Сборище рассказов

Яо

В тот день мне захотелось выбраться на природу. А именно: полежать под нещадно палящими лучами летнего солнца, так чтобы обгореть, но согреть кости.

Добравшись до нужного места, я пролежала так где-то два часа, то укрываясь в тени, то вновь возвращаясь к жаре. Я взяла с собой книгу, но она валялась рядом на траве, потому что ослепленные солнцем глаза смотрели сквозь страницы, и было очень лениво.

Тут с озера, которое было неподалеку, раздался плеск. Звуки повторялись через небольшие временные

промежутки. Я нехотя достала из дорожной сумы бинокль, и прицелилась в сторону берега. Там стоял какой-то человек, и замахнувшись, как закидушкой, кидал в воду что-то небольшое и округлое, привязанное к длинной веревке.

Поначалу я хотела покинуть насиженное место, опасаясь, что это могут быть «плохие» люди. Но незнакомец не внушал никакого опасения. И я никак не могла понять, чем он занимается. Интерес настолько охватил, что я спустилась к берегу, и спросила:

– Ты что, рыбу глушишь? Что это?

Парень обернулся, и улыбнувшись, показал то, что только вытащил из воды:

– Подойди сюда. Посмотри!

Я послушалась и увидела круглый сетчатый мешочек, в котором вперемешку с травой и илом, копошились черви, и разный мелкий рыбий корм.

Я с недоумением посмотрела на него:

– Для чего это?

Он снова закинул мешок в озеро, и слегка потягивая за веревку, объяснил:

– Я кормлю рыбу.

– Кормишь рыбу?!

Не удержавшись от смеха, я бросила бинокль на мокрую траву и присела на кусок древней доски, которая лежала неподалеку.

– Может, я не так понимаю. Но думаю, здесь не так много рыбы. Но если она и есть, то у нее наверняка есть корм, если она здесь водится. Почему бы тебе просто не выпустить содержимое мешка в воду? Без лишних манипуляций. Думаю, рыба будет рада.

Он снова вытянул кормушку, и слегка наполнил ее свежим кормом, который достал из пластикового ведра со мхом.

– Вот видишь отверстия в мешке? Когда кидаешь кормушку, корм весь не вываливается. Надо сделать несколько подходов. Я стремлюсь бросать кормушку ближе к середине озера, чтобы корм распределялся равномерно. Я мог бы отпустить этих мелких животных сразу, но у меня нет лодки сейчас. К тому же они испугаются человеческого присутствия.

– А так они не пугаются? Я услышала тебя вон с той лужайки.

Тем не менее, меня не одолевало чувство постебаться. Мне просто очень интересно было его слушать. Он улыбнулся и посмотрел на часы.

– Нет, так они не пугаются. Они думают, что сверху на них летит птица.

– Хм.. А почему ты подкармливаешь рыбу? С какой целью?

– Это чистый корм. Это озеро загрязнено отходами. Если тут понемногу добавлять экологически чистую еду, то озеро будет понемногу очищаться. Это как витамины. Понимаешь?

Он продолжал закидывать кормушку. Я больше не задавала вопросов, и молча наблюдала за его движениями. Потом мне позвонили, и я поспешила домой.

В следующий раз я увидела его около почтового ящика. Он приклеивал туда разнообразные желтые

смайлики.

– На темно-синем хорошо смотрится, правда?!

– Симпатично!

Затем в библиотеке. Он сидел в дальнем углу, скрывшись за баррикадой из книг. На первых страницах любой книги он надписывал карандашом, к примеру: «Открой страницу 33». После чего на указанной странице тонким скотчем прикреплял сторублевую купюру.

– Студентам всегда пригодится.

Каждый раз, когда я его встречала, он занимался чем-то интересным, и был полностью поглощен тем, что делает. Иногда я просто наблюдала, иногда помогала, когда просил.

Однажды, у озера, где я увидела его в первый раз, он повторял процедуру с кормлением рыб. Я подумала и сказала:

– Слушай. Все, что ты делаешь, порой напоминает мне сказания о тех людях, которые заполняли пустые мешки темнотой из дома, чтобы вытряхнуть эту темноту, выбравшись из дома. Это все очень мило, но…

Он остановился, держа в руках сачок, которым набирал ил с мелководья. Какое-то время он щурился, и смотрел на солнце у нас над головами. Потом сел рядом со мной и сказал:

– А ведь это действо носило некий сакральный смысл. И дело даже не в отсутствии окон, или дымохода. Думаешь, древние были настолько глупыми? Нет, то был акт очищения. Очистить дом от лишней темноты, которая накапливается время от времени.

Он встал и пошел по мелководью.

– Иди сюда. Смотри!

Я послушно подошла к нему, внимательно следя за его действиями. Он зачерпнул сачком воду. Через старую, местами рваную материю вода с легким шумом вылилась в озеро. Ичи поднес указательный палец к губам: тихо!

Он снова зачерпнул воды в сачок, на этот раз до самых краев, и бережно понес к берегу. Ни одна капля не упала с дырявого сачка. Как будто она находилась в плотном надежном сосуде! Пока я, лишенная дара речи, следовала за ним, он повернулся, и протянул сачок мне.

– На, держи. Это всего лишь вера. Я верю, что вода не выльется, что озеро станет чистым и прочее. Я верю, что маленькие чудеса могут свершаться в нашей жизни.

Мы держали сачок вместе. И вода стала колыхаться в нем, как будто хотела вскипеть.

– Теперь держи сама. Просто поверь, что вода не прольется.

Мои руки дрожали, вода в сачке булькала, а потом брызнула во все стороны, окатив нас с головы до ног холодным паром.

Он громко засмеялся и поспешил снять тину, прилепившуюся к моему лицу:

– Для первого раза – неплохо! У тебя совершенно иной поток мыслей. Но это ведь просто забава такая.

Потом, по стечению обстоятельств, я долго его не видела. И встретила также внезапно, забравшись на крышу девятиэтажного дома. У меня с собой был пузырек для пускания мыльных пузырей. Я была сильно не в духе. Поэтому, увидев его в таком неожиданном месте, ворчливо спросила: