Сделай шаг

Берг Ольга

– Там один ублюдок, – ткнул большим пальцем себе за спину, – просит девушку из бара станцевать для его друга приватный танец.

– Но, Стив, – возмутилась Сьюзи, – мы не делаем этого, – изумленно таращилась на пожилого мужчину. Какого хрена происходит?

– Он выложил большую сумму, – извинение в голосе, глаза прямо на Лили. Сердце девушки опасливо застучало. Что-то не так.

– Так пусть Дженет, потрется своим задом о его яйца или лучше Соня, – запротестовала блондинка. Брезгливо фыркнула.

– Он хочет, что бы это была ты, Лили, – Стив обреченно выдохнул, –

иначе сообщит полиции, а вы сами знаете, они не очень жалуют наше заведение, – метнулся к сотруднице, схватил за руки. Дрожали. Сжал маленькие пальчики. Нет, он не пойдет на уступки. Пусть катиться к херам. Ублюдок. С полицией он уж как-нибудь разберётся. – Ты не должна, девочка моя, пошли они к черту со своими бабками и желаниями. Я сейчас позову Тони, он вытолкает парней. А с полицией... к черту полицию.

Лили затрясла головой. Она не позволит Стиву лишиться единственного дохода. Они с Соней и так еле-еле сводят концы с концами. Девушки, работающие в ночном заведение, останутся без работы из-за неё. Из-за одного чертового нахала. Из-за богатенького засранца, который решил купить её. Купить так же как покупают девушек из его шоу. Сердце Лили сжалось. Она никак не могла поверить в поступок Макса. Но перед ней стоял Стив. Расстроенный озадаченный старина Стив. Когда-то он помог ей, не бросил в трудной ситуации и она не сможет предать его.

– Сколько он выложил, – Лили выдернула пальцы из больших и теплых ладоней Стива, по рукам пробежал озноб, поднялся, сковал плечи, опустился вниз, пригвоздил к полу. В шоколадных глазах ожидание приговора. Во сколько Дэвис оценил её.

– Две штуки баксов, – хозяин обреченно смотрел на девушку.

Лили застыла. Сьюзи присвистнула. Стив переминался с ноги на ногу. Молчали.

– Да пусть подавиться ими, – возмущение блондинки разрезало напряженную тишину, – ничего он не получит, похотливый козёл, урод. Они думают, что за их сраные баксы...

– Заткнись, Сьюзи, – приказала Лили. Расправила плечи, уверенно прошла к своему шкафчику, достала костюм, оглянулась на Стива. – Проводи клиента в VIP-комнату, – тихо почти шепотом. Хозяин поплелся к выходу, понурив плечи. Уверенные интонации девушки остановили в дверях. – Передай Тони ту часть, что причитается мне, – Стив изумленно раскрыл рот, но решительность в глазах Лили остановила. Дверь бесшумно закрылась.

– С ума сошла, – повертела пальцем у своего виска подружка, – какого черта ты творишь. Он не имеет никакого права так обращаться с тобой. Зачем согласилась. Лили не молчи. Ответь, – распалялась блондинка. – Я сейчас пойду и набью ему морду. Выцарапаю наглые глаза, – воинственно размахивала руками.

С каждым её словом решимость Лили отступала. А может быть Сьюза права. Пойти швырнуть ему эти треклятые деньги в лицо. Нет. Она не сможет так поступить. Никто не вправе отвечать за то, что происходит между ней и чертовым Максом Дэвисом.

– Сьюзи, – громко, прерывая призывы подружки к кулачной схватке, – иди работать.

– Как знаешь, – оторопела блондинка от жесткости в голосе. Выбежала из комнатки, хлопнув дверью.

Лили вздрогнула. Засомневалась. Отступить.

Ни за что. Хотите танец мистер Дэвис? Вы его получите.

*****

– Это твое самое идиотское предложение, – бубнил Макс на Криса, идя за мужчиной внушительных размеров. Компания из трех человек остановилась у нужной двери, и охранник открыл её. Дэвис шагнул внутрь, приятель проследовал за ним. Накаченная рука с мощной ладонью придержала. Сопротивляться бесполезно. Директор по кастингу разочарованно поджал губы и вернулся на место в дальнем конце зала. Всегда все самое интересное проходит мимо него. Откинувшись на спинку дивана, лениво уставился на сцену.

Макс сидел в небольшом помещении с красными стенами и диванчиком такого же цвета. С потолка свисала полупрозрачная ткань, кое-где задрапированная в виде «качелей». Пред ним стоял совсем маленький круглый столик из полимерного материала, отливающий в приглушенном свете золотыми искорками.

Осмотрелся полупьяным взглядом. Не плохо, для дешевой забегаловки. Несколько минут тишины встревожили. Пожалел, что не захватил виски, оставшееся в бутылке.

Музыка наполнила пространство, проникая под кожу. Поежился. Уйти. Хрен с ним. Просто посмотрю.

Раздвигая свисающую с потолка ткань, к нему медленно шла девушка. Магнитом притянула взгляд. Она неслышно в такт музыке переставляла, точёные ножки, плавно перетекающие в элегантные туфельки, создавая ощущение единого целого, не разделимого. Черные кружевные трусики облегали круглую попку, грудь поддерживал бюстик с таким же рисунком что и нижняя часть, сверху накинута ажурная сорочка, завязанная впереди под грудью тоненькими шнурками, при движении свободные края приоткрывали плоский животик. Часть темных волос была поднята в высокий хвост, а оставшаяся рассыпана по плечам. Лицо скрывала маска с замысловатым рисунком, только четко очерченные губки давали свободу воображению.

Макс замер, тяжело сглотнул. Что-то знакомое промелькнуло в движениях девушки. Очень знакомое. Отогнал мысль. Здесь он впервые и никогда не видел девушку.

А танцовщица тем временем приблизилась на расстоянии вытянутой руки. Остановилась вполоборота, присела, чуть согнув колени, приоткрыла ротик и откинула голову назад. Волосы волнами скользнули по спине. Она рукой дернула тонкие шнурочки. Узелочек исчез. Повернулась лицом. Слегка касаясь тела, медленно спустила одну лямку, освобождая плечо, затем проделала то же самое со второй бретелькой. Ажурная сорочка темным облаком скатилась по телу и упала на пол.

Танцовщица подняла руки. Тыльная сторона ладони скользнула по предплечью, коснулась волос, огладила лицо. Вторая рука устремилась к первой. Резко вниз, затем медленно едва касаясь груди, заскользила по линии живота, остановилась на бёдрах.

Повернувшись вокруг себя, девушка оказалась прямо перед гостем. Глаза Макса на уровне её плоского животика. Наклонилась. Обожгла горячим дыханием. Резко раздвинула его ноги села между них на самый край дивана.

Дэвис задержал дыхание. Необычные ощущения овладели им. Никто и никогда так не танцевал для него. Кожа запылала.