Сцены любви
Шрифт:
– Вам понравилась моя игра?
Он открыл рот, будто хотел возразить. Потом пожал плечами.
– Я пришел совсем недавно. У меня не было времени по-настоящему оценить вашу роль.
– Она не менее хороша, чем роль леди Макбет, уверяю вас. – Она закусила губу. – Вы по-прежнему работаете в агентстве Пинкертона?
– Да.
– И кто-то нанял вас, чтобы навести справки о лорде и леди Эджмонт. – Это был не вопрос, а утверждение.
Он кивнул.
Она поежилась и постучала ногой об
– Не выпьете ли со мной кофе у меня в номере? Я как раз собираюсь туда подняться.
Он медлил.
– Мне кажется, с профессиональной точки зрения мне нельзя этого делать.
Она взяла его за руку, будто они были старыми друзьями. Ее улыбка не выдавала волнения.
– Но подумайте, как вам будет легко справиться с вашим заданием.
Ему следовало высвободить руку и уйти, но ее голубые глаза удерживали его на месте; к тому же он никогда не забывал ее. Он кивнул.
– Пожалуй, вы правы.
– Тогда пойдемте.
Она по-прежнему была самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел; самой красивой женщиной, с которой ему доводилось сидеть рядом, и уж точно самой красивой женщиной, которая когда-либо угощала его кофе. Он следил за тем, как ее изящные руки брали чашку с блюдцем и наливали кофе.
– Сахар?
– Да, мэм.
– Сливки?
– Нет, спасибо.
Она подала ему чашку, потом налила себе. Она пила черный и очень горячий кофе.
Он смотрел на нее и ждал.
Наконец она поставила чашку на стол и взглянула на него своими чудесными голубыми глазами.
– Вас нанял сенатор Уолдрон или сенатор Батлер?
– Я не имею права разглашать имя моего клиента.
Она пожала плечами.
– Батлер, я полагаю. Он весьма беспринципный человек. Он считает всех такими же бесчестными, как он сам, поэтому обо всех наводит справки.
Келлер посмотрел в чашку, потом поднял глаза на свою собеседницу.
– В этом случае он был прав. Она грустно улыбнулась.
– Я помню, как вы наводили справки о Рейчел Уэстфолл для меня.
– Я это тоже помню. – Он опустил глаза. – Помню это и кое-что еще. У Рейчел Уэстфолл была старшая сестра, девушка, которая когда-то давно неожиданно исчезла. Эту девушку звали Миранда Драммонд. – Он взглянул прямо ей в глаза. – Вы и есть Миранда Драммонд.
– Я – Миранда Катервуд.
Он попробовал кофе и убедился, что он прекрасно приготовлен. В гостинице готовили кофе гораздо лучше, чем он делал это сам.
– Миранду Драммонд разыскивал Бенджамин Уэстфолл, – заметил он, припоминая все детали того запутанного дела. – Но вам об этом было известно.
– Да, я это знала.
Он закрыл глаза, отыскивая в памяти подробности.
– Он
– И он был убит.
– С этим Бледсоу случилась ужасная вещь. – Он поставил чашку и сложил руки на коленях. – Он был убит на улице, возвращаясь из конторы в тот день, когда нашел вас. Он написал отчет, который, как теперь я понимаю, был неполный. Ваш отчим заплатил по счету, хотя дело не было по-настоящему закрыто. Или было?
– Думаю, что было, – сухо заметила она.
– А ваш отчим поместил вас в исправительный дом для малолетних проституток.
– Я это тоже помню – очень отчетливо. И еще я помню, что Паркер Бледсоу погиб ужасной смертью.
Келлер нахмурился, вспомнив описание события.
– Его смерть так и не была расследована до конца.
Выражение ее лица осталось спокойным.
– Кажется, предполагаемым орудием убийства была сабля.
– Это только предположение. Но Паркер Бледсоу действительно был... обезглавлен.
Она с сочувствием посмотрела на него.
– И вы, сотрудники агентства Пинкертона, еще называете себя детективами! Я абсолютно уверена, что это убийство совершил Бенджамин Уэстфолл. Я на себе испытала, на что способен этот человек.
Келлер вспыхнул. Он достал из кармана блокнот.
– Может быть, вы расскажите мне.
– Зачем? – Ее тон явно задел его за живое.– Вы ничего не сможете сделать. Бенджамин Уэстфолл мертв.
– Да, я слышал об этом в Чикаго. Застрелен каким-то озлобленным солдатом. Еще одно нераскрытое преступление.
Значит, вот какова была официальная версия. Миранда опустила голову. Может быть...
– Верно. Я тоже об этом слышала.
– Но вы говорите, что он был способен на что угодно?
– Он оказался способен упрятать меня в эту тюрьму для малолетних проституток.
– Но вы выжили.
– Через двадцать четыре часа меня вызволили оттуда Шрив Катервуд и Джордж Уиндом. Сейчас один из них – мой муж, другой – управляющий делами.
Келлер не стал записывать их имена. Вместо этого он сказал:
– То заведение уже несколько лет как закрыто, но насколько я помню, девушку можно было отправить туда только по решению суда.
– Хозяйка этого заведения принимала любого, если из этого она могла извлечь выгоду.
Генри Келлер кивнул.
– Вероятно, в следующем отчете Бледсоу отметил бы это. Он был обязан представлять в агентство отчет о своей работе. По правилам агентства каждый детектив должен был сообщать обо всех преступлениях, которые он попутно раскрывал.
– А если преступление совершали клиенты?