Сделка
Шрифт:
— Я не могу, — шептала срывающимся голосом загнанная в угол девушка.
Ну почему так случилось, что от её решения зависят целых три жизни? Господь, за что ты так наказываешь…
— Елена, мы будем собирать деньги. Виктор забрал у нас дом, но не мебель и картины. Я всё продам. Гинцбург наверняка будет дарить тебе украшения — береги их. Если тебе станет невыносимо, когда будет собрана хотя бы небольшая сумма, достаточная для покупки жилья…я обещаю тебе — я найду способ расторгнуть этот брак.
Елена
— Но ты же считаешь, что брак — это святое, и один на всю жизнь. И ты, правда, это сделаешь?
— Сделаю. Кто же знал, что судьба окажется к тебе так несправедлива? Придётся потерпеть немного. Подумай об этом.
Натали оставила Елену одну, чтобы та смогла побыть наедине с собой и ещё раз обдумать сказанное.
Глава 7
Последующие два дня прошли как одно большое хмурое облако.
Орловы почти не говорили друг с другом, находясь под гнётом недавних событий. Не только на юную княжну давила ситуация с домом, но и на мать и главного виновника. Олег Иванович произнёс некоторое подобие извинений, но легче от этого не стало. Сделанного не воротишь, время бежало, а Виктор ждал решения Елены. Ответ нужно было дать завтра.
Княжна не выходила из комнаты и почти ничего не ела все эти дни. Обеспокоенная Натали отправила Василия к Волконским с посланием для Марии и мольбой приехать. Та только услышала, что с Еленой неладное, тут же отпросилась у родителей и поехала с конюхом в поместье Орловых.
В гостиной её встретила взволнованная Натали. Мария отметила про себя, что такую неуверенную и расстроенную княгиню она ещё никогда не видела.
— Наталья Дмитриевна, что случилось? — девушка подбежала к женщине, взяв её за руку.
— Случилось, милая. Ты очень нужна Елене. Она сама тебе всё расскажет. Княжна уже два дня из комнаты не выходит. Ничего не ест. На тебя одна надежда осталась…
В глазах княгини заблестели слёзы.
Ничего себе, эта железная леди никогда не плачет и не теряет лица! Что же у них произошло?! Нужно немедленно это выяснить.
Мария, сбросив шубу и шапку, легко взбежала по лестнице. Толкнув нужную дверь, она увидела подругу спиной: ссутулившаяся вдруг фигура, плечи опущены.
— Елена, — позвала она её.
Княжна Орлова обернулась. Лицо бледное, а глаза от печали ещё больше и чернее… Она в миг просияла:
— Маша! Машенька моя, — девушка протянула к ней руки, и подруга кинулась в объятия, с силой прижавшись к худой щеке. — Как здорово, что ты приехала!
Волконская вгляделась в лицо поближе — Орлова не спала толком и много плакала. Глаза опухшие и красные.
— И я рада тебя видеть. Давай присядем? — Маша потянула
Как только обе уселись, рыжеволосая гостья устремила взгляд на подругу:
— Что произошло? Почему твоя мать сама не своя, а ты из комнаты не выходишь?
Елена опустила глаза на свои сцепленные в замок руки. Наверное, стоит поделиться. Маше она доверяла. Может, после разговора с ней станет хоть капельку легче? Она подняла глаза на гостью:
— Нас выгоняют из дома.
— Что? — та вскинула брови. — Как это выгоняют? Кто?
— Отец проиграл наш дом. В казино.
Мария зажала рот рукой, тихо охнув.
— Дом больше не наш. И завтра мы должны уйти.
— Боже…, а я и думаю — что за чемоданы там у вас внизу. Княгиня уже начала собирать вещи.
— Да. Я пока свои никак не решусь упаковать. Успею ещё, впереди целая ночь. Уснуть я всё равно не смогу.
— Куда же вы пойдёте?
Елена пожала плечами:
— Пока хватит денег последних — будем снимать комнату в трактире. Позорище… А, там — как Бог даст.
— Ну, подожди. Должен же быть какой — то выход, — княжна Волконская, как всегда не теряла надежды до последнего. За это Елена и любила её. — Не бывает безвыходных ситуаций.
— Выход есть один.
— Какой?
— Новый хозяин дома предложил моей матери сделку. Он готов оставить дом родителям, если я соглашусь разделить с ним постель, — в глазах Елены заблестели слёзы унижения.
Маша, не находя подходящих слов в сложившейся ситуации, молча смотрела на подругу, открыв рот.
— То есть как… просто так что ли? — Волконская спросила после немой паузы.
— Он готов жениться. Но от этого не легче. Замуж за него я не хочу, — княжна утирала рукой набежавшие слезинки.
— Ну а кто он, этот наглец? Такие непристойности предлагает, — Мария была полна праведного гнева.
— Виктор Гинцбург.
Казалось, что в этот вечер, Машу уже ничем не удивит, но прозвучавшее имя изумило её еще больше.
— Виктор? А. — К-хм… То есть, он был у вас дома, и прямо так вот и сказал княгине Орловой: мол, дом я ваш забираю, а ещё и Елену в придачу?
— Почти. Сказал — оставлю дом вам, если вы отдадите мне Елену. Завтра он приедет узнать о моём решении.
Девушки немного помолчали, не зная, что ещё сказать. Маша как — то странно смотрела на подругу.
— Елена, — решилась всё же она озвучить свои мысли. — Может, тебе стоит согласиться?
— Что? — изумилась черноокая дева. — Маша! Ладно маменька меня пришла уговаривать, но ты!
— Подожди, дай объяснить! — остановила её Мария. — Когда ты сказала, что новый хозяин сделал тебе такое непристойное предложение — я подумала, что это отвратительно. Но когда ты объяснила, что новый хозяин дома — Виктор, моё мнение изменилось.