Саванна

Береснёв Максим

Не стал хищник терять даром времени и попробовал ухватиться за брюхо скорпиона зубами.

– Ай! – вскрикнул Рико и резко отскочил от ужалившего его скорпиона.

– Что с тобой?

– Он меня ужалил! – отозвался сурикат, потирая лапкой ноющий от укуса нос.

– Кто ужалил?

– Скорпион!

– Что же ты сразу не сказал!

Коби тут же вскочил на ноги и бросился к удиравшему в траву скорпиону. Ловко подсек его лапкой и, прижав к земле, откусил хвост. После чего тщательно очистил песком хитиновый панцирь скорпиона

от оставшегося яда и принялся с ним разделываться.

– Ты как там? – поинтересовался Коби у приятеля, прожевывая лакомые конечности скорпиона.

– Жжет! – буркнул Рико и жалобно посмотрел на суриката. – Коби, я умру?

– Не переживай. Яд этого скорпиона вряд ли тебя убьет, судя по его вкусу.

– Вряд ли? – гавкнул Рико, пригрозив хмурым взглядом чавкавшему сурикату. – И вообще, с какой стати ты ешь мою добычу?

– Твоя добыча от тебя ускользнула. Если и дальше продолжишь так охотиться, всегда будешь ходить голодным.

Рико окончательно рассвирепел и бросился на суриката, свалив того с ног. Затеявшие драку хищники тут же скрылись в клубах поднявшейся с земли пыли.

Однако выяснение отношений было недолгим. Игриво отбившись от атак приятеля, Коби уступил добычу.

– Ну и сволочь же ты, – проворчал Рико, подбирая остатки скорпиона.

Однако не успел сурикат взяться за них, как вдруг услышал предупреждающий крик дозорного об опасности. Напуганный хищник живо бросил добычу и понесся к норе.

– Куда же ты, глупец? – прокричал ему вдогонку Коби, приметив на ветке птицу дронго.

Остановился Рико только у самого входа в нору. Поняв, что тревога ложная, развернулся и направился обратно к камню, где находился его приятель.

– Тебе делать нечего, я смотрю, – задрав нос кверху, гавкнул Коби на дразнившую их птицу.

– Да ладно тебе, – насмешливо прокричал самец дронго, провожая взглядом возвращавшегося к остаткам скорпиона пугливого суриката. – Это же весело.

– Вот только доберусь до тебя! – погрозил хитрой птице Рико, подбежав к добыче. – Тогда и повеселимся.

– Делом бы лучше занялся, – строго прорычал Коби и перевел взгляд на обжитую ткачами соседнюю акацию. – Бери пример с тех птиц. Они и в строительстве гнезд преуспели, и пропитание добывают себе сами, а не воруют у других.

– Ты не говорил бы о том, чего не знаешь, – возразил сурикату дронго. – Я сам видел, как они там воруют друг у друга строительный материал. А об их нормах и правилах поведения в гнездах я уже вообще молчу.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался Рико бытом пернатых, уживавшихся на одном дереве в таком большом количестве.

– Я имею в виду их методы поддержания порядка в том общежитии, – ответил дронго, бегло взглянув на гнездо ткачей. – Агрессию и угрозы, к которым они прибегают в отношении друг друга.

Сурикаты молча переглянулись между собой и тут же улыбнулись. Их взаимные улыбки послужили оправданием подобным манерам птиц, характерным и для них самих.

–

А так вы правы, – продолжил дронго. – Строители они отменные. Эти громоздкие гнезда настолько прочные, что даже ураганы выдерживают. К тому же у них там и с вентиляцией проблем нет.

– Если клюв из правильного места растет, птица всегда найдет ему применение, – рассудил Коби.

– С клювами у ткачей все в порядке, – согласился дронго. – Вот только не каждый из них стремится найти ему применение. А лентяи там долго не задерживаются.

– Кому же нужны иждивенцы, – поддакнул Рико.

– Это вы о себе сейчас? – лукаво спросил дронго у сурикатов.

– Договоришься же ты когда-нибудь, – раздраженно гавкнул на птицу Рико. – Мало не покажется.

– Это вряд ли, – пернатый самец небрежно махнул крылом в ответ на угрозы суриката. – Ладно, мне пора. Проголодался.

– Наглец, – буркнул хищник, проводив хмурым взглядом вспорхнувшую птицу.

– Вон еще один наглец приближается, – откликнулся Коби, уставившись на крадущегося в траве львенка. – Что это он задумал?

Рико встал на задние лапы и настороженно огляделся по сторонам. Затем вернулся на землю и мигом бросился к ближайшему камню.

– На кого он там смотрит? – спросил Коби у взобравшегося на камень приятеля.

– На панголина, – ответил сурикат. – Похоже, этот малый решил поохотиться на него.

– Занимательно. На что, интересно, он рассчитывает?

– Что же ты сразу так? – насмешливо прокричал Рико, наблюдая за львенком. – Дай шанс подрастающему хищнику.

Львенок все же сумел незаметно подкрасться к панголину, возвращавшемуся к своей норе после ночной охоты на термитов. Выждав подходящий момент, юный хищник выскочил из травы и преградил зверю путь к убежищу.

Бежать панголину было некуда. Да и незачем. Он вмиг свернулся перед неопытным хищником, укрывшись непробиваемой броней из роговых чешуек, и замер.

Львенка это нисколько не смутило. Собравшись с мыслями, он осторожно приблизился к зверю и пнул его лапой. Однако тот оставил без внимания проделки настырного хищника.

Тогда Лео принялся обнюхивать панголина. Как оказалось, у львенка не было дурных намерений. Его влекло любопытство к диковинному зверю.

Вот только панголин не мог этого знать. Борясь за выживание, он попробовал отпугнуть от себя упрямого хищника своим мерзким запахом.

Львенок явно не ожидал подобного подвоха и немедля отстранился от пахучего зверя, смяв морду в непреодолимом позыве к чиханию.

– Правду говорят, что хищники в саванне уже не те, – сказал Коби, проводив взглядом отбежавшего от панголина львенка. – То ли сами ослабли, то ли пошли на поводу у остальных зверей, которые теперь им диктуют правила выживания в саванне.

– Он ведь еще совсем мал, – возразил Рико, увлеченно наблюдая за оживавшим комком из роговых чешуй. – Да и я уверен, что не было у львенка намерений поживиться этим зверем.