Щит магии
Шрифт:
Он не сказал этого прямо, но его слова подтверждали мое предположение. Ледники. Маги прятались в Ледяных Пустынях все это время.
– Как они преодолели чары, которые король Каис наложил на границу? Никто не должен был вернуться из Пустынь.
Лицо Хафы омрачилось, и его черты заострились в ночи.
– Они могут вернуться, если их призовут.
– Ледники! – выдохнула я. Предатель. Сожженная записка. А мой отец остался совсем один. Хафа и Леланд путешествовали со мной. Рен отправился
Я вскочила на ноги, пристегивая ножны к поясу.
– Я не могу ехать в Турию, Мастер Хафа, я просто не могу. Что, если… – страх свернулся клубком у меня в животе. – Что, если кто-то из Халенди призвал их?
Хафа покачал головой и остановил мое нервное расхаживание из стороны в сторону, положив ладонь мне на руку.
– Сейчас не важно кто и с какой целью призвал их на наши земли. Нам нужны войска.
Услышав это напоминание, я поморщилась. Мне было суждено стать разменной монетой в торгах за что-то более полезное, чем я сама. Мои руки задрожали, и я спрятала их в карманы.
– В Турии вы будете в безопасности, – сказал он. Но я волновалась не за свою безопасность. Все дело было в моем секрете. Я крепко зажмурилась и сделала глубокий вдох.
– Турийцы боятся магии? Для них это чуждая сила. Мне придется прятать свой меч?
Семь дней. Одна неделя. А затем мое неясное будущее наконец будет определено.
Хафа натянул свою крутку. На город опустилась ночь, и, хотя во дворе таверны стало тихо, за ее забором проснулись ночные создания.
– Не боятся, но опасаются. Они понимают, что магия служит защите Плато. Служит нам.
Я подперла голову руками, поставив локти на колени. Хафа избежал ответа на мой вопрос про меч.
– А Дикие Земли? – спросила я, чувствуя, что наш разговор подходит к концу. Хафа замер, не сводя глаз с пламени костра. Летучая мышь сорвалась с карниза и исчезла из виду, хаотично хлопая крыльями.
– Между тремя королевствами Плато сохраняется постоянное равновесие. Мы – страна гор и снега, рождающая воинов, которые способны защищать и обороняться, с полями, полными овец и шахтами, где мы добываем драгоценные камни для продажи. Турия располагает огромными долинами, плодородными землями и теплой погодой, также залежами твердой руды, из которой куется наше оружие. Риига славится своими хитрыми купцами, морскими портами и путями на Континент, в отличие от других королевств, ведь большая часть Плато окружена скалами.
Баланс существует в торговле и экономике, но также и в магии. Магия сохраняется в крови наших королей, но правители других королевств тоже ею обладают, только в меньшей степени.
– Снег и лед, – пробормотала я. Только Рену полагалось владеть магией. Но у меня тоже была белая прядь. Судя по всему, отшельники Ледяных
– Магия, Дженесара, не всегда предсказуема. По крайней мере не так, как мы ее понимаем, – Хафа продолжил прежде, чем я успела ответить. – Всегда будут люди, которые хотят использовать магию во зло, но в противовес им существуют те, кто использует ее в добрых целях. Так же и эта земля. Она стремится к балансу. Когда Каис наложил чары на Ледяные Пустыни, Дикие Земли сформировались сами собой.
Моя голова шла кругом. Из таверны послышался смех, потревоживший неподвижную тишину ночи.
– Магия Диких Земель уравновешивает магию Ледяных Пустынь?
Хафа вздохнул.
– Не знаю, о чем думала земля, но ответ – да.
Я сглотнула.
– Что произойдет, если сойти с дороги?
Взгляд стальных глаз Хафы впился в мое лицо.
– Не сходите с дороги.
Между нами повисла тишина. Даже пьяницы в таверне утихли. Он встал, отряхивая штаны, и поправил свои ножны.
– Дженесара, первый король Халенди поклялся защищать людей Плато от физических и магических угроз. Поэтому мы – народ воителей. Поэтому мы процветаем среди льда и жестоких холодов. Это – наше наследие. Выживать и защищать.
Я ткнула в кучку пепла на краю костра носком сапога. От меня не ускользнул скрытый смысл его слов. Я должна была сыграть свою роль в защите Плато, выйдя замуж за принца и обеспечив Рену военное подкрепление. Вздохнув, я прижала палец к перекрестию на рукояти своего меча. По моей руке потекла знакомая энергия. Она была такой нежной и неуловимой, что я не сразу ее ощутила.
– Принцесса, – позвала Элейн, высунувшись из-за двери. – Вам давно пора отдыхать.
Во двор вылилась полоска тусклого света, очерчивая фигуру Элейн темным контуром. Я помахала ей, чтобы она не беспокоилась обо мне. Ветер унес тепло, исходившее от костра, и я вздрогнула.
– Спасибо, что рассказал мне все это, – прошептала я, обращаясь к Хафе, и мой голос почти утонул в криках, доносящихся из таверны.
Хафа сжал губы, словно хотел сказать что-то еще. Его борода дрогнула, но он лишь поклонился и жестом предложил мне последовать за ним в таверну. Я открыла свою седельную сумку и достала оттуда охотничий нож, после чего сунула его в сапог.
Четыре дня по Диким Землям. Еще три до Турианы. Семь дней.
В день, когда мы пересекли границу Диких Земель, что-то в воздухе изменилось. Бесконечные деревья стали выше, а их цвет – насыщеннее. Колючая поросль взбиралась по стволам, как паутина. В тенях и трещинах залегло еще больше застывшего снега, несмотря на разгар весны.
Конец ознакомительного фрагмента.