Сайфер
Шрифт:
Лира раскраснелась, и инстинктивно захотела поджать ноги, но он держал её в плену. У неё не было силы воли бороться с этим. Особенно когда он взглянул на неё, пылающими голубыми глазами.
— Ты такая красивая, — сказал он с таким благоговением, что Лира чуть не расплакалась. Удерживая её взглядом, Сайфер захватил лоно ртом и глубоко поцеловал.
— Сайфер, — прошептала она, откинув голову на стену и позволив просто почувствовать что-то другое, кроме холодного страдания жизни в Шеуле. — Это… так… хорошо.
Он застонал, и звук вибрировал по её плоти, лишая дыхания и мыслей. Схватив его за волосы, она выгнулась навстречу, оседлав
— Да, — простонала она. — О, да.
Она вскрикнула, когда языком он заставил её перейти через черту, погружая в оргазмическое блаженство. Резкие вспышки удовольствия распространились от таза к грудям, лишая дыхания и, почти, сознания. У неё подкосились ноги, когда оргазм пошёл на убыль, но Сайфер поймал её, поднял и развернул к кровати. Тыльная сторона ног Лиры ударилась о матрас, и они оба повалились на него в беспорядочном переплетении конечностей. Его мускулистое тело восхитительно придавило её, и она обняла Сайфера, раздвигая бёдра, чтобы вместить его большое тело. Улыбаясь, она посмотрела ему в глаза и просунула руку между их телами, чтобы разорвать его джинсы. Он подвинулся, опираясь на локоть, чтобы дать ей доступ. Пальцами она нащупала очертания его длины под тканью, и он ахнул, когда она сжала его, играя, прежде чем расстегнула верхнюю пуговицу.
Внезапно раздался щелчок, сопровождаемый мягким шёпотом прохладного ветерка.
Дерьмо.
Лира замерла, почувствовав чьё-то присутствие. Сайфер повернул голову в сторону входа и зарычал, леденящий кровь грохот эхом отразился от стен.
Твою мать.
Лира поняла, что в дверном проёме стоит Флейл.
Сайфер вскочил на ноги и встал между Лирой и Флейл, расправив крылья прежде, чем смог себя остановить. Но, чёрт возьми, они заслоняли Лиру от взгляда Флейл, пока та одевалась, и как бы говорили «Выкуси, мои крылья больше».
А если случайно задел Флейл одним из неконтролируемых орудий, ещё лучше.
Мелочно? Да. Плевать ли ему? Да. Потому что, как только он возьмёт силы под контроль, собирался ударить её намеренно и смертельно.
— Я чему-то помешала? — спросила Флейл с притворной невинностью и широко раскрытыми глазами, когда Лира попыталась натянуть штаны. Она указала на вход в квартиру. — Лира, ты ведь понимаешь, что можешь установить обереги, чтобы защитить дом от любопытных глаз и нежелательных посетителей, верно? — Притворная невинность превратилась в насмешливую жалость. — О, я забыла. Ты не можешь.
Сайфер понятия не имел, о чём она, но покрасневшее от ярости лицо Лиры ясно дало понять, что она знала.
— Чего ты хочешь, Флейл? — Он двинулся к ней, готовясь сбросить с балкона. Он больше не был заключён в камеру, а крылья не связаны, и он затаил адскую обиду. Вокруг неё расцвела аура энергии. Она была готова к нападению, доказывая, что не глупа.
— Я пришла с хорошими новостями
— Дай угадаю. — Сайфер остановился, любопытствуя и сдерживаясь от того, чтобы швырнуть её в пропасть. В любом случае это бессмысленно, учитывая, что она могла летать. Но это было бы весело, и, как сказал Лире, он действовал с дефицитом удовольствия. Особенно
Она не выглядела удивлённой. Ей всегда не хватало чувства юмора.
— Извини, что разочаровываю, но это ещё лучше. Ты заслужил доверие Баэля. В какой-то степени, — поправилась она. — У него есть задание.
— Хорошо, я клюну, — сказал он, и в голосе слышался скептицизм. — Почему ты так внезапно изменила мнение?
— Твой список дал результат. — У Сайфера свело желудок, когда Флейл плюхнулась на кожаный диван и закинула ноги на импровизированный кофейный столик, сделанный из старого ящика. — Мы уничтожили одного из детей Азагота. Почти достали вторую, но появился Мемитим и всё испортил.
Проклятье… Мать твою! Чёрт!
У Сайфера колени подогнулись, и ему пришлось заставить себя стоять ровно, притвориться, что новости на него не подействовали. Но на самом деле ему хотелось блевать. Он ответственен за смерть невинного ребёнка. И не просто какого-нибудь ребёнка. Это ребёнок Азагота. Ангел.
— В любом случае, поздравляю. Ты доказал, чего стоишь. — Она бросила ему флешку, на которую он загрузил проклятый список. Он хотел наступить на неё. Сломать. Растоптать вдребезги. — Там имена нескольких врагов Баэля. Он хочет, чтобы ты изобрёл компьютерный вирус, который убьёт их. А ещё хочет создать вирус, который будет распространяться в человеческой популяции. Что-то ужасное. Ты можешь создавать зомби?
Всё ещё испытывая тошноту, он слепо уставился на флэшку.
— Компьютерные вирусы так не работают. — Он говорил ровно, оцепенело, но надеялся, что Флейл этого не заметит.
— Ты заставишь их так работать. Мы уверены в твоих способностях. И твои крылья помогут.
Крылья?
— Что мне поможет, так это мой ноутбук и доступ к Интернету и сети демонов.
— Не вариант, — сказала Флейл с понимающей улыбкой. — Ты можешь пользоваться своим ноутбуком, но он останется там, где сейчас. Если нужен доступ, сеть Баэля доступна.
К чёрту устройства Баэля. Без сомнения, падший ангел следил за каждым нажатием клавиши на каждом компьютере в регионе. Но Сайфер убедился, что его компьютер не поддаётся взлому и практически невидим в сети.
— Теперь, — сказала она, поднимаясь на ноги, — мне нужно поохотиться на Мемитима. Азагот присоединится к нашему делу, или потеряет всё, что любит.
— Сука.
Неконтролируемая ярость захлестнула Сайфера, хотя понимал, что должен контролировать её и, что не может позволить этим злобным ублюдкам узнать, что ему не насрать на свою старую жизнь и старых друзей. Но осознание того, что они убили невинного ребёнка и всё ещё планируют убить отпрыска Азагота, лишило логики и непринуждённой натуры.
Открыв себя окружающему злу, он взревел в экстазе и ярости, когда маслянистый ожог злобы просочился в клетки. Затем нанёс удар Флейл с помощью любой способности падшего ангела, которая проявилась первой. Поток огня вырвался из ладони, но Флейл заблокировала его невидимым щитом. Он сменил тактику, обрушив на её защиту серию ледяных осколков. Она отступила под интенсивным нападением, но внезапно его силы сошли с ума, и осколки превратились в снежки, которые при соприкосновении превращались в кислотный порошок. А порошок прожёг дыры в полу, стенах и потолке Лиры, но ни черта не сделал Флейл или её щиту.