плачет и в конце концов отец убеждает ее. Она в сомнениях…но он знает, как лучше…он все знает.
Ответы там, все, что они обнаружили в ее крови — это отец. Там, только там, в лабораториях, и только ему, великому ученому, много лет посвятившему науке, и с самого начала эпидемии, засевшему за экспериментами с поиском лекарства, были подвластны такие технологии.
Лекс видел ее состояние, как она смотрит на свои ладони. Зои без труда определила, что сейчас внимание главного сосредоточено на ней, казалось, даже ближе передвинулся, меняя позу. Попытка поддержать, защитить?
Зои оглянулась на Лекса, тот и бровью не повел. Сиди, не трепыхайся, — без труда прочитала в его мимолетном взгляде Зои и продолжила вслушиваться в то, что так важно сейчас, прогуливаясь, вещал Илай, выразительно поглядывая на остальных. Нужно все рассказать Лексу, немедленно…Звук размеренных шагов прекратился, и Илай, встав напротив Лекса и глядя теперь только на него с нажимом высказал.
— В общем, я считаю, что она, возможно, новый вид биологического оружия…против нас.
— Не удивил. —
— Ключевое слово тут — возможно, а возможно и нет. — Ровный, без эмоций тон Лекса, заставил всех повернуться на Илая в ожидании его ответа. То не привык, что его мнение подвергается сомнению, но это было мнение равного ему. Поморщился.
— Ликвидировать, только так. Это неоправданный риск, гадать опасна или нет. Как она здесь появилась, Лекс? Зачем? Кто она вообще, ты в курсе?
— Ты что-то знаешь, чего не знаю я? Просто говори, давай без этого драматизма. Если нет — разговор окончен и перейдем к другим вопросам, — легкая ухмылка на лице бесконечно самоуверенного Лекса вызвала у Илая легкое раздражение.
Да, нужно сказать, как только закончиться этот тяжелый разговор. Зои исподлобья, следила за выражением лица Илая, вот мелькнула решимость, мутант на что-то решился.
— Я согласен на твою авантюру с седьмым округом, но Лекс, наши тылы должны быть в полной безопасности. Наш приход в округ лабораторий — это практически объявление войны большому континенту. А если она, — Илай резко кивнул в сторону Зои, — специально сюда привезена?
А вот теперь Зои реально испугалась, округ лабораторий, это то, чем бредит Лекс, его мечта и долгожданная цель, к которой он методично и терпеливо стремился все последнее время. А что она, лишь эпизод, хотя и полезный, нашла ему много источников его безраздельной власти и сейчас и в будущем.
— Я не являюсь тем, о чем вы говорите. — Не громко, но четко отчеканила Зои, чувствуя, как накатывает злость, что обсуждая ее участь, полностью игнорируют присутствие столь «опасного оружия», — чтобы это не было…
— Лекс, я думаю мы с тобой солидарны в вопросах безопасности наших людей? — оставил без внимания ее слова Илай, напряженно вглядывающийся в холодные, отчужденные глаза Лекса.
— Я надеюсь на твою поддержку Илай, приятно, что в свете того, что у нас появилась новая угроза, ты, наконец, оценил мои планы, — Илай заметно расслабился, услышав первые слова Лекса, а у Зои, внутри все ухнуло вниз, наполняя отвратительной липкой дрожью все тело. Он согласился? Вот так, она оказалась бессильна перед седьмым округом. Лаборатории, вернее перспектива их захвата, победила всю дурость, что она там себе нарисовала. Все просто, предельно просто. Пред глазами почему-то мелькнула та сцена, на берегу моря, перед тем, как Лекс привез ее на остров черных купель. Он, такой сильный, красивый и умопомрачительно уверенный в себе, обернулся к ней с улыбкой, залитый лучами солнца…
— …и если хоть кто-нибудь, только тронет…Я разорву того собственными руками. Кто-то хочет заиметь меня в враги? — Прошелся колким леденящим взглядом по лицам присутствующих и, остановившись на ошеломленном Илае, с тихой, зло свистящей угрозой добавил, — я буду решать…я. Жить ей или не жить…
Илай окончательно разозлился, под кожей острых, как высеченных, скул заходили желваки, Дорн, кажется, одобрительно отнесся к словам Лекса, сам таскал всюду за собой девочку — факел, Хоори, остальные, понимая накал обстановки опустили глаза в пол. Если схватятся главари, то плохо будет всем.