Саван

Юго Ник

— Точно. Я — моральный урод. Прививка от ебучего несправедливого мира, в моем лице ты можешь побороть все это. Тебе становится чуточку легче жить, когда ты можешь переспорить меня. Пытаешься угодить всем вокруг. Ты — удобен. Я — нет. Никогда не думал, почему люди к тебе тянутся? Потому что ты — удобный. У меня свое мнение, своя позиция, которую я не боюсь высказывать. Если мне что-то не нравится, я не боюсь говорить это, а не сую язык в жопу! Плыть против течения сложнее. Слизняк. А как же мои интересы?! Мои! Я не боюсь рисковать!

— Гнилушка.

Мыльный пузырь. Раздутое эго. Вот, значит, какого ты мнения о себе? Сильная личность. Хвастунишка. Это — не риск. Твои поступки — это слабоумие и отвага! Неисправимый баран. Ты сейчас пытаешься выставить себя крутым. Но почему-то выглядит жалко. Какой же ты самовлюбленный. Я не говорю, что ты на сто процентов желчная масса, раньше был наполовину, а сейчас на две трети. Чем дальше мы двигаемся, тем хуже ты становишься. Зачем вообще быть неудобным кому-то?! Почему нельзя быть адекватным? Не хочешь поработать над собой? Ты можешь стать лучше! — Спор мог перерасти в нечто большее, я сделал шаг вперед с намерением вмешаться.

— Работать над собой?! Работать, блять, над собой? Тогда это буду уже не я! Все происходящее — это только твое восприятие информации. Нельзя оскорбить, можно только оскорбиться. Раньше ты был терпилой на четверть, а сейчас уже наполовину. Я неудобен и поэтому не любим. Ты сам однажды сказал, что я человек тяжелой судьбы, так чего же ты ждешь от меня слишком многого? Я не крутой, такой, какой есть. Ровно. Может, дело в том, что тебя бесит, что я не боюсь отстаивать свои интересы? Может, тебя бесит, что во время всех разговоров ты позади? Может, тебя бесит, что я — ярче? Ты плохо знаешь меня, я в сотню раз хуже, чем ты думаешь обо мне.

— Ты не такой, какой есть. Ты — две трети, вместо половины. Сбавь обороты! — Саша впервые злился так сильно при мне.

— А ну заткнулись оба! — Я встал между ними. Альберт и Андрей тоже. — Вы что, говна поели оба? Решили выяснить отношения? Здесь? Сейчас?! Ник, угомонись! Я согласен с Сашей, нам нужны законы. Нужно принимать решения вместе, обдуманно. Эффективно. Советуйся с нами, мы все заодно и в одной, блять, лодке! Хватит плыть против течения, плыви с нами!

Ник взмахнул руками и отступил. Еще десяток секунд он бродил по гальке, глядя на сломанный катамаран и разбросанную вокруг грязную мокрую одежду. Затем почесал порез на груди.

— Ладно. Ты прав. Извините. Слишком много всего. Слишком много… — Он сделал шаг вперед и протянул Саше руку.

Саша еще не отошел от спора. Я чувствовал: они понимают, что наговорили лишнего. После рукопожатия они разошлись.

— Достирывайте одежду, мать вашу, и не вздумайте больше исполнять нечто подобное. — Я демонстративно пошел к реке. — Как постираете, расстилайте на берегу, где солнце. Пока сохнет, обговорим, как нам действовать дальше. Обговорим правила. Обговорим законы. Мне не нравится эта анархия.

Мокрая одежда заняла большую часть галечного пляжа, она втягивала в себя жар солнца и сушилась. Утратившую большую

часть темных цветов одежду с горем пополам можно было считать очищенной. Самые крупные пятна поблекли, надеюсь, они не будут привлекать слишком много внимания. Мы расселись на земле, обсыхая и набираясь сил; ждали, кто начнет первым.

— Мы должны принимать серьезные решения, которые касаются всех нас, голосованием, общим. — Саша вытянул ноги, подставляя их горячим лучам. — Мы вместе решаем, какой вопрос выносить на голосование. А также вместе обсуждаем варианты действия. Выделяя два основных пути.

— Не применять силу против друг друга. — Андрей загибал пальцы. — Не предавать друг друга. Когда других нет рядом, думать над своими действиями, а принесут ли они благо.

— Защищать и помогать друг другу. — Ник посмотрел на Сашу. — Обсуждать свои планы.

— Сохранять тайны группы. Незачем всем вокруг знать, откуда мы, — вставил свои пять копеек Альберт. — Искать знания об этом мире, изучить его, найти информацию о том, как выбраться отсюда.

— Сделать этот мир лучше, — закончил я.

— Ты прямо как Хокаге, — улыбнулся Ник.

— Угу. Хорошенько запомните, о чем мы договорились сейчас. — Момент важный, я готов был подписаться под каждым озвученным правилом.

— Давайте придумаем название группы, — предложил Андрей. — Ведь мы по сути наемники. Выступаем в интересах всеобщего блага. А плата нам — человеческое благополучие.

Ник цокнул.

— Ага. Детский сад…

— А что такого? Мы вместе, нас объединяет общее прошлое. Мы можем влиять на события этого мира. На нас лежит некая коллективная ответственность. Как вам название «Рунные Клинки», а? Звучит?

Ник чуть не поперхнулся. Судя по всему, «Рунным клинком» он быть не хотел. Как, впрочем, и я.

— Может, еще варианты? — взмолился он.

— «Веселые ребята»? — сказал Альберт.

— Господи… Как будто театральный кружок собрался, — прыснул я.

Мы еще набросали варианты и остановились на названии «САВАН». По первой букве имен участников группы. Саша. Андрей. Вано. Альберт. Ник. Вроде как всех устроило. Я хотя бы не ощущал кринж, как от других названий.

Подсушив одежду и вздремнув на теплых камнях, мы поднялись в небо и ускоренным маршем двинулись к горной гряде, в которой скрывался таинственный город Икрафис.

Альберт

Мы летели часов семь, наступил вечер. Мелькающие внизу деревушки и поля сменились неровными скалистыми холмами. Мы видели стада каких-то животных, которых явно пасли люди. Дорожки от деревень слились в один большой тракт. По своеобразной магистрали ездили караваны и повозки. Низко мы не спускались, стараясь не привлекать внимание.

Вскоре тракт под нами обхватили с двух сторон горы, мы влетали в чрево горного кряжа. Те горы, что поближе к нам, не имели снежных шапок на вершинах, а горы-великаны, которые были дальше, складывались в невероятную мешанину снега и скал.