Сделай шаг
Шрифт:
– Ох, – встрепенулась, закопошилась в сумочке. Протянула смятый листок.
Дэвис с минуту смотрел на маленький клочок салфетки. Не верил. Дрожащей рукой взял обрывок. Развернул. Заветные цифры, выведенные наспех, выстроились в неровный ряд. Сердце ускорило ритм. Осторожно сложил обрывочек, сжал в кулаке.
Потертый клок салфетки самый дорогой подарок, который он получал в своей жизни. Ладонь нагревалась. Мягкое тепло заструилось по венам и артериям. Лили, она здесь. Блаженно прикрыл глаза. Шоколад медленно растекался под веками.
–
– Найду, – уверенно, не давая повода для сомнений ни себе, ни подружке.
А потом, вдруг, уверенность отступила, попятилась назад, спряталась за опасением.
Вивиан уловила внезапную перемену во взгляде друга. Поддалась вперед. Поддержать. Но он предупредил все слова, готовые обрушиться на него.
– Обязательно найду.
Девушка выдохнула. Поднялась со стула. Наклонилась, оставила поцелуй на щетинистой щеке. Заторопилась к двери. На пороге оглянулась.
– Макс, она нужна тебе, – утвердительный кивок. – Тогда найди её, – слова, словно стойкий оловянный солдатик, встали в сердце.
Дэвис долго изучал неровный ряд цифр. Вертел в руках сотовый. Но так и не смог набрать заветный номер.
Слова просто слова. Нужны её глаза. Видеть, заглянуть в них. Как это сделать? Лили в Лос-Анджелесе.
Он отправиться туда и тогда там...
Что будет там Макс так и не придумал. Усталость надавила. Веки сомкнулись. Беспокойный сон окутал молодого мужчину.
Глава 28
Крышка ноутбука плавно опустилась. Печальный взгляд пробежался по серебристой поверхности. Мужская рука оттолкнула представителя современных технологий. Никакого толку от всемирной паутины. Не зря Макс не доверял этому изобретению человечества.
Дэвис откинулся на высокую спинку офисного кресла. Устало прикрыл веки. Глаза болели. В висках пульсировало. Он не придал значения наставлениям врача. Не напрягаться. Не нервничать. Отдыхать. Как можно дольше и чаше.
Чушь. Неделю провалялся на больничной койке. Никогда столько не отдыхал. И после выхода из больницы не собирался.
Макс следил из окна своего дома, и как только Mercedes CLS Бекки скрылся за поворотом влетел в душь. Смыл больничный запах. Облачился в привычную одежду. Тело успело соскучиться по шелковым рубашкам и приятной ткани брюк. Мурашки понеслись, сломя голову, стоило коже соприкоснуться с дорогой материей.
Блаженство растеклось на лице. Ещё бы! После больничной хламиды. По-другому Макс не мог назвать то, что было одето на нем в палате. Позволил себе несколько минут наслаждения. И почти бегом, превозмогая боль в грудной клетке. Пара небольших трещин в ребрах напоминали о физическом увечье. Рванул в гараж. Прыгнул за руль audi. В одно движение открыл ворота и завел двигатель. Плавно вывел автомобиль со двора, вливаясь в дорожный поток.
Движения приносили болевые ощущения в теле. Но они не
Он хватал телефон. Вертел в руках. Смотрел на экран. Набирал знакомые цифры. А нажать на кнопку вызова так и не осмелился. Не знал что сказать. Не знал, как начать разговор. Не мог.
Хотел её глаза. Шоколадный омут. Погрузиться в него. Утонуть. Погибнуть. А потом выплыть и ощутить себя живым. Живым, когда увидит её улыбку. Когда услышит слова прощения. Когда...
Ох! Воображение Макса ярко рисовало их встречу. В грезах она целовала. Горячо. Страстно. Нежно. Обнимала. Прижималась. А он заключал её в кольцо своих рук. Шептал на ушко всякую чушь. Смотрел в глаза. Обещал никуда и никогда не отпускать.
Черт! Дэвис становился параноиком. Если бы доктор продержал в палате ещё пару дней. Макс точно свихнулся бы. Как только почувствовал себя лучше. Как только синяки и кровоподтеки почти сошли с лица. Он взмолился. Отпустить. Выписать. Выгнать. Что угодно. Но отправить домой. Врач поддался. Взамен потребовал. Не встревать в истории. Не подвергать свою жизнь опасности.
А Дэвис и не собирался. И даже, когда какой-то индюк на Ford Focus подрезал его audi. Он резко вывернул рули. Боль сдавила легкие. Перед глазами откуда-то сверху посыпались черные точки.
Он не подвергался никакой опасности. Нет. Не его вина. Макс сбавил скорость. Перестроился в другой ряд. И как черепаха добрался до клуба.
За окнами сгущались сумерки. Последние лучи заходящего солнца рисовали длинные тени на стенах и на полу кабинета. Макс бросил недовольный взгляд на ноутбук.
Несколько часов шерстил глобальную сеть. Переходил от ссылки к ссылке. От сайта к сайту. От объявления к объявлению. От приглашения к приглашению. Но нигде. Нигде в Лос-Анджелесе не проходил конкурс. Ни один танцевальный конкурс.
Он помнил, Сьюзи говорила Ви именно о конкурсе. Допустил мысль. Девушка была в растрепанных чувствах. Что-то спутала. Пересмотрел объявления о кастингах. Пусто.
Ни один театр. Ни одна киностудия. Не набирали танцоров.
О другом Макс не думал. Он знал. Он видел. Лили танцует. Её движения завораживали. Уж это он мог отметить своим профессиональным взглядом. С её данными отправиться на другой конкурс? Нет. Абсурд. И Макс снова и снова переворачивал, чертов интернет.
Отчаяние тяжелым грузом опустилось на плечи. Пробралось в грудь. Поселилось, удобно расположившись в душе. Сжимало в своих костлявых руках сердце. Но настырный орган сопротивлялся. Не сдавался. Отстукивал по ребрам азбукой Морзе слово «надежда». И Дэвис верил ему. Хотя уставший мозг просил сжалиться и выкинуть прочь. Выгнать из головы гребанную проклятую упертую надежду найти Лили в огромном городе.
Тяжело вздохнув. Пообещал прерваться до утра. И с новыми силами вернуться в мировую паутину.