СД. Том 13
Шрифт:
Хаджар не мог не признать, что в словах Аркемейи есть толика здравого смысла. Хельмер, Фрея, страна Бессмертных… чем ближе Хаджар к ним подбирался, тем сложнее и больше становилась общая картина.
– Перед тем, как мы отправимся в Страшную Впадину, расскажи мне все, что там произошло.
– Отправимся во Впадину? – с насмешкой переспросила Аркемейя. – Хаджар, я ожидала увидеть молодого, могучего воина, а здесь сидит сухой старик. Так что перед тем, как выйти с тобой хотя бы в город, мне нужно убедится, что ты не станешь мне
Хаджар прекрасно понимал, что это буквально детская провокация, но:
– Почему бы и нет.
Глава 1139
Ветер шелестел в кроне, он поднимал маленькие пушистые, искрящиеся барашки на миниатюрных волнах в пруду. Ученики, на ходу надевая одежды, высыпали во двор. Среди них был и Густав Серобородый.
Еще и трех дней не прошло, как он вступил в число учеников Мастера Хаджара, как произошли события такого масштаба, что перед ними годы странствий Густава казались простым ребячеством.
И вот опять.
Мечник-старец, в облике смертного, стоял напротив прекраснейшей из женщин, которых когда-либо видели глаза смертного. Во всяком случае так считал Густав.
Высокая, но в меру, она стояла изогнувшись пропитанной влагой лозой. Гибкая, страстная, черноволосая и зеленоглазая. От одного взгляда на неё уже у немолодого Густава напряглись чресла и даже в свободных штанах стало тесно и жарко.
Когда же она обнажила свои хищные сабли и послышались шепотки других учеников, то мороз пробежал по спине Густава. Его чресла стали холоднее зимнего снега и так уменьшились, что он на какой-то момент испугался, что и вовсе их полностью лишился.
— Посмотрите на иероглифы на саблях… это ведь Клыки Демона Пустыни.
– Божественный артефакт? Боги и демоны! Откуда у нашего Мастера такие знакомства?!
– Такие знакомства? Дурья твоя голова, ты разве не знаешь кому принадлежат эти сабли?
— Слышал, что какой-то охотнице на демонов.
– Не просто какой-то, а самой Аркемейи из Курхадана?!
– Проклятье…
— Демоны и боги..
— Да, теперь мне понятно… немыслимая красота и две божественные сабли… это точно она. Аркемейя.
Аркемейя из Курхадана… даже до Густава, который никогда не пересекал границы региона Белого Дракона, доходили слухи об этом адепте.
Кто-то говорил, что она прекраснее, чем пробудившийся ночной дух пустыни; соблазнительнее сказочного джина, обещающего тебе исполнение любых желаний и свободна, как сухой ветер, дующий над бескрайними просторами Моря Песка.
Яростна, как песчаная буря, а клинками владеет лучше, чем сокол своими крыльями. Но доподлинно степень глубины её искусства, мистерий и стиля, оставалось загадкой.
Аркемейя почти никогда не сражалась с другими адептами. Она оставалась наемницей, причем очень узкого спектра задач. Принимала заказы на уничтожение демонов, либо сама охотилась на ту нечисть, на которую
И если у Густава еще были какие-то сомнения на счет подлинности личности девушки, то стоило только присмотрится к её саблям, как все вставало на свои места.
Они действительно не только выглядели, как легендарные Клыки Демоны Пустыни – правая сабля длинная, почти пятьдесят сантиметров, узкая у основания, а к острию шире кленового листа; лезвие с несколькими зазубринами, которые не только резали, но и пилили кости. Сама сталь мерцала в свете солнца, поражая воображение орнаментом и вытравленными иероглифами неизвестного языка.
Рукоять из золотистого металла заканчивалась шлейфом из красной ткани, который, ласково переходя от руки к пояснице охотницы, соединял правую, атакующую саблю, с левой, её младшей компаньонкой — защитной.
Более узкое и быстрое лезвие, сам клинок короче на целую ладонь и без всяких зазубрин, но куда сильнее изогнут у острия, напоминая собой, по форме, молодой полумесяц.
И та сила, которую они излучали… Густав не был уверен, что если Аркемейя даст волю этой энергии, то не только от Седента, но и от всего сущего на несколько километров вокруг останется хоть что-то, кроме тусклых воспоминаний.
Мастер-Хаджар же, на фоне молодой, пышущей красотой и страстью пустынницы выглядел еще старее. Высокий, сухой, словно сморщенная указка, он стоял по центру сада в своих запылившихся одеждах. Они развевались на ветру, хлопая крыльями какой-то птицы.
— Не думаю, что это хорошая идея, – Аркемейя указала саблей на ветку в руках Хаджара.
Хаджар в очередной раз лишь пожал плечами. Его собранные в хвост волосы, в которых уже редко где была видна природная чернота, а не седина, поплыли по потокам ветра. Змеем они следовали за хлопающими крыльями одеждами.
— Я давно не брал в руки меча, Аркемейя, – ответил Хаджар, видя, что полукровка не спешит нападать. — и сегодня не тот день, когда я изменю этому решению.
— Воин, который не берет в руки меча и при этом пытается создать свой собственный стиль? Не удивительно, что столько лет ты безуспешно бьешься с этой задачей.
Ветер вдруг затих. Смолкли кроны, в пруду исчезли белые брызги. Тишина опустилась на сад школы. Но не тяжелая или темная, а какая-то легкая и даже в чем-то спокойная.
Она напоминала собой безмятежного Мастера, который вновь встречал перед собой противника лишь с одной веточкой в руках.
– Порой, чтобы продвинутся по своему пути, надо перестать полагаться на того, кто тебя по нему везет.
Услышав слова Хаджара, Аркемейя нахмурилась, а тот лишь улыбнулся. Так вот как себя чувствовали те, кто пытался поделится с ним мудростью… что же, довольно неприятное чувство, когда твои слова принимают за бессмысленную глупость.
— Довольно слов, Хаджар. В последний раз — обнажи Синий Клинок.