Сбиться с ритма
Шрифт:
— Душ.
Я включаю воду и регулирую холодную и горячую, чтобы сделать ее идеально теплой.
— Ты можешь присесть здесь, чтобы раздеться. — Я вытаскиваю туалетный столик, и она хромает, а затем падает на него.
— Я вернусь через секунду. — Хочу дать ей немного уединения, поэтому открываю приложение для доставки еды и заказываю достаточно, чтобы накормить пятерых человек.
Когда возвращаюсь в ванную, Джейд топлес стоит на одной ноге, освобождая больную ногу от штанины и балансируя на здоровой.
— Я помогу. — Кладу телефон на стойку рядом с повязкой, которую она сняла со своей ноги, и ныряю под ее руку. Тепло ее обнаженного торса просачивается сквозь мою рубашку, заставляя мою кровь
— Ты промокнешь, — говорит она, когда я вхожу вместе с ней внутрь.
— Ничего страшного. Это всего лишь вода. — Я хочу, чтобы она чувствовала себя со мной в безопасности, поэтому сохраняю барьер из одежды между нами. Я опускаю ее на пол, и она с шипением прислоняется к кафельной стене. — Тебе нужно немного «Адвила».
— Мне много чего нужно, — бормочет она.
«Позволь мне быть тем, кто отдаст тебе все это».
Я прикусываю язык и завожу ее под брызги.
— Держи руки на моих плечах.
Я тянусь за гелем для душа и щедро наливаю его в руки, пока Джейд откидывает голову назад и позволяет воде стекать по ее волосам и лицу. Вода стекает по ее длинной шее, по ключицам и к грудям, где разделяется, чтобы пройти между ними или капать с ее затвердевших сосков. Я прочищаю горло и заставляю свой член вести себя прилично, пока намыливаю руки. Начиная с бедер, провожу ладонями по ее гладким изгибам. Проведя ладонями от ее талии к плечам, я обхожу ее сзади и повторяю процесс. Вода смешивается с пузырьками и каскадом стекает по ее мягкому животу, чтобы исчезнуть у нее между ног. Выдавливаю еще немного геля в ладони и обмываю ее руки по всей длине, от ее кистей на моих плечах до горла, и соскальзываю вниз, чтобы обхватить ее тяжелые груди. Тихий вздох срывается с ее приоткрытых губ, но я не задерживаюсь. Намыливаю везде, где могу, а затем говорю голосом, который слишком глубокий и темный, чтобы быть моим собственным:
— Повернись.
Я поддерживаю ее, когда Джейд прыгает, чтобы развернуться, ее ладони прижаты к стене, пока я мою ее спину, проводя руками вниз к ее полной, сексуальной попке и снова вверх. Наполняю руки шампунем и мою ей волосы, затем покрываю кондиционером, и ее здоровая нога дрожит от усилия удержаться на ногах.
— Повернись обратно. Я помою твои ноги.
Она стеснялась их, когда вошла, и я хочу убедиться, что они чистые, чтобы Джейд могла расслабиться. Я прислоняю ее спиной к кафельной стене и сажусь на корточки у ее ног. Моя одежда промокла насквозь, но мне плевать. Мне стыдно за то, насколько я тверд. Хочу, чтобы Джейд знала, что со мной она в безопасности и что я могу позаботиться о ее несексуальных потребностях.
Провожу мыльными руками по ее здоровой ноге от лодыжки до бедра, и мои пальцы случайно задевают ее киску. Джейд стонет, и когда я поднимаю взгляд, ее глаза закрыты, а губы приоткрыты. Я повторяю движение вверх, вниз, вверх, вниз, а затем сосредотачиваюсь на ее стопе, прежде чем перейти к следующему.
Стопа ее больной ноги согнута, распухшая лодыжка парит над землей. Я делаю все возможное, чтобы осторожно почистить ее ступню, и она шипит, когда я мою ее пальцы. Повторяю движение, которое сделал на ее здоровой ноге, и когда моя рука касается ее между ног, бедра девушки двигаются вперед. Я прикусываю губу и сосредотачиваюсь на том, чтобы привести ее в порядок, напоминая себе, что если я надавлю на нее, то снова могу потерять.
Закончив, я откидываюсь назад, сажусь на пятки и смотрю на нее, чтобы увидеть нерешительность, горящую в ее заплаканных глазах. Джейд хочет оттолкнуть меня, но я ей нужен. Почему она не хочет признать, что мы принадлежим друг другу? Я прочищаю горло.
— Ужин должен быть здесь
— Райдер, мне нужно кое-что сказать…
— Поговорим после того, как поедим, хорошо? — Я встаю на ноги и выключаю воду, беру полотенце и заворачиваю девушку в него, прежде чем помочь ей сесть на туалетный столик. — Ты в порядке?
— Да. — Она грустно улыбается и вытирается.
— Тебе нужна помощь, чтобы одеться?
— Я сама.
— Пойду наверх, переоденусь. Я сейчас вернусь.
Бегу наверх и меняю свои мокрые шорты и футболку на пару черных фланелевых штанов и темно-синюю футболку. Когда возвращаюсь, Джейд одета в мои спортивные штаны и рубашку и проводит расческой по волосам с зубной щеткой во рту.
Видя ее в моей одежде, комфортно устроившуюся в моем пространстве, я представляю, как мы вместе выполняем обычные задачи перед сном бок о бок, прежде чем забраться в постель и часами заниматься любовью. Потом мы обнимали бы друг друга, и она рассказывала бы мне истории о новой девушке на работе, а я рассказывал о новой песне, которую мы написали, и…
Раздается звонок в дверь, спасая меня от моих собственных мыслей.
ГЛАВА 28
РАЙДЕР
— Ты наелась? — Мои глаза широко распахнуты при виде двух порций цыпленка с апельсиновой цедрой, с которыми Джейд быстро расправилась.
— Я действительно была голодна. — Она сложила руки на животе, ссутулившись на диване рядом со мной.
— Хочешь пива? — Я беру пустые контейнеры, чтобы отнести на кухню.
— Нет. Спасибо. Я буду воду.
— Уверена?
Она ковыряет этикетку на бутылке с водой.
— Да.
— У меня есть вино.
— Нет, спасибо, не нужно.
Я беру пиво для себя и присоединяюсь к ней на Г-образном диване. Ее спина подперта подушками, а ноги приподняты, а я опускаюсь на диван, прямо у ее ног.
— С чего ты хочешь начать?
Она садится так высоко, как только может, с приподнятой лодыжкой.
— Ты уже знаешь, что я была медсестрой в Массачусетсе. Я встречалась с врачом, который сказал мне, что развелся. Он никогда не проявлял публичной привязанности, потому что не хотел, чтобы люди в больнице знали, что он встречается так скоро после развода. — Она качает головой. — Это должно было насторожить меня. Мы проводили все наше время в моей квартире или в моем районе. Я была слишком глупа, чтобы понять, что происходит на самом деле.
— Ты не глупая. Тебя просто обвел вокруг пальца тот, кто знал, что делает. Ты не можешь винить себя за то, что поверила ему.
— Может быть. — Ее взгляд останавливается на закате за окном позади меня. — После смерти моего брата мама так и не оправилась от своего горя. Не имея денег, чтобы отправить кого-либо из нас в колледж, она всегда поощряла армию, поэтому чувствовала себя виноватой. Вскоре после его похорон она начала жаловаться на боли в спине и подсела на отпускаемые по рецепту обезболивающие. — Джейд задумчиво покусывает нижнюю губу. — В глубине души я всегда знала, что боль в спине — это действительно эмоциональная боль. Ей хотелось оцепенеть. Я ее не виню. В любом случае, она не могла работать, поэтому я посылала ей деньги. Она не хотела, чтобы мой другой брат знал, в каком она состоянии. В конце концов врачи перестали продлевать ей рецепт. Я упомянула об этом своему парню, доктору, подумав, что, может быть, он мог бы выписать таблетки, просто чтобы помочь ей, пока она не вернется на работу. На самом деле он никогда не говорил «да», но сказал, что у него в столе лежит заранее подписанные бланки. Я воспользовалась этим, заполнила несколько и отправила ей. Четыре недели спустя я узнала, что у нее передозировка.