Шрифт:
Дуглас Данн
Сделай сам
– Подожди сигнала, - сказал сам себе
Брайан Хэррис, стоя в коридоре у входной двери.- Подожди.- Звякнули пустые бутылки - это разносчик молока поставил их в проволочный ящик. Потом раздался глухой стеклянный звук, когда он поставил у порога две бутылки с молоком. Хэррис напряг слух, прислушиваясь к звукам со стороны лестницы.
– Брайан! Я думаю, это молоко, - крикнула жена с постели, заваленной воскресными газетами, которые Хэррис любовно доставил ей десять минут назад.
– Да, дорогая, - сказал он, скорчив гримасу.
– Думаю, да.
Стыдясь своего непрезентабельного
– Обычный воскресный завтрак, дорогая ?
– крикнул он вверх. Прислушался, интересно, думал он, Джорджина нарочно молчит.
– Я говорю, обычный воскресный завтрак ?
– Написать тебе меню?
– крикнула она в ответ.
Воскресный завтрак - это значит не по одному, а по два вареных яйца, это значит масло на тосте для Джорджины вместо маргарина, это значит хлопья со сливками, а не со снятым молоком. Это означает также второй раз в неделю игру в "папочку и мамочку".
– Воскресное утро, - сказал Хэррис кошке, - воистину! Того и гляди, она придумает шесть дней в неделю пользоваться жесткой бумагой, а в воскресенье мягкой.
Пока кофе процеживался, Хэррис глядел на расположенный за домом сад. В среду бассейн для золотых рыбок таинственным образом остался без воды. Вернувшись с работы, он обнаружил подсыхающий водоем из серого бетона с одной-единственной рыбкой посредине, которую кошка не тронула, следуя правилам хорошего тона. С дурным предчувствием Хэррис запустил руку в свои нечесаные волосы. Женитьба ввела его в клан экспертов по части "сделай сам"; четверо из них должны были сегодня пожаловать на воскресный ланч. Уж им-то будет что сказать о бассейне. Приставленная к бортику декоративная цапля, казалось, смотрела на пересохший водоем, подняв ногу от раздражения и расстройства.
Поднимаясь по лестнице с завтраком для Джорджины на подносе, он носком одного из своих просторных шлепанцев зацепился за край болтавшейся штанины и съехал вниз на животе и коленях, стараясь удержать и равновесии поднос.
– Брайан!
– Прости, дорогая, - всхлипнул он, отделяя от стены кусочек тоста.
Родня жены Хэрриса и все их отпрыски не одобряли его. "Брайан, включи, пожалуйста, свет. Для этого надо нажать выключатель, вот так, - следовал жест, - ха-ха-ха". Брайан их на дух не выносил, но отвертеться от их деятельного, ретивого участия было невозможно. Его тесть был из тех людей, что могут вставить до завтрака новое окно, подстричь лужайку, сходить в церковь, починить пылесос, пока готовится воскресный ланч, вздремнуть плотом еще починить крышу.
Как только они заявились, неугомонный тесть Хэрриса и обманчиво добродушный дядя его жены лихорадочно подвергли дом тщательному осмотру.
– Ковры во всю комнату, - изрек дядя, - скрывают массу грехов.
– На мгновение Хэррис испугался, что они поднимут ковры.
– Надеюсь, ты хорошо проверил доски перед тем, как застлать всё ковром.
– Хэррис заверил, что хорошо, на самом деле, ковры стелил мастер из магазина, где он их купил.
– Ты что, состоишь в ней ?
– спросил тесть, беря новый "Справочник членов АА*".
– Хэррис состоял в обеих организациях автомобилистов. Он до ужаса боялся поломки. По его мнению, количество придорожных телефонов аварийной) службы было удручающе недостаточным. Его преследовали кошмары: он представлял, как
*AA - Ассоциация автомобилистов. Вторая организация, в которой могут состоять британские автомобилисты,- Королевский автоклуб (RAC)
аккуратный металлический ящичек, дорожный набор инструментов,рождественский подарок Джорджины, чтобы среди его содержимого отыскать то, что могло бы пригодиться какому-нибудь дотошному доброхоту-благодетелю, который надумает остановиться и спросить, не нужно ли ему чем-то помочь.
– Пойду взгляну на твою машину.
– Она на техосмотре,- сказал Хэррис.
– Что?
– сказал тесть. Казалось, он был искренне огорчен, что его зять прибегал к услугам станций обслуживания.
– За все годы, что я езжу, - сказал Артур с той же мерой разочарования в Хэррисе, с какой он гордился собой - я никогда, никогда не позволял механикам со станции не то что прикоснуться, а взглянуть на мою машину.
Хэрриса передернуло.
– Артур,- сказал дядя Тед.
– Да Брайан не знает, с какого боку подступиться.
Дядя Тед умел делать все на свете, включая репное вино, о чем свидетельствовал цвет его лица. От него несло лосьоном после бритья, запах которого забивал аромат технической жидкости для очистки рук от масла. Скучая, он включил телевизор. Как они с Артуром и подозревали, тот требовал немедленной настройки.
– Слишком много зеленого, - произнес Артур с той серьезностью, которая отличает искусствоведов, прищурив глаза и скривив лицо так, словно он съел что-то кислое.
– А синего ?
– высказал предположение дядя Тед. Снова последовало осторожное вращение ручек настройки.
– Да у тебя опять зеленый, Тед.
– Достав из кармана пиджака подходящую отвертку, тесть Хэрриса снял предохранительную решетку сзади телевизора. Вопреки всем инструкциям, телевизор при этом оставался включенным; шла программа на урду для пакистанцев. Хэррис уселся с газетой, теща себя перспективой того, как его тесть превращается в жареную картошку перед беспрерывно трещащим объектом его очередного фанатизма. Было бы чересчур надеяться, что оба, дядя Тед и Артур, обуглившись, превратятся в единую человеческую, шипящую порцию чипсов; но этого ему и не нужно - он знал, что тогда быть мужчиной в доме придется ему.
– Отлично, Тед!
– Потирая руки от удовольствия, они привинтили на место заднюю стенку. Артур выключил телевизор: он искал, что бы еще исправить.
– О боже, только не сейчас, не надо, пожалуйста, пожалуйста, - стенал внутренне Хэррис; мозги у него пучило, точно живот от газов. Выискивая, чем бы заняться, Артур добрался до застекленной створчатой двери, выходившей в сад. По сравнению с его собственным садом все тут было совершенно запущено. При виде неумелых, но добросовестных попыток Хэрриса заняться садоводством у Артура чуть не выступили слезы. Дядя Тед облизнул губы, подмигнул и снова облизнул губы.
– Выпьем, Тед?
– Не откажусь, Брайан. Хэррису случалось висеть дядю Теда в естественной среде его обитания. В обстановке, где безупречное ремесло щедро питалось дурным вкусом, дядя Тед восседал в своем кресле на удобном расстоянии от обитого черным ледерином с золотыми кнопками бара, который он сам соорудил в углу своей гостиной. Сбоку стоял книжный шкаф ручной работы с томами приключенческих романов, которые он покупал по почте, в прекрасных, по мнению Теда, переплетах.
– Артур ? Ты что ?