Седьмая казнь
Шрифт:
– То есть она продолжала принимать наркотики? Только перешла на легкие?
– Божилась, что нет, а откуда взялась в кармане эта растреклятая папироса, не имеет понятия.
– Но Роман ей не поверил?
– В его душе зародилось зерно сомнения…
– …которое Клавдия начала старательно поливать и удобрять? – догадалась Даша.
– Да. И в итоге своего добилась. Рома разорвал отношения с невестой.
– А как же ребенок?
– Лена сделала аборт. И это послужило еще одним доказательством того, что девушка не прекращала принимать наркотики. Мол, побоялась родить больного ребенка.
– Больше Рома с ней не виделся?
– Нет. Но ее фото хранил.
– Вы немного похожи. Или мне только кажется?
– Я тоже заметила некоторое сходство, – кивнула головой Софья. – Мне кажется, он не переставал любить Лену все эти годы. И то время, что мы были вместе, это не давало мне покоя…
– Клавдия подложила девушке «косяк»? – вдруг подал голос Орзу.
Даша про него совсем забыла, а парень, оказывается, внимательно слушал разговор.
– Не знаю, – ответила Соня. – Я бы не исключала такой возможности, хотя Роман, конечно, даже мысли подобной не допускал.
– Наверняка Лена ненавидела Клавдию, – снова высказался Орзу. – Понимала, что это она их с Ромой рассорила.
– Чем не мотив? – задумчиво проговорила Соня.
– Тогда надо звонить в полицию. Вот телефон… – Парень перевернул фото и ткнул в ряд цифр.
Соня набрала номер. Наконец услышала ответ:
– Степанов, слушаю.
– Здравствуйте, это вас Софья Полуянова беспокоит.
– По какому делу?
– Клавдии Суховой.
– Ага. Так, так… И что?
– Я узнала девушку на фото.
– И кто же это?
– Ее зовут Елена, фамилии не знаю.
– Елена Филатова. Мы нашли ее отпечаток на задвижке калитки. И обнаружили его в базе. Елена Филатова стояла на учете как наркоманка. Сейчас ее допрашивает один из моих коллег. Спасибо за звонок. До свидания!
Опер отключился.
– Она. Точно она, – прошептала Соня. – Нюхом чую…
А вот Даша так не думала. Но сомнений своих высказывать не стала. Чувствуя сильную усталость, она попрощалась с Орзу и Софьей и отправилась к себе, чтобы забраться в кровать и погрузиться в сон.
Часть четвертая
Глава 1
Ей плохо спалось этой ночью. Снилось что-то тревожное, но, пробудившись, она не смогла вспомнить, что конкретно.
Даша встала с кровати и подошла к окну. Раздвинув шторы, выглянула на улицу. Дождя не было. Но и выглянувшее вчера после обеда солнце сегодня пряталось за облаками.
В дверь постучали.
– Кто там?
– Это Артур.
– Минутку…
Быстро накинув на себя халат и кое-как пригладив волосы, Дарья открыла.
– Разбудил? – спросил Артур.
Сам он был умыт, побрит, полностью одет.
– Нет, проснулась за пять минут до твоего прихода, – ответила Даша. – Но умыться не успела. Подождешь немного?
– Вообще-то я на секунду. Давай скажу, что хотел, и побегу. У меня прием через полтора часа начинается.
– Ладно.
– Райка наняла адвоката.
– Зачем?
– Чтоб наверняка получить наследство. Не знаю
– Откуда знаешь?
– Орзу проболтался.
– И что ты от меня хочешь? Ведь ты хочешь чего-то?
– Посмотри на него, поговори с ним. Прозондируй, короче, почву.
– Ладно. А зачем?
– Мы не можем допустить, чтобы все досталось Райке!
– А кому тогда?
– Клава наверняка оставила на сей счет какие-то указания. Если не завещала все Сергею, значит, кому-то другому. Где-то должен быть документ. Его нужно искать. Но даже если и не найдем, нужно за Клавино наследство бороться. Она хотела потратить деньги на благотворительность. Говорила, что правильно будет отдать их детям. А Райка пусть зарабатывает. На ней пахать можно!
Артур так разошелся, что начал махать руками, чуть не задевая лицо Даши.
– Артур, успокойся, пожалуйста, – попросила она.
– Не могу! – воскликнул мужчина. – Меня прямо трясет от возмущения. А вам всем, похоже, плевать на то, что эта девица захапает имущество Клавдии!
Даша понимала чувства Артура, но не разделяла их. Потому что знала больше остальных. Все думали, что завещания не существует, а оно имелось. И совсем скоро о нем станет известно не только ей.
Артур, так и не дождавшись от Дарьи никакой реакции на свои слова, в сердцах махнул рукой, развернулся и ушел, громко пыхтя и что-то периодически восклицая по-грузински. На язык одной половины своих предков Артур переходил только в моменты высокого эмоционального напряжения. И не только когда гневался, но и, как рассказывала Клавдия, при занятии любовью. Ей это, кстати, не понравилось. Она не понимала, что любовник говорит. Вдруг обзывается нехорошими словами? Клава не относилась к числу людей, кого возбуждают грязные выражения.
Даша закрыла дверь и снова подошла к окну. Увидела Орзу, выходящего из сарая с граблями в руках. С деревьев нападало много листьев, их необходимо было смести. Она сама вчера вечером указала ему на это. Райка, ставшая свидетельницей ее разговора с парнем, тут же на нее напала:
– А ты чего тут раскомандовалась? Ты кто такая?
– Я слежу за соблюдением воли покойной.
– Не уверена, что Клавдия отставила тебе указания и на сей счет! – фыркнула Райка.
– То есть ты считаешь, она мечтала о том, чтобы ее любимый парк превратился в дикий лес, а дом в свинарник? Вы зарплату за этот месяц получили – я знаю, Клавдия платила вперед, – значит, должны ее отработать. И если Орзу хоть что-то делает, то ты за прошедшие несколько дней даже пальцем не пошевельнула.
– И не собираюсь шевелить. Ясно? И ты тут мне не указ. Я – будущая хозяйка дома. А ты приживалка покойной. Считай, никто. После девятого дня чтобы выкатилась отсюда.
– Не тебе мне указывать.
– Это не тебе указывать мне! И Орзу не командуй. Поняла?
– Если хочешь, командуй им ты, мне все равно. Но листья надо убрать. А еще подмести дорожки, вымыть крыльцо и починить ручку на двери кладовки, она болтается. Против Орзу я ничего не имею, но если он этого не сделает…
– То что сделаешь ты, интересно знать?