Сдавайся!
Шрифт:
Кира тоже уже сидела, вся взъерошенная. Снизу послышались крики, потом визг, а совсем рядом раздался громкий топот по скрипучей лестнице. А потом в глаза ударил яркий свет фонарика.
— Не двигаться!! — заорал темный силуэт в дверях.
— Что происходит?! — закричала Лена.
В зале оказались два человека с палками в руках. Один из них направил фонарик прямо в лицо Лене, ослепив ее.
— Руки за голову все!! — заорал второй. — Ты слышал?! — крикнул он растерянному Марку.
Первый направил фонарик
— Что происходит?! — вскочила Кира.
— Тебя мордой в пол положить?!! — заорал на нее первый, подходя ближе.
— Кира, подожди! — крикнула Лена. — Мы пока не поняли, что происходит! Пожалуйста!
Кира растерянно замерла.
— Руки за голову! Быстро!! — кричал на нее первый с некоторой опаской.
— Спокойно! Мы все сделаем! — умоляла Лена, подняв руки и глядя на Киру.
Кира неуверенно подняла руки и завела их за голову.
— Ребята, что случилось-то? — спросонья простонала Полина, протирая глаза.
— Босс приказал, — слегка смягчившись ответил второй — высокий парень с небольшой бородкой. — Не волнуйтесь — все в порядке будет! Срочный сбор на главной улице.
— Ночью?? — воскликнула Аня. — Совсем охренели? Да еще так грубо!
— Слушайте, мы же не знаем, что у вас на уме, — стал оправдываться парень с бородкой. — Это перестраховка…
Первый был широкоплечим с короткой стрижкой. Он осветил фонарем Аню с ног до головы, потом Марка, задержался на какое-то время на черном лифчике Полины, а затем остановился на Кире, на которой были штаны и красная футболка поверх водолазки.
— Обыщи ее! — приказал он второму.
Второй положил палку с фонариком и подошел к Кире, стоявшей стиснув зубы.
— Кира… — прошептала Лена.
Кира, скрипнула зубами, но терпела похлопывание по своим бокам, бедрам и ногам.
— Эй! Ну все! Хорош, ее лапать! — подала голос Аня, но неуверенно.
С улицы по-прежнему раздавались крики: — Быстрее! Давай! Шевелись!
— Идем на улицу! — приказал бритый парень. — Руки не опускаем! Вперед!
В коридоре Лена увидела Игната и Алекса с Фёдором. А когда они вышли на улицу, то кругом мелькали фонарики и было много людей, которых выгнали из домов парни с палками. Многих выводили из отеля.
Большинство разбуженных и выведенных на улицу участников были босиком или в носках, в трусах, шортах, майках или лифчиках. Одна девушка закрывала руками голую грудь и была очень расстроена. Из-за ветерка было холодно, и позы людей были скованные, кто-то дрожал, кто-то нервно переминался.
Парни с палками — такие же участники, как и остальные, только одетые — суетливо пытались построить всех выведенных в один ряд вдоль улицы. Они постоянно орали:
— Подвинься! Еще! Еще два шага! Тебя тоже касается!
— Куда пошел?! Сюда иди, нах! Быстрее!
— Да еб твою мать, Колян!
Вдоль строя испуганных людей, ухмыляясь в бороду, ходил Степан, деловито покручивая битой. Судя по отблеску фонариков, бита была металлической. На середину улицы вышел тот беловолосый парень — Тимур. Его куртка была оттопырена двумя мечами за поясом — длинным и коротким.
— Что происходит? — раздался голос из выстроенного вдоль улицы ряда.
Тимур поднял руку, призывая подождать.
Из дверей кафе вышел седой мужик в желтом плаще с заточенной трубой в руке. Кажется, его звали Платон. Он прислонил свою трубу-копье к стене и важно уселся на стоявший около стены стул, закинув ногу на ногу.
Вскоре в дверях кафе появились два парня, которые тащили что-то тяжелое — это была простыня, провисавшая под весом какого-то тела. С одного края простыни темнели пятна с красноватым оттенком.
Повисла напряженная тишина.
Парни положили простыню на середину улицы. Тусклые круги фонариков сошлись на этом месте, и стало видно тело человека, лежавшее на заляпанной кровью белой ткани. Блеснули неподвижные белки закатившихся глаз и все еще влажные края кровавой раны на шее.
Люди испуганно загудели, зашептались. Кто-то громко охнул. Некоторые, похоже, узнали его — на простыне лежал светловолосый парень, который, кажется, был одним из первых вступивших в патруль на байках.
Тимур пошел вдоль улицы, вглядываясь в испуганные лица, выстроенных в ряд участников.
— Скажите мне! — крикнул он драматичным голосом. — У нас тут что? Игра в мафию?!
В ответ была лишь озадаченная тишина.
— Город засыпает… — продолжал Тимур. — И вот новый ТРУП?!!
Он развернулся и пошел в другую сторону. Движения у него были нервные, а в голосе проскакивали истеричные нотки.
— Уже ЧЕТЫРЯ, блять, трупа за одни сутки!! Совсем ебнулись??!..
Тимур явно злился, весь кипел, пытаясь удержать свои эмоции в разумных пределах.
— Что за хуйня тут творится?! — кричал он. — Мародеры обчищают все подряд, пиздятся за вещи и комнаты! Какой-то еблан с пистолетом вальнул человека! А потом и сам выпилился, блять! Какая-то ебаная маньячка расхуяривает людям головы мечом! Так еще… кто-то… какой-то… какая-то мразь… режет людям глотки во сне??!!
Тимур остановился, повернулся в сторону строя и оскалился.
— Это последняя… еб вашу мать!.. КАПЛЯ!!!
Он выдохнул и сказал уже спокойнее: — Кто-то должен это остановить…
Лена взяла стоявшую рядом Киру за руку и прошептала: — Не нравится мне это… Свалить бы отсюда…
— Ну что, признавайтесь! — крикнул Степан, и пошел вдоль строя, заглядывая в лица. — Кто это сделал?! Неужели никто не видел ничего подозрительного?
Он остановился перед случайным парнем: — Ты видел что-нибудь? Слышал?