Сборник. Верберы
Шрифт:
– Знаю, – с нажимом произнес Герман. – Вот ради нее и успокойся! Нам еще надо найти ей наставника! Кто возьмется обучать твою нэнги, если возле нее крутится неадекватный вербер? Да еще и бывший сотрудник ПОН! Полиции особого назначения! Не просто матерый самец, альфа, а еще и хорошо обученный воин?
Сам подумай? Ты здесь не помощник! Сам знаешь – у них совсем другие методы обращения и работы со второй ипостасью. А летать ты сам ее научишь?
Феликс выдохнул, стараясь привести себя в порядок.
Тряхнул
Как же сложно! Когда она там одна, один на один с этими мразями. Которые могут ее обидеть. А он здесь, за стеной…
– Феликс? Герман? – вербер-альбинос Ратмир не дождался, пока гости доберутся до его кабинета, в конце коридора. Встретил уже на подходе, буравя пугающими красными глазами.
– Ну рассказывайте! – он двинулся вместе с гостями.
Герман рубанул рукой по воздуху, приказывая Феликсу помолчать. Альфа и сам понимал, что пока не способен нормально все объяснить, даже мыслить здраво – и то не может. Поэтому прикусил губу и слушал.
– Фел познакомился с нэнги из поселка, что примыкает к новому нашему. Поселению верберов. Драконица и понятия не имела кто она. Но после общения с оборотнем в ней проснулась вторая ипостась. Нэнги считала, что спит. А люди во сне часто летают… А тут ваши архаровцы. Схватили женщину, мать… Ребенок там бедный, неприкаянный. А главное – она-то не виновата!
– Идиоты! – возмутился Ратмир. – Надо было раньше ее призвать. Когда поняли, что ипостась просыпается. Все нэнги у нас на учете! Профукали и решили заместил следы! Ну я им устрою!
Они вошли в просторный кабинет. Ратмир схватил телефон и принялся названивать, сверкая красно-карими глазами.
Его бледное лицо альбиноса с белесыми бровями и ресницами сейчас, кажется, приобрело цвет мела.
– Да! Я знаю! Летала над поселком! А почему? Какого лешего я вас спрашиваю, вы профукали проснувшуюся ипостась у нэнги? И вместо того, чтобы призвать ее, решили отыграться на женщине с ребенком? Я вас не уволю! Я вас отдам под трибунал! Я вас уничтожу! Вы понимаете, что женщины и дети оборотни у нас под защитой? Вы понимаете, что сейчас сын нэнги, возможно, один? Если он хотя бы получит стресс… Я вас в тюрьме сгною!
Распекал подчиненных Ратмир.
Не прошло и минуты, как на пороге кабинета альбиноса появился верпантера из спецподразделения ОПО, ведя под руку… Алену.
Она смотрела затравленным зверьком. Маленьким, запуганным до смерти, но не побежденным.
У Феликса дыхание сперло и в горле внезапно образовался комок. Он бросился к нэнги, схватил ее, обнял и принялся гладить по голове.
– Маленькая. Все будет хорошо. Мы тебя сейчас заберем. Тебя обучат обращаться. Ратмир назначит тебе наставника. Он придет к тебе уже завтра. Ну все, все. Мы их…
Он говорил, гладил, прижимал ее, а нэнги
На заднем плане Ратмир отправлял поймавшего Алену агента в поселение оборотней на крайнем Севере. На исправительно-трудовые работы.
Герман обсуждал с главой ОПО сложившуюся ситуацию. А Феликс пытался привести Алену в чувство. Но она оставалась холодной, равнодушной и молчаливой.
Альфа просто не знал, что еще сделать. И от этого страх потерять ее ледяной гадюкой полз по груди, падал в желудок холодным комом и отзывался болью во всем теле.
Его словно пытали. Заживо. Медленно. С чувством.
Уж лучше бы, правда, истязали физически. Феликс привык терпеть боль. Любую. Даже самую сильную. Привык за время работы в полиции оборотней. Матерые бандюги бросались на служителей порядка. Пытались порвать, загрызть, расцарапать. Феликс несколько раз попадал в особую больницу ВАО с тяжелейшими ранениями.
Но только теперь понял, как же тогда ему было хорошо!
Просто обалденно!
Враг повержен. Он на коне! Поду-умаешь, ранения!
А вот теперь… Теперь Феликс был целехонек. Так, несколько ожогов на теле от ударов током. Зато как болела душа… Уходило, безвозвратно, как вода в песок самое главное. Жажда жизни. То, что воскрешает оборотня в любых обстоятельствах. Помогает срастить кости и отомстить обидчику.
Не было этого больше у Феликса…
Наконец, Герман произнес:
– Мы нашли нэнги отличного наставника. Голубой дракон – Искандер. Завтра же придет к Алене домой. Пустите?
Нэнги встрепенулась и кивнула.
Отстранилась от Феликса так, словно он был ей противен, и спросила у Ратмира.
– А мой сын? Вы знаете, что он тоже нэнги?
– Да. Мы его обучим вместе с тобой. Тебе нужно его медленно подготовить, – спокойно ответил глава ОПО.
– Хорошо, – очень ровно произнесла она и добавила тихо: – Ведите!
– Аленушка? – тихо позвал Феликс. А затем громче и надрывней: – Алена?!
Ему хотелось содрать с себя шкуру, расцарапать самого себя когтями, а еще до ужаса, до звериной злобы хотелось убивать. Всех подряд, пока она не смилостивится. Не посмотрит, как прежде с дружеским интересом, не ответит.
Алена отвернулась от Феликса и тот сглотнул. Все внутри переворачивалось, болело, ныло, резало. Словно открылась каждая старая рана. Словно каждая травма давала о себе знать спустя многие годы…
Феликс выдохнул, и будто издалека услышал слова Германа:
– Поехали! Давайте все быстро! Всех развезу по домам. Вас, Алена в первую очередь. Разрешите принесли извинения за действия наших сотрудников. Даю слово, что все виновные будут наказаны.
Алена подняла глаза на Германа и спокойно, без интонации сказала: