Щит времен

Андерсон Пол Уильям

Обстановка вокруг него — мебель, драпировки, картины, книги, бюсты, старинные безделушки — свидетельствовала о стабильности, которая прочно утвердилась после Венского конгресса. Эверард, однако, заметил и несколько предметов из Калифорнии 1987 года. То был совершенно иной мир, причудливый и далекий как мечта — мечта или ночной кошмар?

Он откинулся на спинку кресла. Кожа скрипнула, зашуршала набивка из конского волоса. Эверард выпустил клуб дыма из трубки.

У нас возникли трудности при поисках Чандракумара, — говорил он, — поскольку мы не знали, где именно его держат в заключении. Узники из нескольких камер увидели поразительное зрелище. Но в

конце концов мы установили его местонахождение и вытащили из тюрьмы. С ним все в порядке. Допускаю, что к той неразберихе, которую мы уже устроили, добавились видения, исчезновения и прочее. В мирное время это вызвало бы настоящую сенсацию, но тогда у людей было полно других забот, а кроме того, в кризисные периоды в воздухе постоянно рождается множество истеричных россказней, но их быстро забывают. Отчет по тому периоду, с которым я ознакомился, подтверждает, что исторический ход событий не изменился. Но вы наверняка и сами его читали.

«История. Поток событий, великих и малых, бегущий от пещерных людей до данеллиан. Но что же происходит с маленькими пузырьками воздуха в этом потоке, с неприметными заурядными личностями и происшествиями, которые быстро забываются и чье существование или отсутствие вовсе не влияет на течение истории? Хорошо бы вернуться вспять и выяснить, что случилось с моими попутчиками, с Гиппоником, с теми двумя женщинами и младенцем… Хотя нет, не стоит. Жить осталось ровно столько, сколько отпущено, а в жизни и без того немало печального. Быть может, они спаслись…» — думал Эверард.

Сидящий напротив Шалтен кивнул, не выпуская длинную трубку изо рта.

— Разумеется, — сказал он. — Хотя я и не опасался изменений. Вы могли схватить или не схватить экзальтационистов, кстати, примите мои поздравления, — но вы в любом случае действуете продуманно и ответственно. Кроме того, это особо устойчивая зона пространства-времени.

— Ой ли?

— Эллинистическая Сирия важна, но Бактрия лежит на окраине цивилизации. Ее влияние всегда было незначительным. После заключения мира между Антиохом и Эфидемом…

«Да уж, поладили, что называется, полюбовно, — наследник одного престола женился на наследнице другого, — и снова все тихо-мирно, и кому какое дело до убитых, искалеченных, изнасилованных, уморенных голодом, унесенных эпидемиями, ограбленных, угнанных в рабство? Кому какое дело до разбитых надежд и сломанных жизней? Один день переговоров — и все опять спокойно».

— Как вы знаете, Антиох двинулся в Индию, но ничего не добился. Его подлинные интересы лежали на Западе. Когда Деметр взошел на бактрийский трон, Антиох, в свою очередь, вторгся в Индию, но за его спиной возник новый узурпатор, отнявший у него Бактрию. Последовала гражданская война. — Крупная лысая голова качнулась из стороны в сторону. — Должен заметить, что гений греков так и не поднялся до государственной мудрости.

— Правда, — пробормотал Эверард. — В… да, в 1981 году, кажется, они возьмут на пост премьер-министра профессора из Беркли.

Шалтен часто заморгал, пожал плечами и, не обращая внимания на слова Эверарда, продолжил:

— К 135 году до Рождества Христова Бактрия пала перед кочевниками. Они не были бесчеловечны, но под их властью цивилизации пришел конец. Эллинская династия в западной Индии тем временем ассимилировалась с коренными народами страны и ненадолго пережила свою северную кузину. Она не добилась сколько-нибудь значительных достижений, достойных упоминания, и память о ней вскоре стерлась.

— Знаю, — произнес Эверард раздраженно.

— Я и не намеревался

наставлять вас, — вкрадчиво отозвался Шалтен, — я лишь изложил собственную точку зрения. Греческая Бактрия оказалась идеальным отрезком истории, для того чтобы заманить туда экзальтационистов. Страна эта никогда не была особо значимой для остального мира, и, чтобы изменить ситуацию, потребовалась бы целая цепочка невероятных событий — не только в самой Бактрии, но и во всем эллинском мире. Следовательно, по закону действия и противодействия, переплетение мировых линий в Бактрии было особенно устойчиво и прочно на разрыв. Конечно, мы потратили немало усилий, чтобы вызвать у экзальтационистов противоположное впечатление.

Эверард откинулся на спинку кресла.

— Будь… я… проклят!

Суховатая усмешка едва коснулась губ Шалтена.

— А теперь, — сказал он, — мы должны завершить наш розыгрыш. Как говорят в вашей родной эпохе, произвести подчистку. Вам, учитывая ваше положение, необходимо знать правду. И, если бы вы узнали все позже, это могло бы быть опасно. Причинно-следственные петли — штука тонкая. Ваша работа в Бактрии должна быть завершена, поэтому вы должны получить информацию о нашей подготовке к операции до наступления восьмидесятых. Я подумал, что визит в мою Прекрасную Эпоху придется вам по душе.

— Вы хотите сказать, что письмо, найденное в Афганистане русским солдатом и использованные нами в качестве приманки, фальшивка?

— Именно. Неужели эта мысль никогда не посещала вас?

— Но у вас в запасе был миллион лет, даже больше, чтобы подыскать подходящую ситуацию…

— Лучше создать одну, но детально подготовленную. Она себя оправдала. Благоразумие требует теперь вернуть все на свои места. Никакого письма никогда не было и не будет.

Эверард выпрямился в кресле. Черенок трубки в его руке хрустнул и отломился, но он даже не заметил горящего табака, рассыпавшегося по пышному ковру.

— Постойте! — воскликнул он. — Вы что же, намеренно изменяете реальность?

— Получив на то особые полномочия, — услышал он в ответ.

Эверард молча сжал зубы.

1985 ГОД ОТ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА

Здесь, где созвездие Медведицы нависало так низко, ночь пронзала холодом до костей. Днем горы скрывали горизонт, заслоняя его скалами, снегом, облаками. Мужчина, задыхаясь, брел по горному кряжу, чувствуя, как осыпаются под его сапогами камни, и изнемогая от невозможности вздохнуть полной грудью. Горло его пересыхало все сильнее. Еще страшили пуля или кинжал, которые с наступлением темноты могли лишить его жизни на этой пустынной земле.

Юрий Алексеевич Гаршин заблудился и уже потерял надежду встретить своих, но продолжал идти…

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ДО БОГОВ, СОЗДАВШИХ НЕБО

31275389 ГОД ДО РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА

— О! — воскликнула Ванда Тамберли. — Посмотрите, скорее!

Ее лошадь захрапела и испуганно отпрянула. Руками и коленями девушка пыталась успокоить животное, а сама подалась вперед, широко раскрыв глаза, чтобы как следует рассмотреть явившееся ей чудо. Встревоженные приближением крупных зверей, с дюжину животных помельче стремглав выскочили из-под кустов слева от Ванды и бросились наутек. Свет играл на пятнистых шкурах — размером животные были с волкодава, с трехпалыми копытами и удивительно похожими на лошадиные головами. Они пересекли тропинку и вновь скрылись в диких дебрях.