Сделай одолжение… сдохни!

Чейз Джеймс Хедли

– Просит виски.

Я взял из буфета бутылку, в которой оставалось не больше половины содержимого, и стакан. Затем я отправился на кухню, долил в виски немного воды из-под крана и взял в холодильнике бутылку содовой. Все это я отнес Маршаллу и поставил на стол около него. Увидев, что он сразу потянулся к виски, я вышел из комнаты и вернулся в гостиную, где Бесс продолжала стоять в той же позе. Подойдя к телефону, я набрал номер конторы Бернстайна.

– Мы на месте, мистер Бернстайн, – доложил я. – В настоящий момент Фрэнк отдыхает.

– Отлично. Только следите, чтобы он не пил ни в коем случае. Если что-нибудь случится, сразу звоните

мне. У вас там есть поблизости врач?

– Конечно, мистер Бернстайн, не беспокойтесь. Думаю, завтра он встанет на ноги.

– Следите за ним хорошенько, Девери, – еще раз повторил Бернстайн и положил трубку.

Бесс отвернулась от окна и смотрела прямо на меня.

– Это должно произойти сегодня ночью, Бесс, – сказал я. – Если бы Фрэнк так не напился накануне, он бы утром купил эти акции и сейчас нам было бы уже не о чем говорить. Мы просто не можем позволить ему оставаться в живых.

Я ждал реакции, но ее лицо было бесстрастным.

– Как ты это сделаешь? – спросила она еле слышно.

– Прежде чем говорить об этом, я должен кое-что приготовить. – С этими словами я вышел из комнаты и направился в гараж.

Там я заранее присмотрел подходящий кусок дерева и ящик с инструментами. Сейчас, для реализации своего плана, мне предстояло изготовить два клина, с помощью которых я мог бы в случае необходимости заблокировать двери гаража настолько надежно, чтобы их нельзя было вышибить даже тараном. Провозился я довольно долго. Когда работа была наконец закончена, я прошел через кухню и вышел в сад. Заперев наружную дверь гаража и всунув под нее клин, я сильными ударами ноги продвинул его вперед до упора. После этого, вернувшись в гараж, я несколько раз изо всех сил ударил по двери плечом, но она даже не шелохнулась. С этой стороны все было в порядке. Теперь надо было проверить дверь, ведущую на кухню.

– Бесс! – позвал я.

Она сразу же вышла из гостиной.

– Сейчас я войду в гараж и запру дверь, – сказал я, – а ты вставишь под нее этот клин и ногой забьешь его как можно дальше.

Она посмотрела на меня и, не сказав ни слова, взяла клин в правую руку. Я вошел в гараж, повернул ключ в замке и, после того как она сделала то, о чем я ей говорил, несколько раз всем телом навалился на дверь, убедившись, что открыть ее изнутри в таком положении будет абсолютно невозможно.

– Все в порядке, – сказал я Бесс. – Можешь вынимать клин.

С трудом, но она справилась и с этим. Я вышел на кухню и, взяв у нее из рук деревянный брусок, сунул его к себе в карман.

– Пошли в сад, – предложил я.

Было уже около восьми. Начинало темнеть. В воздухе не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Над землей повисла тяжелая душная жара, предвещавшая бурю. Мы отошли от дома и сели в высокую мягкую траву.

– Так что ты собираешься делать? – спросила она напряженным голосом.

– Может быть, ничего и не получится. Но если дело выгорит – риска для нас никакого. А если и не выйдет, придется ждать другого случая, только и всего.

– Не говори загадками! – резко перебила меня Бесс. – Выражайся яснее!

– Вчера Фрэнк разбудил меня в три часа ночи и потребовал виски. Он знает, что у меня всегда есть бутылка в машине, в отделении для перчаток. Я надеюсь, что то же самое повторится и сегодня. Тогда ему крышка. Если же нет, нам придется придумать что-нибудь еще, но мне кажется, он ночью непременно должен захотеть выпить. Вечером я включу двигатель и печку. К тому времени, как он спустится

в гараж, концентрация выхлопных газов там будет достаточной, чтобы его убить. Как только он войдет туда через кухню, я захлопну дверь и мгновенно всуну под нее клин. Выбить его он не сможет… Утром мы увидим, что его постель пуста, начнем искать и обнаружим мертвое тело в гараже. Отсюда напрашивается вывод, что все происходило следующим образом: Маршалл ночью проснулся и захотел выпить. В одной пижаме он спустился в гараж, взял бутылку и решил прикончить ее прямо в машине. Поскольку было холодно, он включил двигатель и печку и, будучи пьяным, не заметил, когда количество выхлопных газов в гараже стало угрожающим. Вот такой план, Бесс. Что ты о нем думаешь?

Она молчала, и я не торопил ее. Через минуту она прошептала:

– А если он не спустится?

– Не исключено, но мы-то в этом случае ничего не теряем. Просто придется перенести операцию на другой день, хотя лучше всего было бы сделать это именно сегодня.

– Ну что ж, давай попробуем.

Как будто мы говорили о том, что надо утопить в ведре ненужного котенка. Бесстрастное лицо, без малейших признаков каких-либо эмоций… И вновь неприятный холодок пробежал у меня по спине, и снова я постарался не обращать на это внимания.

– Учти, Бесс, что тебе и мне придется иметь дело не только с шерифом, но и с его помощником, который будет рад сделать нам какую-нибудь пакость. Хорошо еще, что, когда мы с Маршаллом вернулись, этот Росс был здесь и видел, в каком состоянии находился Фрэнк. Теперь слушай меня внимательно. Мы оба должны говорить одно и то же. Итак, ни ты, ни я ночью ничего не слышали. Я лег вскоре после поло-вины десятого, так как накануне почти не спал. Ты читала до половины одиннадцатого, а потом пошла посмотреть на него. Убедившись, что он спокойно спит, ты тоже легла. Я собирался ночью хотя бы один раз встать к нему, но был настолько измотан последними событиями, что, когда открыл глаза, на часах было семь утра. Увидев, что Маршалла нет в постели, я тут же разбудил тебя, и мы отправились на поиски, которые, увы, закончились тем, что мы нашли его тело в гараже. Попытавшись привести его в чувство и поняв, что он мертв, мы сразу позвонили доктору Саундерсу и шерифу, а чуть позже я связался с Бернстайном.

Она кивнула, заметив при этом:

– Но ведь завещание его тетки еще не признано действительным…

– Ну и что? Мы можем подождать. Время для нас в данном случае не имеет значения. Ведь у тебя есть бесспорное завещание Фрэнка, по которому ты – его единственная наследница. Правда, этот Бернстайн – весьма хитрый тип, который может доставить нам массу неприятностей. Но тут я надеюсь на тебя. Сначала ты играешь перед ним роль безутешной и беззащитной вдовы. Это должно ему понравиться. Потом ты показываешь завещание и спрашиваешь, согласится ли он представлять твои интересы. И когда Бернстайн поймет, в чем его выгода, он не станет ставить нам палки в колеса. Тебе это ясно?

– Да.

– Тогда давай все повторим и уточним детали.

Она была холодна и спокойна, как мраморная статуя. Больше часа я задавал ей самые каверзные вопросы, которые могли возникнуть у шерифа и особенно у Росса, и Бесс отвечала на них без запинки. В конце концов я убедился, что она способна прекрасно справиться со своей задачей, и только тут почувствовал, что страшно проголодался.

– Не поужинать ли нам? – спросил я у Бесс. – А пока ты будешь готовить, я схожу посмотрю на него.