Счастье – это…
Шрифт:
В юности я мечтал стать музыкантом, и даже играл в группе, мы пользовались успехом. И это единственная цель в жизни, с которой пришлось попрощаться из-за ряда причин. Музыка – это заслуга мамы. Она с детства прививала любовь к ней, занималась со мной вокалом и учила играть на фортепьяно. Она преподаватель по вокалу. Мама человек тонкой душевной организации, она нежная и заботливая, а вот отец человек довольно жестки, он воспитывал меня в строгости. Он всегда говорил: «Не мужское это дело тренькать на гитаре и выть в микрофон, надо заняться делом!». Он часто заставлял много и вслух читать научную литературу, особенно по биологии и анатомии. Он очень успешный хирург и мечтал, чтобы я пошел по его стопам. И когда в 18 лет я посмел, возразил ему, сказал, что не собираюсь поступать в мед, а буду заниматься
И тут девушка, ехавшая передо мной на велосипеде, вырывает из мира грез. Она, натыкаясь на камень, падает, а сверху на нее валится это злосчастный велосипед. Мое воспитание не дает прийти мимо. Убираю велосипед в сторону, даю руку, девушка встает и поднимает на меня невероятно красивые глаза полные слез. На долю секунды замираю, любуясь миловидными чертами лица. Большие глаза красивого медового цвета, аккуратный носик, точеные скулы, лебединая шея. Ее каштановые волосы, колышет ветер, они касаются ее пухлых губ, которые я бы не отказался поцеловать. По ее щеке, покрытой легким румянцем, скатывается первая слезинка, которую я нагло смахиваю большим пальцем. Манящий ротик приоткрывается, девушка всхлипывает и опускается вниз на зеленую траву. Я и забыл было про падение. Но придя в себя, опускаюсь следом, опираясь на одно колено.
– Привет, – начинаю я, – меня зовут Марк. Я постараюсь вам помочь, если позволите?
Жду ответа, надеясь, что он будет положителен.
– Хорошо, я Полина, – утирает слезы, а я улыбаюсь. Понимаю, что это неуместно, но ничего не могу с собой поделать. Она невероятно привлекательна.
– Ну что, Полина, где болит?
– Тут, – показывает на лодыжку.
Протягиваю руки и со знанием дела приступаю к осмотру. Ощупываю голеностоп, чтобы убедиться, что нет перелома. Полина сдерживается, но все же ойкает, когда я по неосторожности причиняю ей боль. Поднимаю глаза, чтобы извиниться, но мой взгляд останавливается на ее декольте. Молодая и полная грудь девушки из-за частого дыхания трепещет, словно птица в клетке. Подобное зрелище ни может не привлечь внимание нормально мужчины, каким я надеюсь, являюсь. Тугой комок в моем горле блокирует дыхание, откашливаюсь, отрывая взгляд от волнующего все мое мужское нутро зрелища. Осипшим по непонятной причине голосом спрашиваю Полину:
– Можете встать и опереться на больную ногу? – она кивает, помогаю подняться. – Больно?
– Да, – сморщив свой прекрасный носик, отвечает Полина.
– Это наверняка растяжение, но надо бы конечно сделать снимок.
Полина подогнула больную ногу и оперлась рукой на мое плечо, но это практически не ощутимо для меня. Она нежная и хрупкая, ростом чуть выше моего плеча, но даже при такой миниатюрности ее фигура идеальна. Песочные часы. Пухлая грудь, тонкая талия, на которую я осмелился положить свою руку. Округлая попка, которая волнует мое воображение.
– Полина! Что случилось?! – к нам подъезжает еще одна девушка, но только на роликах.
Она рыженькая и тоже весьма привлекательна. Но меня
– Я упала и, похоже, растянула ногу. Верно? – переводит взгляд на меня и вырывает из грязных фантазий. Не сразу понимаю, о чем речь. Оби девушки вопросительно смотрят на меня и ждут реакции.
– Да, верно, – прочистив горло, отвечаю им. – Хотя, на самом деле связки не могут растягиваться, они рвутся. – Глаза Полины стали еще больше. Похоже, я напугал девушку. Отлично, Марк! – Но это не так страшно, как может показаться на первый взгляд, – пытаюсь утешить, – сейчас это очень эффективно лечат, но лучше конечно сделать снимок. В моей машине должна быть аптечка, ногу надо зафиксировать и приложить лед. Вы с подругой подождите здесь. Можете, пока постараться переместится на ту лавочку, – указываю на освободившуюся скамейку.
Обычно я бегаю в лесопарке возле дома, но сегодня такая нетипичная для Петербурга погода. Светит солнце и воздух прогрет примерно до 28 градусов, нет ни намека на облачко и это хуже смерти. Даже после десяти лет проживания в Израиле я так и не привык к жаре. В общем, решил проехаться до парка, который находится чуть дальше. Здесь всегда многолюдно, но есть озера, в которых плавают утки, а иногда и лебеди, это очень живописно, ну и от них прохладнее. Поэтому я приехал на авто. Открываю багажник. Да, здесь сложно, что-то найти. Какой-то пакет, заглядываю, ничего себе, коньки! Зимой только один раз катался, до сих пор не занес домой. Надо здесь убраться. С этой работай, ни на что нет времени! Нашел аптечку, она завалилась за черную спортивную сумку. Ума не приложу, что в ней? Беру контейнер и отправляюсь к девушкам. Сделав пару шагов, останавливаюсь, нет, все-таки нужно переодеть футболку, это вся мокрая от пота. В машине у меня есть запасная, случаи бывают разные, поэтому приходится подстраховываться. Возвращаюсь назад. Отлично, они на той самой скамейке, куда я их отправил уходя.
– Ну что попробуем поставить вас на ноги. – Приближаюсь с улыбкой к девушкам, и присаживаюсь к ногам Полины. Закатываю штанину спортивных штанов. Протягиваю руку и кончиками пальцев касаюсь ее бархатной кожи, она слегка одергивает ножку. По телу проносится приятная дрожь. Потеряю ладошки и снова прикасаюсь к ее нежной коже. – Сейчас я сниму кроссовок, возможно, будет немного больно.
Не смотрю на нее и ее реакцию, это отвлекает, просто стаскиваю обувь, достаю эластичный бинт и начинаю фиксировать голеностоп в нужном положении. Да руки еще помнят! В процессе не покидает чувство дискомфорта, поднимаю глаза и все понимаю. Оби девушки пристально смотрят на меня и улыбаются. Странно, но их взгляд вгоняет меня в краску, я смущаюсь, и в голове возникает мысль о побеге.
– Что? – только и смог выдавить из себя.
– А вы, наверное, врач? – явно заигрывая, спрашивает ее подруга.
– Не совсем, – вижу непонимание, – то есть я учился на хирурга, но что-то не сложилось у меня с медициной.
– Мм… – промычала подруга и продолжила улыбаться. Чем еще больше смутила меня. Я перевожу взгляд на Полину ножку и говорю.
– Ну, почти все, – прикладываю сухой лед. – Теперь, конечно, лучше обратится в травмпункт, нужно сделать снимок, чтобы понять, нет ли более серьезных повреждений.
Пробегаюсь взглядом по Полине и замираю, столкнувшись с ее улыбкой полной благодарности и невероятного обаяния. Не знаю, что это? Я словно сам не свой, она гипнотизирует, притягивает меня, не давая отступить. Ловлю себя на мысли, что мой рот приоткрывается. Я сглатываю. Полина всего секунду смотрит мене в глаза, но этой секунды достаточно, чтобы прошибить меня электрическим разрядом. Она смущенно отводит взгляд в сторону, а я… да что я? Я пялюсь на нее как последний идиот!
– Полин, давай я сдам твой велосипед обратно в прокат, а вы пока подождете меня здесь. – Голос подруги возвращает меня в реальность, а она переобувает ролики, быстро вскакивает на велосипед и подмигивает Полине. – Я, конечно, постараюсь побыстрее, но там такие очереди бывают.