Сделка

Шеллина Олеся

— Сейчас нужно сказать жителям близлежащего посёлка, что дрова на зиму почти готовы — пусть идут и пилят все это дело. Да, самое главное, не забыть попросить их скинуться лесорубу. Слушай, да на этом участке озолотиться можно, — я нервно хихикнула, и снова посмотрела на застывшего рыцаря. – Да не переживай, сейчас же такого больше не произойдёт, если ты сам не захочешь?

— Я не переживаю, — ответил он и вдруг, соскочив с лошади, подошёл к чудом уцелевшему кусту. – Выходи, я тебя сразу заметил, — и рыцарь, выкинув вперед руку, вытащил на свет божий

какое-то оборванное чучело явно мужского рода.

Чучело было заросшим и взирало на нас кротким взглядом истинного святого, почему-то попавшего в такую неприятную компанию. Протянув руки, он мягко освободился от держащего его рыцаря и расправил на тщедушной груди лохмотья, заменяющие ему одежду.

— Приветствую вас, путники. Что принесло вас в это страшное место в столь недобрый час? – я икнула и уставилась на чучело, приоткрыв рот.

— Ты кто? – рыцарь, нахмурившись, смотрел на мужика, скрестив руки на груди. Что-то он немногословен, наверное, вид этого странного существа всё-таки вывел его из равновесия.

— Я тот, кто привнесёт вам свет и, вы узрите, наконец, то, что спрятано от вас во тьме, — с пафосом произнесло чучело.

— Да кто ты такой? – я не выдержала и вылезла из-за спины рыцаря, за которой до этого момента малодушно пряталась. Как же это всё-таки здорово, когда рядом с тобой стоит мужчина, именно мужчина, а не существо мужского пола, за спину которого можно спрятаться и быть уверенной, что прежде, чем кто-то доберется до тебя, ему нужно будет переступить через труп этого мужчины. Это было чувство, к которому так легко привыкнуть, к которому не нужно привыкать, незачем, хоть и грустно немного, но это пройдёт.

Тем временем, «несущий свет», перевёл взгляд с Артура на меня и, вздохнув, ответил.

— Я – фонарь.

— Кто? – ещё ни разу за время поездки мы с Артуром не были так единодушны.

— Я – фонарь, ну что здесь непонятного? — чучело свело бровки, и грозно посмотрело на нас.

— Ну что ты, все понятно, ты – фонарь. Я так понимаю, что именно поэтому ты освещаешь всем путь, — я говорила, с трудом сдерживая смех, а рыцарь только помотал головой. Бедняга, наверное, принцы в этой реальности редко контактируют с сумасшедшими, а здесь просто классическая шизофрения.

Человек – фонарь тем временем степенно кивнул.

— Что здесь произошло, а, фонарь?

— Стихия, разверзлась над нечестивцами лишенными света, — взвыл фонарь.

— Ты это видел сам?

— Нет, я видел только огромную воронку, выросшую в небесах, а когда я подбежал сюда, все кончилось, но я помог выжившим хоронить погибших.

— И сколько выживших было? – напряженно спросил Артур и положил руку на меч.

— Пятеро их было заблудившихся без света, но они ушли, — фонарь вздохнул и снова одернул свои лохмотья.

— А ты что, действительно помогал им хоронить погибших? – продолжал допрос рыцарь.

— Конечно, разве свет издаваемый фонарем не является помощью? Когда они трудились, то говорили что-то о каком-то наёмнике, который ненормальным магом оказался.

—

Ясно, а что ты здесь делаешь? Ведь данные события произошли уже давно.

— Так я жду, может, этот маг вернётся. Я никогда еще ненормальных магов не видел, — и фонарь посмотрел на нас с такой надеждой во взгляде, что я не выдержала и, согнувшись пополам, засмеялась.

Я смеялась и смеялась, и остановилась только после резкой небольной, но от этого не ставшей необидной пощечины. Прекратив смеяться, я обиженно уставилась на рыцаря.

— У тебя началась истерика, а нюхательной соли у меня нет, — этот гад говорил своим обычным ровным и спокойным голосом. Есть хоть что-то, что может вывести его из себя до полной невменяемости? Он же даже под действием горячки боя почти спокойно предложил мне убраться, предупредив только, что иначе он не отвечает за последствия.

— Мне тебя поблагодарить за это? – я исподлобья смотрела на рыцаря.

— Можешь меня ударить, если тебе от этого легче станет, — Артур немного подождал, затем, не дождавшись от меня никаких ответных действий, подошёл к своей лошади и вскочил в седло. – Забирайся на лошадь, и поехали, нечего здесь больше делать, — и, не дожидаясь меня, тронулся по тропинке.

Через пару тактов я присоединилась к рыцарю, а человек-фонарь смотрел на нас и вздыхал.

— Шёл бы ты в ближайшее селение — там всегда есть, кому путь освещать, — вдруг обернулся Артур к фонарю.

— Но… а как же маг?

— А маг не приедет, — я опередила рыцаря и ответила фонарю сама. – Он решил удалиться подальше от этого несправедливого мира и провести остаток дней, отрёкшись от выпивки и плотских утех.

— Святой человек, — с чувством произнес фонарь и побрёл в противоположном направлении от нашего движения.

— Это сейчас что, была угроза? – с лёгким смешком спросил меня рыцарь. Да какой он к свиньям собачьим рыцарь? Рыцарь никогда бы не ударил женщину, даже из лучших побуждений. Поэтому я проигнорировала этого нерыцаря, и пустила кобылку рысью. – Подожди, Гвен, да подожди же ты! – Артур быстро догнал меня и, недолго думая, просто перетянул из седла на свою лошадь, а я так опешила, что даже не сопротивлялась.

Артур.

Когда я перетянул Гвен к себе в седло, она практически не сопротивлялась. Я сам не мог понять, почему я её ударил. Мне нужно было быстро привести женщину в форму, и я не придумал ничего лучше пощечины. Теперь я раскаивался в этом необдуманном поступке, но изменить что-то было уже невозможно.

Мне не нравилось, что, находясь рядом с Гвен, я практически не контролировал свои действия, тогда как я привык всегда знать, какое действие я совершу в следующий момент. Это касалось всего, даже отношений с дамами. Особенно это касалось отношений с дамами. С Гвен же я почти никогда не думал о том, что я делаю или говорю. Это было опасно. К такому положению дел было очень легко привыкнуть. Слегка тряхнув головой, я постарался выбросить эти опасные мысли из головы и заняться существующими проблемами.