Щёнок
Шрифт:
– Да, сэр. Простите. Эээ, ну… Я сказал Добби «спасибо» за то, что он передал нам просьбу спуститься к столу, а Драко возразил, что эльфов нельзя благодарить. Я спросил, почему нет, а он ответил, что они не люди, но ведь они люди! И Драко сказал, что они чернь, но он не знал, что это такое. Поэтому я засмеялся над ним, ведь это очень глупо, если не благодаришь кого-нибудь. И даже не знаешь, почему так делать нельзя. И Драко тоже засмеялся. А потом мы опоздали.
Когда Гарри закончил рассказ и вздохнул, чтобы набрать воздух в легкие, то заметил, что отец больше не хмурится, хотя его глаза были все еще сужены.
–
– Я не хотел, чтобы его наказали, сэр, - тихо ответил мальчик и с трудом сглотнул, чувствуя себя неуютно под внимательным взглядом зельевара. – Трость – это очень больно.
Отец вздохнул и посмотрел на Гарри очень грустно, как делал это уже не раз в последнее время.
– Да. Я тоже так полагаю и должен извиниться, Гарри. Я переживал, подумав, что там произошло какое-то событие, о котором ты страшишься мне рассказать. И, к сожалению, снова дал тебе повод бояться меня.
– Нет, отец, правда. Я не…
– Все хорошо. Я вспылил. Я знаю. В будущем постараюсь приложить все усилия, чтобы контролировать свой тон.
Гарри робко улыбнулся, и Северус вернул ему улыбку, хотя на душе Мастера зелий до сих пор было неспокойно. Внезапно он наклонился и распахнул объятия все еще немного напряженному мальчику. И впервые Гарри сам шагнул к мужчине. И даже когда отец одной рукой приобнял его за спину, а второй начал ласково поглаживать по встрепанным волосам, малыш не шарахнулся в испуге, как происходило раньше. Прислонившись щекой к широкой груди отца, Гарри слушал успокаивающее биение его сердца, а теплые объятия прогоняли прочь все сердитые и резкие слова, сказанные ранее.
– Возможно, мы сможем пригласить Драко погостить у нас пару дней, - произнес Северус через несколько минут. – Как тебе эта мысль?
Друг. В Хогвартсе! И рядом не будет больше трости с серебряным набалдашником. Конечно, все равно нужно будет обходить стороной мистера Филча, но если Драко погостит здесь, то наконец-то появится кто-то, с кем можно будет поиграть в драконов, да и спасаться от злого старика вдвоем намного проще и веселее.
– Да, сэр. Мне нравится.
– Тогда решено. Завтра я отправлю ему приглашение, и посмотрим, сможет ли твой новый друг присоединиться к нам на следующей неделе.
Гарри слегка отстранился от груди отца и внимательно посмотрел ему в лицо:
– Спасибо!
– Пожалуйста. А теперь беги переоденься во что-нибудь более подходящее для прогулки, бери метлу, и мы пойдем немного полетаем. Хорошо?
В знак благодарности подарив отцу теплое объятие, Гарри даже закричал от переполнявшего его восторга:
– Да, сэр!
Мгновение
Глава 18.
Глава 18.
Всю субботу и последовавшее за ней утро Гарри приставал к отцу с одним и тем же вопросом: отправил ли тот сову с приглашением для Драко. Северус очень радовался, что наконец-то малыш стал вести себя более раскованно в его присутствии и даже высказал просьбу, тем более что она касалась интересов самого мальчика. Но к воскресному обеду зельевар был готов рвать на себе волосы от надоедливого любопытства сына: Снейп уже не мог слышать этот проклятый вопрос о злополучном письме с благодарностью и предложением юному Малфою пожить у них пару дней. И тут Гарри нашел себе новое занятие: теперь он стал спрашивать, пришел ли уже ответ?
В перерывах между вопросами мальчик воодушевленно рассказывал и об игре в шахматы, и о метле своего нового друга, и о том, какой забавный этот Драко. Северус действительно был безмерно счастлив видеть своего сына таким оживленным, учитывая, что малыш впервые с того самого момента, как избавился от Дурслей, вел себя так открыто. Поэтому зельевар не слишком возражал против постоянной болтовни ребенка. К вечеру, когда пришло время укладываться спать, Гарри, не привыкший к столь бурному проявлению собственных эмоций, очень сильно устал.
Следуя заведенному распорядку, после того как Гарри умылся, переоделся в пижаму, почистил зубы и забрался в постель, Северус подоткнул одеяло вокруг лежащего сына. Зельевар нежно смахнул со лба малыша челку, ласково провел пальцем по шраму. Гарри схватил его за руку и крепко сжал, пока зеленые глаза внимательно изучали лицо отца.
– Что такое, малыш?
– Я люблю тебя, папочка, - едва слышно прошептал ребенок.
Что-то сжалось в груди Северуса, а дыхание перехватило. Как же это произошло, что за такой короткий срок он смог настолько привязаться к мальчику? Зельевар почувствовал, как уголки губ приподнимаются в улыбке. Он ласково прижал ладонь к щеке сына.
– Я тоже тебя люблю, Гарри. А сейчас – спи. Завтра будет трудный день.
Малыш улыбнулся в ответ:
– Ты всегда так говоришь.
– Потому что это всегда правда.
– Отец, расскажи мне еще одну историю про Хогвартс. Пожалуйста!
– Ну хорошо. Устраивайся поудобней… - Северус подождал, пока Гарри, завозившись, примет уже привычную позу, в которой он всегда спал (мальчик ложился на бок и, чтобы защитить живот, прижимал ноги к груди). – Готов? – малыш кивнул, и Мастер зелий начал свой рассказ: - Когда я в первый раз приехал в Хогвартс, меня, как и всех первокурсников, на перроне встретил гигант, которого зовут Хагрид. У него довольно громкий голос, но, как ты скоро поймешь, лесник - очень сердечный и радушный человек…